Лимб - Кейли Лора - Страница 2

Перед ним тот же охранник, а он все еще на двадцатом этаже. В окна бил свежий ветер, там, внизу – новая смерть.

Туман расплывался по городу, морось колола лицо. Фрэнсис стоял у машины и не мог прийти в себя. На дороге – два накрытых тела, он не хотел знать, чьи это тела. Рядом Нэнси держала его за руку, кто-то стоял возле нее – не получается разглядеть. Они говорят ему что-то, только он ничего не слышит. Ничего, кроме дорожного гула и отголосков родных голосов…

– Пока, пап!

Они стоят на пороге.

– Веди себя хорошо.

– Я позвоню, как приедем. – Она целует его на прощание так быстро, будто сможет еще когда-то поцеловать. Он закрывает за ними дверь.

Он больше их никогда не увидит.

Они направлялись в соседний город, к ее родителям, на Рождество. Он должен был приехать завтра. Но завтра для них уже не наступит.

– Машину вашей жены подрезала фура, выехала навстречу, – послышался чей-то голос, Фрэнсис уже не различал голоса, – она резко свернула вправо и не увидела столб. Немудрено в такой-то туман. Водителя фуры ищут, записи уже достали, попытаемся разглядеть номера. – Полицейский смотрел в серое небо, боясь взглянуть на него. – Господи, что за погода – снег вместе с туманом…

– Ты можешь уже помолчать! – одернула его Нэнси.

– А что я такого сказал? – шепнул тот и замолк.

– Приди в себя, Фрэнсис, так можно с ума сойти. Ты меня слышишь? Фрэнсис…

– Фрэнсис! – кто-то стучал в окно. – Ты сделал все, что мог, парень.

Нэнси стояла возле его машины, с ее капюшона стекали капли дождя. Тело девушки давно увезли, а Фрэнсис так и сидел в машине, точнее, лежал на руле, прикорнув, провалившись опять в этот кошмарный сон. Прошло уже без малого три года, а он помнил все, будто это было вчера.

– Я думал, ты уже дома. – Он потер глаза, стал искать кнопку на двери, затем опустил стекло.

– Что ты сказал? – Она склонилась над ним.

– Я думал, ты уже слиняла!

– Не-а, – помотала она головой с зажатой в губах сигаретой. – Решила проверить, как ты.

Фрэнсис посмотрел на верхний этаж. Он был в двух шагах от погибшей…

– Что за дерьмо творится вокруг? А, Бейли? – сказала Нэнси сквозь сжатые зубы. От нее так разило табаком. Хуже, чем от любого мужчины.

Фрэнсис пожал плечами.

– В последние дни творится какой-то кошмар, – продолжала она. – Когда это закончится, черт его знает. Ни отдыха, ни передышки. Я скоро охрипну кричать.

– У тебя громкоговоритель.

– Ну и что? Голос все равно сел.

– Твоя старушка опять никак не заведется? – посмотрел он на ее «Шевроле».

– Да заведется, куда она денется. – Нэнси выпустила облако дыма.

– Садись, – он открыл дверь, – подвезу.

Она расплылась в довольной улыбке и села в машину.

– А то я и впрямь подумал, что ты тут ради меня.

– Ради тебя, ради кого же еще! – сказала она и стрельнула недокуренной сигаретой в окно.

– Какой уже случай по счету? Десятый за эту неделю? – Фрэнсис взглянул на место падения, огороженное желтыми лентами от любопытных зевак.

– Двенадцатая, – сказала после паузы Нэнси. – И это только в нашем районе.

Фрэнсис завел машину и отпустил педаль, уезжая от этого места, забирая с собой запах смерти, что не выветрится никак.

– Я был почти рядом.

– Знаю, – вздохнула Нэнси. – Мы все почти рядом, когда такое дерьмо происходит. Профессия у нас такая, быть рядом с таким дерьмом.

– Что творится в городе?

– Кто бы знал! Вот вчера поступил звонок – убийство владельца отеля. Этого, у берега, знаешь?

– «Ночной бриз»?

– Ага. Звонил работник кухни, говорит, видел, как директора убили на заднем дворе. Несколько пулевых: один в голову у виска, два в живот. Он как раз хотел выкинуть мусор, открыл дверь, а там труп владельца.

– Ну и?

– Мы приезжаем, нас встречает тот самый владелец отеля с абсолютно спокойным лицом. Он был, конечно, чуть бледноват, но на вид точно не труп с пулевыми.

