Неудержимый. Книга XLVII (СИ) - Боярский Андрей - Страница 55

— Я согласен. — после небольшой паузы, старик согласился. — Что нужно делать?

— Ничего особенного. — я взял стул и подвинул его к столу впритык, после уселся и протянул руку. — Дайте мне свою руку.

Понятное дело, что объяснять работу дара я не собирался. Я даже специально попросил закатать его рукав, чтобы слегка надавить на запястье. Пусть думает, что я пытаюсь прощупать пульс…

— Скажите, Виктор Павлович, это ваше настоящее имя? — я задал первый вопрос…

(Москва, резиденция императора, личный кабинет)

— Угроза ликвидирована? — Романов нахмурился, отложив папку с отчётом в сторону. — Это точно?

— Абсолютно. — отчитался один из генералов. — Не знаю, как Чёрному Егерю это удалось, но форт «Восточный» начинает приходить в привычный ритм жизни.

— А что с Николаем? Есть новости? — Романов задал самый главный вопрос.

— Ваше Величество, выясняем. — генерал помотал головой.

— Плохо выясняете! — зарычал Потёмкин. — Не мог же он сквозь землю провалиться?

— Ваша Светлость, — генерал обратился к князю. — В том-то и дело, что никто, ничего не знает. Уверяю вас, вопросы задаются на самом высоком уровне. Все разводят руками! — пожаловался он.

— На самом, да не на самом. У Донского спрашивали? — поинтересовался Романов.

— Нет, в последнее время с ним очень трудно связаться. — вновь пожаловался генерал. — Говорят, он слишком занят и ведёт разговоры выборочно…

— Понятно. — Романов задумался. — И сам не вызывает…

— Может, зря вы ему дар «эхо»… — увидев недобрый взгляд императора, Потёмкин осёкся. — Молчу.

— Подождём ещё немного. — взяв короткую паузу, объявил Романов. — После он должен выйти со мной на связь. Он знает как. — приказал император.

— Будет исполнено. — генерал поклонился.

— Свободен. — вновь приказал император и повернул кресло к окну, дав понять, что разговор окончен.

— Ваше Величество… — как только генерал вышел из кабинета, Потёмкин обратился к императору. — Ещё ничего не известно, уверен, Николай жив.

— Григорий Иванович, не надо… — император вздохнул. — Я сам виноват, что всё так вышло. Недооценил врага, подумал, что это тупые твари, с которыми справится даже ребёнок.

— Ну… — Потёмкин задумался. — Дмитрий совсем недавно стал совершен…

— Замолчи… — Романов закатил глаза к потолку. — Просто я привык, что Николай всегда выходит победителем, вот и решил, что это будет лёгкая прогулка.

Романов до последнего надеялся на хорошие новости, но увы, они так и не поступили. Если учесть, что война закончилась больше суток назад и с поля боя уже были собраны все тела погибших… Другими словами, Николай числился в списках, пропавших без вести, а это означало, что или его убили и где-то выкинули, или же тупо сожрали, как делали все твари.

Был и ещё один вариант. Дмитрий мог провалить переговоры или же просто на них не пошёл. Рискнул и прикончил Хранителя, ценой жизни Николая.

Император стиснул зубы от досады. Больше всего в жизни он ненавидел неопределённость, и главное — завтра первая встреча со Станиславом. Если бы не это обстоятельство, то он бы уже давным-давно летел в форт…

— Что по встрече? — повернувшись к князю, он решил отвлечься от негативных мыслей.

— Всё в силе, Ваше Величество. — Потёмкин поднял папку с дивана и, раскрыв её, начал зачитывать имена людей, которые будут присутствовать на встрече.

Список был длинным, и часть людей Романов знал. В основном в нём находились высокие чины и Великие князья, ничего особенного, но такой толпой они могли загасить кого угодно, особенно, во главе с Тангаровым.

— Не многовато для первой встречи? — спросил император удивлённым голосом.

— Я тоже так считаю. Поэтому мы вычеркнем самых опасных из них. Пусть сидят на своих кораблях и не высовываются. Думаю, после демонстрации силы наших союзников, они не станут лезть на рожон…

— Заодно и этого засранца вычеркни… — горько усмехнулся император. — Глаза бы мои его не видели.

