Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой (СИ) - Винтер Ксения - Страница 16

— Зельеварение — точная наука, не требующая никаких особых навыков, — назидательно проговорила целительница, занявшая место за кафедрой. — Освоить её может абсолютно каждый, для этого требуется лишь прилежание, настойчивость и желание. Поэтому отговорок в стиле «у меня не получается» я не приемлю. Потому что если у вас не получается, значит, вы прикладываете недостаточно усилий. — Женщина обвела строгим взглядом аудиторию. — Разумеется, я понимаю, что не всем даются точные науки и готова пойти навстречу отстающим: график моих дополнительных занятий будет вывешен на стенде на кафедре целительского факультета, и если вам покажется, что какая-то тема вам не даётся, вы всегда можете обратиться ко мне за помощью в указанные часы. — Тонкие губы, накрашенные помадой насыщенного винного цвета, изогнулись в усмешке. — Возможно, среди вас есть гении, считающие, что лекционные занятия с преподавателем им не нужны и всю необходимую информацию они смогут почерпнуть из учебников. Так вот спешу вас огорчить: за пропущенную без уважительной причины лекцию вы попадёте на два вечера в моё рабство в качестве лаборантов. То есть будете выполнять всю грязную работу: потрошить жаб, мыть котлы и баки с пиявками, а также делать ещё много крайне полезных, но очень противных дел.

По аудитории прошёл возмущённый шепоток, который практически сразу стих под острым взглядом зелёных глаз.

— Для тех же, кто будет нарушать дисциплину на моих занятиях, неважно, практических или лекционных: разговаривать, спать, обмениваться записочками с друзьями, устраивать розыгрыши, пытаться испортить чужое зелье или просто зайдёт в кабинет после меня, — у меня есть особое наказание, — теперь улыбка целительницы стала зловещей. — Вот здесь, — она указала на коробку на столе. — Тридцать четыре фиала. В трёх из них простая вода. В одном — белое вино. В одном — красное вино. В остальных — зелья различной направленности. Так вот, все нарушители дисциплины должны будут выбрать один флакон и выпить его содержимое. Выберете что-то безобидное — считайте, повезло. А не сможете по внешнему виду отличить безопасный состав от небезопасного, в течение следующих двадцати четырёх часов будете наслаждаться последствиями своей глупости.

Светловолосый чуть полноватый парнишка на втором ряду — сосед Алкура по комнате и на мой взгляд чуть ли не единственный приличный человек в нашей группе, за исключением старосты и Мины с Аланом, — поднял руку вверх, привлекая к себе внимание преподавательницы.

— У вас появился вопрос? — уточнила целительница, и, получив утвердительный ответ, распорядилась: — Спрашивайте. Но сначала представьтесь.

— Титвин Вэрт, — поднявшись, представился юноша, после чего спросил: — А среди зелий для наказания есть яды?

— Хороший вопрос, адепт Вэрт, — одобрила Бастельфис. — Разумеется, ничего, что может серьёзно навредить вашему здоровью, в этих фиалах нет.

Тут уже я не удержалась и подняла руку, движимая любопытством.

— Да, адептка Лоуи?

Как и Титвин, я встала из-за стола, хотя Устав академии этого вроде как не требовал. Просто элементарное проявление уважение к преподавателю. Кроме того мне самой было крайне некомфортно разговаривать с человеком, глядя на него снизу верх.

— А если у студента аллергия на один из компонентов зелья? — спросила я. — Или он на постоянной основе принимает какое-то зелье, которое нельзя смешивать с другими.

— Ещё один хороший вопрос, — во взгляде Бастельфис светилось одобрение. — Разумеется, исключить возможность аллергической реакции или конфронтации двух зелий невозможно, и в этом случае бедолагу ожидает крайне неприятные ощущения. Но, к счастью, я ношу звание мастера не только в области зельеварения, но и целительства, так что смогу оказать первую помощь и помочь бедолаге избежать серьёзных последствий для здоровья, это во-первых. Ну, и во-вторых, — она широко улыбнулась. — Разве это не дополнительный стимул вести себя примерно на моих занятиях?

