Идеальный танк для «попаданцев» (СИ) - Савицкий Георгий - Страница 3

Вспомнили героическую оборону экипажа танка Т-26 в Ровно. Тогда танкисты 105-го отдельного батальона 35-й танковой бригады 19-го механизированного корпуса 28 июня 1941 года у моста через реку Устье вели неравный бой прикрывая наши отходящие подразделения. Танк с бортовым номером «736», пользуясь дымом от горящей немецкой техники, отошел на улицы Ровно и продолжал вести бой. К тому времени советские танкисты уже были отрезаны от своих, но не сдавались. После того, как закончились снаряды, они вели огонь из пулеметов, давили гитлеровцев гусеницами. Но возле дома по улице Островского, 36 немцы гранатами перебили гусеницу лёгкого танка.

Гитлеровцы окружили Т-26 и предложили экипажу сдаться. Но советские танкисты отказались, и тогда гитлеровцы сожгли боевую машину.

Экипаж в составе Павла Абрамова и Александра Голикова погиб смертью храбрых. Но жители ровно похоронили танкистов и сберегли их документы в на протяжении всей оккупации Советской Украины. В частности, память о погибших советских танкистах хранили супруги Магзиевские.

Севернее — на Минском направлении, в уже занятую столицу советской Белоруссии сумели прорваться два или три танка Т-34. Они вели бой на улицах Минска, уничтожали пехоту и технику гитлеровцев массированным пулеметно-пушечной огнем, при этом был даже ранен командир немецкой дивизии.

Но по «Тридцатьчетверке» открыли ответный огонь противотанковые пушки гитлеровцев и подбили его. А добили Т-34 связкой гранат. Из горящего танка стали выбираться бойцы, но гитлеровцы убили всех, за исключением одного танкиста.

Его, раненого, приютила у себя на Старокомаровской улице 70-летняя Мария Желт ко. Утром он ушел из ее дома, но был задержан гитлеровским патрулем и попал в концлагерь.

Уже после войны соседи рассказывали, что какой-то мужчина приходил к ним во двор и расспрашивал о женщине, которая укрыла его от погони в июне 1941 года. Он рассказал, что выбрался из горящего танка и прошел лагерь смерти Освенцим.

А сам танк Т-34 так и простоял весь период оккупации на окраине Минска — весь разбитый снарядами с сорванными гусеницами. Немцы превратили его в дорожный указатель и облепили различными табличками. Еще возле этого Т-34 они расстреливали советских партизанов и подпольщиков.

Рейд через Минск Дмитрия Малько

Конечно же не забыли участники форума «В вихре времен» обсудить и рейд через Минск довольно уникального танка Т-28, за рычагами которого находился старший сержант Дмитрий Малько.

К началу войны сержант Малько заведовал складом в военном городке под Минском. В ремонтном подразделении находились несколько броневиков и танк Т-28. Сержант попросил командира склада, где служил, майора Денисовского разрешения эвакуировать машину, ведь каждый танк был на счету. Малько оставался уверен в своих силах, мехводом он прошел бои в Испании, Халхин-Гол, участвовал в освободительном походе на западную Белоруссию и в зимней войне с Финляндией.

Экипаж пополнился майором-танкистом Васечкиным, и тремя курсантов танкового училища: Николаем Педаном, Александром Рачицким и Федором Наумовым

Командир части сначала приказал экипажу достать из болота три танка Т-26. Вечером найти танки не удалось, а утром было уже не нужно. За ночь советские части отошли, экипаж танка оказался в немецком тылу.

Танкисты приняли решение прорываться на восток через уже занятый немцами Минск.

Проскочив железнодорожный переезд и трамвайное кольцо Т-28 оказался на улице Ворошилова. Возле ликеро-водочного завода два десятка гитлеровцев грузили в машину ящики с бутылками и не обратили никакого внимания на внезапно появившийся одинокий танк.

Когда до сгрудившихся у грузовика немцев осталось метров пятьдесят, заработала правая пулеметная башня танка, Николай Педан открыл огонь, а мехвод Малько раздавил грузовик.