– Так кого убили?

– Подожди. Мы им говорим: оформляем как ложный вызов. А владелец такой – а кто вас вообще вызывал? Стоит этот посудомойщик, бледнее, чем смерть, и хлопает на меня своими глазами. Вышли с ним во двор, там лужа крови. Взяли на экспертизу, все как всегда, ты знаешь.

– Знаю…

– Сегодня днем звонок – тело прибило к причалу. Тот самый владелец отеля с пулевым в висок и двумя в живот. Возвращаемся в гостиницу, владельца, естественно, нет. Получаем результаты из лаборатории, кровь принадлежит владельцу отеля. Как тебе такое?

– Чертовщина какая-то.

– Она самая! Полная, мать его, хрень…

Было уже одиннадцать ночи, когда Фрэнсис вернулся домой. Нэнси он довез до дома полчаса назад. Та, увидев горящие окна, проворчала, что опять забыла выключить свет, а Фрэнсис только сейчас понял, что надо было проводить ее до двери.

Набрав ее номер, он сжал телефонную трубку.

Гудок, еще один, еще…

– Вы дозвонились до Нэнси Грин. Если я не подхожу к телефону, значит, опять кого-то пришили и я на проклятой работе. Говорите, что хотели сказать, сразу после сигнала…

Фрэнсис повесил трубку.

В животе заурчало, он включил телевизор.

На федеральном канале экстренный выпуск новостей.

Фрэнсис прибавил громкость.

– Мы находимся на Западной улице, – говорил репортер. – За моей спиной вы можете видеть высотное здание. Это жилая многоэтажка, и ровно час назад она накренилась.

– О господи, она падает? – раздался голос ведущей новостей. На экране включилось второе окно.

– Мы пока не знаем, что произошло, – кричал в микрофон репортер. – Спасатели работают на месте. Сейчас, как вы можете заметить, идет экстренная эвакуация людей.

Резкий скрежет раздался за спиной репортера.

– Нас просят отойти подальше… Извините, – остановил он девушку в пижаме, – простите, мисс, вы здесь живете?

Она смотрела в камеру растерянными глазами, будто просила ответа у каждого, кто был по ту сторону экрана.

– Да, мы проснулись от непонятного треска – кажется, стены трещали. Мы сначала подумали, что это землетрясение: здесь иногда качает, но это все быстро проходит. Потом треск повторился, я включила свет и увидела огромную трещину на стене. Мы выбежали, в чем были…

– Спасибо, мисс. – Репортер повернулся к камере. – Надо сказать, что, возможно, не все жильцы дома вышли. Сейчас спасатели и соседи обзванивают людей, проверяют всех по спискам. Есть опасность, что какие-то арендаторы жили здесь нелегально, поэтому…

– О господи! – раздался возглас ведущей.

Репортер повернулся, оператор взял крупный план.

Жилая высотка, что еще минуту назад стояла под креном, будто приподнялась, словно кто-то выталкивал ее из-под земли, и с грохотом развалилась.

Пыль и крики заполонили пространство. Обломки облицовки и бетона летели на землю. Камера затрещала и отключилась.

– Мы попробуем связаться с нашим корреспондентом после рекламы, – сказала дрожащим голосом ведущая новостей.

Фрэнсис выключил телевизор и подошел к телефону. После длинных гудков все тот же автоответчик:

– Вы дозвонились до Нэнси Грин. Если я не подхожу к телефону, значит…

Он бросил трубку и, взяв ключи от машины, выбежал из дома.

Этот мир будто сходил с ума – все люди куда-то мчались, все службы были на выезде, а власти делали вид, что ничего не происходит.

Фрэнсис настроил радиоприемник в машине, сигнал постоянно пропадал. Он ловил то одну станцию, то другую, но те то и дело сбивались, накладывая один сигнал поверх другого, превращая транслируемые голоса в подобие эха из преисподней. Наконец поиск частот остановился.

– С вами News-Fm и последние новости за день, – старый динамик выкашливал звуки.

Фрэнсис пытался разобрать слова.

– Акции компании Big Town упали на двадцать процентов после того, как четыре их здания буквально разрушились на глазах. Со слов представителя компании, все нормы при строительстве были соблюдены, а именно эти дома простояли больше двадцати лет, потому ни о каком нарушении с их стороны не может идти речи.