Куница Том 6 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 32

И указательный палец опустился в направлении Ядвиги.

— Укрепление наследия.

Поляки недоумённо переглянулись, а Вайорика, чьи глаза расширились от удивления, а затем от возмущения, вскочила.

— Ты не посмеешь! Она cast!

Тиберий покивал:

— Именно так, я заметил.

— О чём вы говорите? — спросил Вицлав.

— Сильная дева, — ведьма с белёсыми глазами смотрела на Ядвигу. — Волевая. Верная. Из сильного рода. Если она возлежит с нашим господарем…

Вскочил и Вицлав.

— Да как вы смеете⁈ Я тебя на дуэль вызову, ублюдок!

Тиберий ничуть не испугался.

— Это честная цена, проклятый. Ты знаешь, чего хочет Вайорика?

— Какое это… — Вицлав говорил громко и едва сдерживал ярость.

— Вицлав, — холодный голос Ядвиги остановил его. — Сядь. Я хочу услышать.

Поляк сжал кулаки, но вернулся за стол.

— Путеводная нить, — заговорил Тиберий. — Путь, что поможет вашему другу покинуть бездну страха и вернуться в реальность. Тринадцать ведьм соберутся в круг, чтобы их голос достиг глубин демонических планов. Голос их душ, doamnă. След, по которому демоны всегда смогут их найти. До конца жизни тринадцать ведьм будут обречены прятаться и защищаться. Такова цена. Ковену дорого обойдётся спасение, и мы хотим равноценную плату. Одна ночь, никаких последствий для тебя, ценное приобретение для нас.

— Тиберий! — вновь вклинилась Вайорика.

— Ковен назначил цену, — поднял голос парень. — Вы вправе принять её и отказаться. Только знайте — нахождение по ту сторону никогда не проходит без последствий. И чем дольше ваш друг там, тем больше он изменится. Впрочем, ты сама всё знаешь, Вайя. Ну а проклятому мы поможем просто так.

Тиберий поднялся.

— Не называй меня проклятым, — отозвался Вицлав.

— Как скажешь, blestemat, — ответил Тиберий и покинул зал.

Дойна поднялась.

— Вам подготовят гостевые комнаты. Вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите.

— Мы всё равно знаем, что вы торопитесь, и не задержитесь ни днём больше, чем требуется, — добавила ведьма с белёсыми глазами, тоже вставшая, чтобы сразу отправиться за Тиберием.

Поляки и Вайорика подождали, пока закроются двери зала. Ведьма устало выдохнула и рухнула в кресло.

— Это немыслимо! — взорвался Вицлав. — Оскорбительно! Невозможно!

— Вицлав, — устало попросила друга замолчать Ядвига.

Поляк нахмурился и начал ходить вокруг стола, но хотя бы замолчал.

— Варианты? — спросила Ядвига.

— Я… — Вайорика покачала головой, — не знаю. Я рассчитывала на путеводную нить, потому что Тиберий всегда хотел меня заполучить.

— Разве он не твой брат? — спросил Вицлав.

— Некровный. Может быть, какой-нибудь дальний кузен, но это не имеет значения.

— У вас что здесь, инцест в порядке вещей? — зло уточнил поляк.

Ведьма поморщилась.

— Достигая зрелости, ведьмы уходят в мир и заводят детей в самых разных местах. Ковен постоянно получает новую кровь, так что ни о каком вырождении речи не идёт. Да и неважно это.

— Зачем? — спросила Ядвига.

Вайорика вздохнула, заставляя себя собраться с мыслями.

— Обновление защиты. Долгое общение с потусторонним облегчает ведьмам работу, но в то же время усиливает уязвимость. Ритуал защиты позволяет спрятаться, снова стать незаметными, сохраняя собранное преимущество. Для нас это довольно важно, твой род древний и сильный, хорошая защита. Для тебя и твоей семьи никакой угрозы нет, это я гарантирую.

— Вы серьёзно это обсуждаете⁈ — вклинился Вицлав.

— Переубедить? — не слушая друга, спросила полька.

Ведьма отрицательно покачала головой.

— Тиберий сказал: Ковен назначил цену. Это принципиальная позиция. Теперь, что бы мы ни предлагали, Тиберий не отступится, и ковен его поддержит.

