Лимб - Кейли Лора - Страница 3

Напомним, что все места обрушений оцеплены. К ним не пускают даже прессу. С чем связана такая секретность, пока неизвестно. В департаменте строительства города заверили, что будут проверять и другие объекты компании.

Фрэнсис сделал звук тише и опять набрал номер Нэнси. Ничего. Только гудки, автоответчик и тишина.

Он знал, что телефон она никогда не отключала – с их работой просто невозможно его отключить. «Но она же могла заснуть, – утешал себя Фрэнсис, завернув на перекрестке, – она могла просто спать и не услышать звонка». Черт возьми, Нэнси была круче любого мужчины, даже в армии служила. Она была как солдат, просыпалась от каждого шороха. Может, она просто куда-то ушла? Да куда можно было уйти ночью…

Нет, никуда она не уходила. В окнах ее небольшого дома все еще горел свет.

– Черт возьми. – Фрэнсис достал пистолет и, держа его наготове, вышел из машины.

Частный сектор, в котором жила Нэнси, был далеко от центра, но здесь было тише и воздух свежей. Воздух… Он опять почувствовал этот запах. Запах смерти, тревоги и пустоты.

Он приближался к крыльцу ее дома – в окнах что-то рябило. «Это телевизор», – понял он. Фрэнсис попытался разглядеть, что происходило за окном, но проклятые жалюзи все заслонили. Он подошел к двери и постучал.

– Нэнси, – крикнул он. – Нэнси, с тобой все хорошо?

Нэнси почти подошла к крыльцу своего дома, когда заметила мелькнувшую в окне тень. Ей не положен был пистолет, но только дурак ходит без пушки в мире, полном психически нездоровых людей. Да, психов здесь было больше, чем убийц в местных тюрьмах, гораздо больше. И держались они кучней.

Дверь в дом была приоткрыта.

Какой непредусмотрительный вор. «Наркоман, – подумала Нэнси, – у этих лунатиков часто отключается мозг».

– Чертов ублюдок, – пробормотала она и пнула открытую дверь. – Руки за голову, полиция!

Перед ней была женщина. Лет сорока, со взлохмаченными волосами.

– Ты кто, твою мать, такая? – не отрывала от нее взгляда Нэнси.

– Я следила за тобой два дня, – сказала она.

Нэнси взвела курок.

– Ты ведь не выстрелишь, правда, Нэнси?

– Ты кто, черт возьми, такая?

– Я пришла забрать свое.

Глухой выстрел, вскрик, темнота.

Сильный удар пришелся прямиком между ребер, пистолет лежал на полу…

Фрэнсис дернул ручку двери – закрыто.

Отошел на пару шагов, направил пистолет на замок. Стоило только спустить курок, как в тихом доме послышались чьи-то шаги. Кто-то приближался к двери. Кто-то включил свет, осветив все окна и часть крыльца.

– Нэнси! – крикнул Фрэнсис. – Нэнси, это ты?

Дверь со скрипом открылась.

– Господи, – выдохнул он. – Я думал, что-то случилось.

Нэнси стояла в дверях и курила.

– Ага, – сказала она, – кто-то вломился в дом.

– Что?

– Какая-то сумасшедшая проникла в дом, но я ее вышвырнула отсюда.

– Может, наркоманка? – выдохнул Фрэнсис.

– Может быть. Сейчас их развелось как собак.

– Почему ты не вызвала полицию?

– Я сама из полиции, забыл? Да и почему же не вызвала, ты ж вон приперся.

– Ты не брала трубку.

– Я была во дворе, высматривала эту психичку.

– А это у тебя что? – Фрэнсис заметил ссадину у нее на лбу. – Ты что, с ней дралась?

– Это… – Нэнси дотронулась до царапины. – А, нет, это я зацепила косяк, когда волокла ее из дома. Упиралась, чертова стерва.

– Сможешь ее описать? Может, составим фоторобот?

– Ночь уже, парень, мне бы поспать.

– Конечно, – согласился Фрэнсис.

Он вздохнул еще раз и выдохнул уже протяжней, будто вся эта усталость, накопившаяся за день, медленно выходила из легких.

– Ты уже слышала? – крикнул он ей в закрывающуюся дверь.

– Что? – открыла она ее снова.

– Здания рушатся. В городе что-то происходит.

– В этом городе постоянно что-то происходит, – зевнула Нэнси. – То еще дерьмо.