После этих её слов в аудитории воцарилась гробовая тишина — намёк был понят. Никому рисковать своим здоровьем не хотелось.

«Похоже, я нашла идеального преподавателя, — усаживаясь обратно на своё место, подумала я, с нескрываемым восхищением глядя на женщину. — Интересно, возможно ли сменить наставника? Ну, на кой я сдалась Вирайну? Он всё равно меня на дух не переносит. А вот с Бастельфис мы точно поладим. Нужно будет заглянуть сегодня после ужина к Алваро и немного поныть, глядишь, удастся уговорить его сменить гнев на милость и прикрепить меня в качестве личной ученицы к мастеру Лакурж».

Лектором Бастельфис оказалась просто изумительным: информацию подавала сжато и максимально понятным языком, разбавляя сухую информацию едкими замечаниями и шутками, чем ещё больше укрепила меня в уверенности, что лучшего преподавателя невозможно найти.

После зельеварения у нас в расписании стояло первое в семестре занятие по ментальной магии, и вот на него я шла как на плаху: менталистика мне не давалась от слова совсем, и я уже «предвкушала» ушат помоев, который на меня выльет преподаватель, когда обнаружит мою полную несостоятельность по своему предмету.

— Я слышала, мастер Тарий состоит в отношениях с целительницей Лакурж, — донёсся до меня приглушённый разговор двух студенток, устроившихся в аудитории наискосок от меня и Мины. — Они любовники!

«Угу, так же, как я и Алваро», — мрачно подумала я, недовольно поджав губы. Если слухи в собственный адрес меня не особо волновали, то напраслину в отношении понравившейся преподавательницы я восприняла близко к сердцу.

— Вы что, свечку держали? — не удержалась я от насмешливого вопроса. — Или это отсутствие собственной личной жизни сказывается, раз вас настолько сильно интересует чужая?

— Куда уж нашей личной жизни до твоей, — едко парировала одна из девушек. — Вот уж тебе, действительно, нет смысла интересоваться чужой — со своей бы управиться. Когда, кстати, у тебя следующая встреча с ректором?

— Сегодня вечером, — охотно ответила я, а затем поинтересовалась невинным голосом: — Передать от тебя привет?

— Девочки, давайте без ссор, — примирительно проговорила староста, вмешавшись в перепалку. — Но, в целом, я согласна с Элетрой: неприлично обсуждать личную жизнь преподавателей. Нас она не касается.

Девицы недовольно скривились, я же улыбнулась.

— Спасибо за поддержку, Меда, — искренне поблагодарила я её.

— Не за что, — отмахнулась та и вернулась на своё место.

Именно в этот момент дверь открылась, и в аудиторию неспешно вошёл преподаватель.

Это был импозантный мужчина лет сорока, с абсолютно белыми волосами, подстриженными и уложенными по последней моде, одетый в строгий серый костюм-тройку, поверх которого была наброшена профессорская мантия красного цвета на два тона светлее галстука.

— Добрый день, дамы и господа, — поприветствовал нас преподаватель, встав напротив грифельной доски. — Меня зовут мастер Тарий, и, как вы понимаете, я буду вести у вас занятия по ментальной магии.

Скажу сразу, менталистика — весьма тонкая наука и даётся далеко не всем. В отличие от заклинаний, зелий и прочих дисциплин, её невозможно освоить, не имея предрасположенности. А я не садист, чтобы требовать от вас невозможного. Поэтому сегодняшнее наше занятие мы посветим проверке ваших способностей в ментальной магии, после чего я разделю вас на две группы. В первую войдут студенты, у которых есть склонность к данной дисциплине и на которых я буду тратить большую часть времени на практических занятиях. Во второй же группе будут те, кто не способен освоить ментальную магию в принципе — их главная задача будет стабильно посещать все лекции, аккуратно вести записи и выполнять письменные задания, которые я буду выдавать. Этого будет достаточно, чтобы получить удовлетворительную оценку на экзамене.

Я мысленно одобрила подобный подход и порадовалась, что, возможно, мои опасения не оправдаются и в лице мастера Тария я найду ещё одного адекватного преподавателя.