Затем советский танк переехал по деревянному мосту через Свислочь и свернули направо, на Гарбарную, а ныне Ульяновскую улицу, проехал рынок и на углу улицы Ленина внезапно встретил колонну мотоциклистов. Танк Т-28 перемолол и их — пулеметным огнем и гусеницами.

Преодолев крутой подъем на улице Энгельса, Т-28 в сквере у театра имени Янки Купалы обстрелял группу немецких солдат. Ведя огонь сходу, советский трехбашенный танк вырвался на центральную — Советскую улицу. Повернув направо, танк пошел по узкой, изрытой воронками улице.

Возле окружного Дома Красной Армии мехвод Малько получил команду от майора — командира экипажа, повернуть вправо. Он свернул на Пролетарскую улицу, которая теперь носит имя Янки Купалы, и остановился: вся проезжая часть забита вражеской техникой. Грузовики с оружием и боеприпасами, автоцистерны. Слева, у реки, громоздились какие-то ящики, полевые кухни, в Свислочи купались солдаты. А за рекой, в парке Горького, укрылись под деревьями танки и самоходки.

Танк Т-28 открыл по врагу ураганный огонь. Майор прильнул к прицелу пушки, посылал в скопление машин снаряд за снарядом, а курсанты расстреливали противника из пулеметов. Внезапность и натиск были на стороне советских танкистов. Горели и взрывались грузовики немецкого обоза, полыхнули несколько бензовозов. Немецкая техника была вся разметана, будто по ней прошелся смерч.

Майор дал мехвода Малько команду развернуться, и он снова выехал на Советскую улицу и повернул вправо.

Танк промчался мимо электростанции по мосту через Свислочь.

В парке Горького советские танкисты заметили новое скопление противника. Под густыми кронами деревьев стояли десятка два автомашин, несколько танков и самоходок. Возле них толпились гитлеровцы. Они тревожно задирали вверх головы, ожидая налета советских самолетов: со стороны Пролетарской улицы все еще доносились глухие взрывы рвущихся боеприпасов, что можно было принять за бомбежку.

Но опасность подстерегала фашистов не с неба, а с земли. Так же, как и на Пролетарской, первой заговорила пушка танка Т-28, вслед за ней ударили пулеметы центральной орудийной и правой стрелковой башни. И снова, как уже было, начали рваться боеприпасы, вспыхнула факелом бензоцистерна, и густой дым окутал черным шлейфом аллеи старого парка.

В боекомплекте танка оставалось только шесть снарядов. Майор скомандовал прекратить огонь и уходить на полном ходу.

Мехвод Малько включил четвертую передачу, и танк понесся по улице. Проехал Круглую площадь, преодолел подъем, поравнялся с Долгобродской.

Танк поднялся на гребень улицы, и мехвод Дмитрий Малько увидел впереди Комаровку — деревянные домики, рынок и развилку дорог. Он обрадовался: ведь от Комаровки всего два-три километра до городской окраины. По улице Пушкина можно было выскочит прямо на Московское шоссе. Мелькнула мысль: «Может, удастся прорваться?».

Но не удалось!

В районе старого кладбища танк Т-28 прицельно обстреляла батарея ПТО гитлеровцев. А для советского — первого в мире среднего танка с 76-миллиметровой пушкой в борт или в корму было опасно попадание и из 37-миллиметровой немецкой «колотушки»…

Первый снаряд, по словам Малько, лег рядом с танком, второй — отрикошетил от круглой центральной башни Т-28. На предельной скорости советский танк попытался прорваться к развилке на окраине Минска. Он отчаянно маневрировал но в корму попали — один за другим, пара снарядов, которые подожгли и обездвижили боевую машину.

Командир экипажа, майор Васечкин был убит, когда выбрался из танка. Также погибли трое курсантов-танкистов. Спаслись только Дмитрий Малько и Николай Педан. Последний попал в плен, прошел концлагерь и был освобожден в 1944 году.

А вот Дмитрий Малько перешел линию фронта, лечился в госпитале, а затем служил механиком-водителем на танке Т-34, освобождал Минск в 1944 году. По итогу, за этот героический рейд и за другие боевые заслуги Малько был награжден орденом Отечественной войны I-й степени.

Впоследствии он написал книгу «За рычагами танка», посвященную рейду через захваченный гитлеровцами Минск летом 1941 года.