— Может, прикажете ему не дышать? Или же атаковать своих? — Потёмкин сразу же предложил варианты.

— Нет, для начала я хочу послушать его пламенную речь, в качестве императора Германской Империи… А потом он сам себя убьёт…

Проверка полковника плавно переросла в небольшой допрос. Не знаю, где они такой самородок откопали, но из личных навыков в арсенале безопасника оказались не только глубокие познания работы с силовыми ведомствами, но и навыки проведения всяческих проверок и расследований, которые требовали серьёзных знаний законодательства. Фактически он ловил предателей родины и коррупционеров, щёлкая их как орешки.

Конечно, многие начальники в нём души не чаяли, а кто-то и вовсе бежал без оглядки, когда Тихонов заявлялся в отдел для проверки. Но были и откровенные противники подобного подхода. И каково же было моё удивление, что Виктор Павлович и род Хворостининых оказались старыми знакомыми.

— Полагаю, вы к нам пришли не просто так, верно? — я зацепился за это знакомство, и мыслеобразы полетели ко мне в голову.

Безопасник не ответил сразу. Он прищурился и начал вглядываться в меня своим цепким взглядом. Я заметил, что он сильно напрягся, по этому поводу, но мыслеобразы быстро проказили мне в чём причина.

— Верно. — вздохнув, он отвёл взгляд к окну. — Я здесь для того, чтобы свершилась месть, справедливость, убийство… Называйте это, как хотите. Я хочу раздавить род Хворостининых. — в его словах начала появляться злость. — Эти мерзавцы убили моего сына, а ведь ему было всего лишь шесть лет… Мы с женой отвели Димку на школьную линейку по случаю поступления в первый класс… Он так радовался, что пойдёт в школу… Всё лето нам про это рассказывал… Больше мы его в живых не видели… — полковник пустил скупую мужскую слезу. — Прошу прощения…

Мыслеобразы подтверждали слова, сказанные Тихоновым. Это случилось два года назад, и всё это время Тихонов пытался подобраться к ним, но не знал, где копать. Силёнок у полковника было немного, да и денег хватало впритык. Честный… Собственно, он и пытался добиться правды по закону. Использовал все методы, изучал документы из свободного доступа…

Забавно получается… Вроде как первоклассный специалист, отработал больше двадцати лет в силовых ведомствах не на самых последний должностях, а положением своим так и не воспользовался. С другой стороны, Хворостинины, у которых административного ресурса ещё больше. Да и дело, которое в то время расследовал полковник, было плёвым по сути, по крайней мере, для меня. Подумаешь гектар городской земли в каком-то там районе…

Тихонов проверял управу этого района и наткнулся на странное отчуждение. Начал копать и выяснил, что земля была продана за копейки. В документах нашлись строки про непригодность в связи с распространением на ней чёрной плесени. А где её нет?

В пору нашей с сестрой молодости, когда мы скитались по съёмным комнатам и не самым лучшим общежитиям, подобная плесень попадалась постоянно, и ничего, выжили же как-то… А тут целый гектар списали… Я бы от такого тоже возмутился…

Дальше он потянул ниточку, которая привела к подставному лицу. А потом всплыли уши рода Хворостининых. Ещё бы немного и он вскрыл всю сеть мерзавцев, но, подставное лицо поспешило его осадить. Они так и не смогли договориться и тогда мерзавцы похитили сына и пошло-поехало…

В конечном счёте все ниточки были ликвидированы, и земля вернулась государству, вот только мальчишку уже было не вернуть. А через месяц, и полковника списали. Пока тот пребывал в горе, нужные чиновники подсуетились и отправили старика на пенсию…

Меня в ту же минуту одолела ярость и жажда справедливости. Не знаю, чтобы я делал, если потерял родного сына… А он сначала потерял мальчика, которого, после неудачных переговоров просто подбросили к крыльцу дома, а потом и жену, которая не выдержала горя. Печальная история, коих, благодаря подобным тварям сотни! Делают, что вздумается, и никто им не указ!