СМЕРШ – 1943. Книга третья - Барчук Павел - Страница 12

Сконцентрированы… То есть собраны в одну кучу…

Сука! Меня аж прошиб холодный пот. Нет, я уже обдумывал подобную версию. Допускал ее. Но… Теперь становится вполне очевидно, что это не версия. Это – правда.

Мельников, будучи инспектором ГУКР, имел беспрепятственный доступ к картам дислокации резервов и расписанию связи штабов. Он собирал эти данные для Пророка. Теперь Мельников погиб.

Крестовский либо уже знает об этом, либо вот-вот выяснит. Поймёт, что кольцо сжимается. Ему придется бить немедленно.

Цель Пророка – выйти в эфир на частотах Абвера прямо отсюда, из-под носа у СМЕРШа. Назвать немецкие коды аутентификации из тех самых обгоревших документов, чтобы в штабе Моделя ему поверили безоговорочно. И слить немцам точные квадраты скопления советских танковых армий.

Если Люфтваффе поднимут эскадрильи тяжелых бомбардировщиков и ударят по этим координатам… Ковровые бомбардировки просто сметут наши резервы. Центральный фронт останется без бронетехники. История изменится навсегда, превратившись в кровавую бойню с нашим разгромом.

А я сижу в подвале! И ничего не могу сделать конкретно сейчас. Начну орать и требовать Назарова, не факт, что он явится. К тому же лишний шум привлечёт внимание. Вдруг Крестовский совсем близко.

Я вскочил на ноги. Подошел к перегородке.

– Эй, Михалыч, слышишь? Есть предложение.

Рассказ Михалыча о «привидениях» заставил шестеренки в моей голове крутиться с удвоенной скоростью.

Допустим, я прав. В руинах церкви на самом деле сидит радист. Кем бы он ни был. Михалыч шляется туда бухать. Неужели профи не заметил пьяного в дупель обходчика, который хрустит ветками и гремит бутылкой? Да сто процентов заметил!

Но не тронул. Почему?

Потому что местный алкаш – это безобидная декорация. Убить обходчика – будут проблемы. А так – ходит и ходит, кому он мешает.

К тому же, в церкви Михалыч появляется «под мухой». Делиться своими видениями он ни с кем не будет. Чтоб в сумасшедшие не записали. Ну и заодно чтоб не прилетело за распитие в рабочее время. Мне вон, чисто от балды ляпнул. С тоски. Подумал, я – обычный гражданский. А патрулю, когда арестовали, не признался.

Значит, радист обходчика не опасается. Это открывает просто шикарные перспективы.

Если устроим засаду в церкви, рискуем спугнуть гадину. Но, к примеру, туда можно заявиться под видом Михалыча – в его тужурке. Шататься, бормотать под нос. Типа, пришел снова выпить втихаря. Тут даже скрываться не придется. В наглую зайти, расположиться и ждать радиопередачи. А потом – поймать гниду за руку прямо во время сеанса связи!

Но для этого мне нужна помощь. И теперь уже не только от Карасева. Если мы снова с ним вдвоем что-то затеем, Назаров нас кончит. На этот раз реально без суда и следствия.

Да и потом, начну прямо сейчас колотить в дверь и требовать майора – выйдет ерунда. Сергей Ильич на взводе. Это – мягко говоря. Решит, что лейтенант Соколов сочиняет на ходу сказки про призраков и непонятных радистов, лишь бы выкрутиться. Сложно вот так запросто поверить, будто под самым носом Управления СМЕРШ идет радиопередача.

В итоге – велит прижать задницу и ждать результатов «внутреннего расследования». Пока ему не предоставят подтверждение нашей с Карасем невиновности, он и слова не даст больше сказать.

Второй вариант – даже если выслушает, поверит и решит брать радиста, информация может разойтись по Управлению. Думаю, в свете всего, что произошло за последние дни, действовать без согласования с руководством, майор не решится.

А я теперь на сто процентов уверен, Крестовский окопался именно здесь, в штабе. Любой шухер – Пророк просто заляжет на дно, рация из церкви исчезнет вместе с радистом.

Значит, действовать надо тоньше. Через Котова. Батяня как раз отправился проверять мою легенду насчет Мельникова. Когда вернется, уже будет понимать, что я не врал. Вот тогда можно действовать. Все равно раньше ночи никто ничего никуда передавать не будет.

– Дык что за предложение, паря? – нетерпеливо переспросил Михалыч из-за перегородки.

– Погоди… – отозвался я в щель. – Скажи… А чем жена-то твоя болеет?

– Дык… кашляет страсть как, грудь закладывает, – тоскливо, но охотно принялся рассказывать сосед. – Лекарства нужны нормальные, а где их взять-то нонче? Врачи руками разводят, травки пить велят…

– Ты сам обходчиком на станции трудишься? Далековато. Пешком километров десять, не меньше.

– Не близко. Есть такое. На велосипеде езжу. Но супружнице говорят, лучше здесь оставаться. Вот и мотаюсь.

– Ага…

Я мысленно потер руки. Все складывается отлично. Не в том смысле, что меня радует болезнь жены Михалыча. Я ему как раз искренне сочувствую. А вот тот факт, что он супругу любит и бережет – это замечательно. Обходчик только для вида ругается на нее. На самом деле ради жены пойдет на многое.

Буквально пару месяцев назад, в апреле, по-моему, вышел жесткий указ о введении военного положения на всех железных дорогах. Все путейцы теперь приравниваются к военнослужащим Красной Армии. О чем Михалыч либо забыл, либо еще не привык.

Даже самый безобидный залет, а уж тем более пьянка в комендантский час, да еще прямо под носом у Ставки фронта – это стопроцентный военный трибунал. В лучшем случае мужика закатают в штрафную роту, в худшем – пришьют саботаж, после чего будущее Михалыча станет весьма туманным. Значит, нам точно есть о чем говорить. Теперь можно переходить в обсуждению.

– Михалыч, слушай внимательно. За распитие в прифронтовой полосе тебя не расстреляют, конечно, но наказания не избежать. Могут даже в штрафную роту отправить. Искупать вину. Понимаешь, что с твоей женой будет?

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.