– Доброй ночи, Нэнси.

– Доброй, – зевнула она еще раз и закрыла за ним дверь.

Ее шаги удалялись вглубь дома, свет вскоре тоже погас, а Фрэнсис так и сидел в машине. Его сон безвозвратно ушел.

Сегодня был странный день. Кристин возвращалась с работы домой, когда ей позвонили.

– Алло… – Она взяла трубку.

– Это ваш телефон?

– Что, простите? – Она придерживала телефон щекой, боясь отпустить руль. – Я вас не слышу…

Ураган набирал силу, через окна своего авто она уже успела увидеть два небольших смерча, пока добиралась из пригорода в город. Но и в городе было не лучше.

Голос в трубке пропал, но вскоре опять появился.

– Я нашел телефон в метро, – повторил незнакомый голос.

Связь оборвалась, и, похоже, не только она – провода слетели с опорных столбов да так и повисли в воздухе, искря электрическими разрядами.

Кристин бросила телефон на сиденье. За окном стояла пыльная завеса, скрывавшая под собой и дорогу, и ближайшие к ней дома.

– Ожидается усиление ветра, – вдруг зашипело радио. – Из-за сильных вспышек на солнце вышла из строя электростанция на юге страны.

– Черт-те что происходит! – выругалась Кристин и еще сильнее вцепилась в руль. Машину бросало из стороны в сторону, а она думала лишь об одном – лишь бы Адам успел добраться до дома.

Молния сверкнула у горизонта, осветив и полнеба, и бурю, и стену поднятой пыли, которая заслоняла все. У дороги криво стояли машины – похоже, их просто бросили те, кто хотел спрятаться в ближайших магазинах. У Кристин не было времени на передышку, ей надо было домой. Она крутанула руль так резко, что сама не поняла, как оказалась на встречке. На нее из вороха пыли несся пассажирский автобус, сигналя своими огнями, гудя басовитым клаксоном, словно пароходным гудком. Кристин закричала и закрыла руками лицо, будто так можно было закрыться от смерти.

Автобус несся без тормозов. Кристин включила заднюю скорость, но, не успев тронуться с места, почувствовала сильный толчок – мощный поток быстрого ветра столкнулся с ее машиной, приподняв всю эту махину вместе с ней самой. Кристин не видела ничего, кроме темноты, удушающей и беспросветной. Ей показалось, что она была в воздухе, но длилось это не больше пары секунд. Она открыла глаза, автобус промчался мимо, даже не задев ее.

Кристин вздохнула, убрала дрожащие пальцы с побледневшего вусмерть лица, обернулась – автобуса не было видно, он уже скрылся вдали, где-то там, в заволоченном поднятой пылью дорожном потоке.

Сзади сигналы машин и ругань нетерпеливых водил. Она включила аварийный сигнал и показала паре машин некрасивый до неприличия жест. Те проехали мимо и просигналили тоже, но она уже не слышала ничего. У Кристин гудело в ушах и странно щемило сердце – чертовы магнитные бури уже давали о себе знать, тошнота подступила к горлу, боль стучала в висках. Кристин нащупала ручку и распахнула дверь машины. Ее вырвало на дорогу, потом еще и еще. Когда в желудке ничего не осталось, а в висках перестало стучать, ее наконец отпустило. На лбу проступил холодный пот, тело тряслось в ознобе. Протерев от горькой желчи рот, она закрыла глаза.

Казалось, она отключилась совсем ненадолго, на каких-то пару секунд. Но когда она наконец посмотрела в окно, то обомлела: погода уже успокоилась, сменив гнев на милость, приоткрыв вид на все скрытые бурей улицы и дома. Теперь повсюду стояло затишье, без пыли и ветерка.

Кристин смотрела по сторонам – следов бури почти не осталось, будто и не было ничего. Она опять встроилась в кучный поток.

Выдохнув и вдохнув, она ощутила, что воздух стал каким-то другим: тяжелым, но в то же время и свежим, как после грозы. Кристин посмотрела за горизонт – небо там было хмурое, кажется, лил сильный дождь – видимо, этой свежестью веяло оттуда. Сделав глубокий вдох, расправив усталые плечи, она надавила на газ.

По радио крутили джаз. Кристин переключила приемник.

– В ближайшие два дня ожидаются сильнейшие магнитные бури, – раздался голос ведущего. – На солнце зафиксированы самые сильные вспышки за последние сто лет…