— Тогда я сделаю это.

Вайорика и Вицлав с удивлением посмотрели на Ядвигу. Та опустила взгляд.

— Тиберий прав. Нет времени искать альтернативу.

Вайорика поджала губы. Вицлав со злостью ударил кулаком по столу.

— Ты не можешь! Это же… Это… — поляк задыхался от гнева и возмущения.

— Я должна, — настояла Ядвига. — Это мне решать, только мне.

Подмосковье, поместье герцога Мартена

Апрель 1984 года

Максим Волконский опустил взгляд на список личного состава.

— Все?

— По списку — все, князь, — подтвердил Евгений Курпатов.

Впервые за всё время работы на Мартенов Курпатов чувствовал себя настолько отвратительно. В другой ситуации он бы уже сложил с себя обязанности и ушёл, попытавшись вернуться на службу. Евгений был уверен, что сейчас его легко поставят в строй, наплевав на все прошлые проблемы. Однако так получалось, что как раз к Мартенам у бывшего офицера претензий не было, напротив. Светлана, исполняющая обязанности главы рода, и хотела бы держать молодых людей, волей Дмитрия попавших в команду военных игр, подальше от войны, но… Они сами туда стремились. Уверенные в себе, не осознающие своей неопытности и уязвимости, они рвались в бой. Разговоры Светланы, увещевания, предупреждения, всё оставалось неуслышанным. И, когда Волконский дал клич, они все отозвались на призыв и собрались здесь. Стояли на улице, ожидая развития событий.

Во дворе усадьбы царила напряжённая атмосфера. Воздух казался плотнее обычного, пропитанный ожиданиями и тревогой. Молодёжь выглядела собранной, хотя напряжение ощущалось почти физически. Почти все они не только прошли подготовку, но и приняли участие хотя бы в нескольких играх, успели понять свою силу. Курпатов смотрел на лица юношей и девушек, пытаясь угадать их мысли. Некоторые смотрели прямо, с любопытством и азартом, другие нервничали, хотя и скрывали страх. Многие обменивались неуверенными взглядами, стараясь выглядеть спокойно и решительно.

Холл особняка наполнялся гулом приглушённых голосов, слуги заканчивали приготовления.

— Отлично! — княжич убрал список и окинул взглядом холл. — А где Кассандра и девочки? Я думал, они не пропустят такого события.

— Тренировка, — коротко ответил Евгений. — Пока весь мир не пошёл вразнос, Кассандра пользуется последними возможностями для подготовки подопечных.

— Понятно, — внешне Максим не выдал никаких эмоций по этому поводу, вновь переключившись на происходящее во дворе. — А вот и они!

На территорию поместья въехал автобус. Площади перед особняком как раз хватало, чтобы и собравшиеся молодые люди выстроились в некоторое подобие строя. Вышедший вперёд Пригорный посмотрел на это непотребство и, командуя и помогая себе жестикуляцией, построил людей правильно.

— Что это? — спросил Курпатов, указывая на автобус.

— Торжественная часть, — с предвкушением ответил Максим и вышел на улицу.

Ветер никуда не делся, но погоду на территории поместья сейчас стабилизировала магия. Тем временем из автобуса появились военные музыканты. Неся инструменты, аккуратно одетые в парадную форму, они выстраивались как для парада. К ним присоединились мужчины со шкатулками из чёрного лакированного дерева. Князь Волконский встал перед строем. И оркестр заиграл. Заиграл нечто праздничное, героическое.

В холл вышла Светлана и подошла к Курпатову.

— Я понимаю, что это неизбежно, и всё же испытываю чувство стыда, — призналась женщина.

— Всё правильно, Ваша Светлость. Вы хороший человек и не желаете смерти ни одного из молодых людей на улице. А война заберёт кого-то из них. Если не повезёт — заберёт всех. — отозвался Евгений.

— Дмитрий готовил их для этого? — спросила исполняющая обязанности главы рода.

Но учитывая, что Дмитрий всё так же считается погибшим, Светлана, вероятно, вернёт себе статус главы.

— Да, к этому, только… — Курпатов задумался, подбирая слова. — Меня не покидает ощущение, что всё происходит не так, как это задумывалось им.

Оркестр завершил мелодию, и Максим заговорил громким, хорошо поставленным голосом.