Жрец Хаоса. Книга ХI (СИ) - Борзых М. - Страница 6

— На будущее… — Творец техно-магической фракции обвёл присутствующих тяжёлым взглядом, — просто не используйте мою семью для решения своих проблем. Ну а поскольку вся честная компания в сборе и что-то обсуждает без моего участия, значит, дело касается меня, моего дома и моей семьи, а не вселенских проблем. Итак, что на этот раз случилось с моим сыном?

— Не удалось восстановить ему память в полном объёме, — ответила за всех Система. — Копия души твоего сына оказалась столь пластичной, что не изгнала душу из тела полученного реципиента. И, кроме того, по заверениям Хаоса, таких сущностей, кроме неё, в теле ещё то ли три, то ли четыре. Точно выяснить не удалось.

— Это ненормально! — тут же отреагировал Трайодосан. — Со временем тени душ должны растворяться и уничтожаться, иначе это грозит сумасшествием и дроблением личностей. Либо обретать тело и отдельную личность. Но это уже заявка на способности Творца.

— Сами знаем. Думаешь, мы этого не понимаем? — отозвалась Великая Мать Кровь. — Но выходит, что свойства цифровых слепков не изучены. А они, оказывается, не работают в полной мере как привычные нам души.

— Поэтому слово я своё сдержал. Память ему вернуть попытался. — Хаос говорил спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Другой вопрос, что в лучшем случае вернулось что-то около четверти, а то и меньше. И что именно вернулось, я не представляю.

— А что по силам? — уточнил Трай, обдумывая услышанное. Четверть в любом случае лучше, чем ничего. Образование у сына было разностороннее.

— Силу добавил ему, — ответил Хаос. — Испытание он прошёл. И более того, я даже показал ему вариант, при котором после смерти он однозначно покинет Чистилище Пустоты. Но, как ты понимаешь, твой сын отказался это делать и сказал, что будет перерождаться там до упора, до момента, пока не придумает, как помочь избавиться от местной занозы в заднице. Завидное упорство. У вас, кажется, фамильная черта.

Не выполнить поручения Савельева я не мог, а потому следующей точкой моего северного путешествия стал остров Готланд. Когда-то там располагалась столица Исборг — родовое гнездо Исдракенов, ледяных драконов Скандинавии.

С одной стороны, я не очень понимал смысла располагать столицу империи посреди Балтийского моря. Всё-таки достаточно близко к той же Дании и Швеции, но подальше от Финляндии и Норвегии. Но с другой стороны — остров посреди моря для магов льда и воды это, наверное, был лучший вариант: куда ни плюнь — везде собственная стихия, а зимой и вовсе всё способствовало защите. К тому же столица, расположенная в море, не отдавала предпочтения ни одному из королевств Конфедерации. Это опять же наталкивало на мысль, что Исдракены были пришлой династией, захватившей власть благодаря собственной силе. Иначе у них были бы где-то родовые земли. А так прилетели в Скандинавию откуда-то с севера, подчинили остальные королевства, продемонстрировав, что здесь крылатый папа, мама и остальная клыкастая родня. Остальным признать их главенство оказалось дешевле и проще, чем воевать. Впрочем, это уже скорее мои логические выводы.

В реальности же семейка драконов скорее всего провела качественную демонстрацию силы, благополучно заморозив какой-нибудь небольшой городок, после чего началась война. Если семейка крылатых рептилий была немаленькой, то, скорее всего, пролетелась и попросту заморозила вотчины и замки самых ярых противников. После чего остальные аристократы, не найдя подходящего лома против такой машины для убийств, согласились на их власть. А чтобы не жить среди потенциальных врагов, Исдракены столицу построили на острове посреди моря. Что было абсолютно логичным и выверенным решением для одних, лично для меня означало, что Готланд находился на другом конце Скандинавского полуострова. Добираться с Баренцева моря на Балтийское своим ходом через всю Скандинавию, пересекая её с севера на юг, было бы самоубийственным экспериментом. Это вам ни разу не триста и не четыреста километров.

Я уже практически решил возвращаться в русскую столицу и оттуда лететь дирижаблем, когда на ум пришла абсолютно закономерная мысль: не городить сущности. Иногда ведь самый простой вариант приходит в голову самым последним. Гораздо проще отыскать местный городок с причальной мачтой для дирижаблей и оттуда уже добраться куда-нибудь на юг полуострова, чем пилить своим ходом хоть из столицы нашей страны, хоть над Скандинавским полуостровом. К тому же над Балтикой сейчас должно было быть неспокойно, с учётом предполагаемых заморозков и реакции на подобный катаклизм со стороны соседних стран.

А потому мы с Гором припомнили, что подобная мачта торчала над городком в устье реки Таны, где произошла схватка с ледяными вивернами. Воздушный порт в городе имелся, видимо, ещё и по той причине, что в городок свозили со всей округи ресурсы с китобойного и тюленьего промысла. Я ушёл порталом, выбрав точкой выхода подворотню, где когда-то спас женщину с ребёнком. Накинув на себя отвод глаз, спокойно прошествовал по гомонящему и наполненному людьми и стражей городу в сторону воздушного порта.

А в городе будто разразился местный аналог золотой лихорадки. Практически все горожане и жители окрестных деревень едва ли не на коленях просеивали снег, пытаясь что-то отыскать в нём. Мне это было только на руку, ведь все смотрели себе под ноги, не обращая на внимания на окружающую действительность. Мне кажется, войди сейчас в городок вражеская армия, её бы не заметили.

Оказалось, что после того, как здесь завалили виверн, все, кто был способен ходить, высыпали на улицы и принялись выискивать замёрзшие капли крови с магических тварей для продажи алхимикам. Кому-то повезло ещё и чешуйки отыскать. А ратушу и вовсе облепили представители сразу нескольких аристократических родов, причём не столько в алхимических целях, сколько в исследовательских.

Это я уже позже узнал, подслушав разговор в таверне: якобы пытаются считать магический отпечаток спасителя города.

«Как же, спасителя, — подумал я про себя. — Пытаются прикинуть, кому выставить счёт за местами подпорченное имущество, или жаждут прибрать к рукам столь перспективного мага».

Датский мой, конечно, оставлял желать лучшего, но его хватало для того, чтобы выдать себя за одного из счастливчиков, отыскавших в снегу замороженную кровь виверн, но решившего продать её не местным скупщикам, а в столице, где ажиотажа не было и цены были явно выше, чем здесь и сейчас. Нужный мне дирижабль отправлялся в Стокгольм, который стараниями немцев, титульной нации Священной Римской империи, претендовал стать новой столицей Скандинавии. Город географически находился почти в центре четырёх королевств и, что немаловажно, туда гораздо проще было переместить войска через датские земли.

В любом случае, сытно поев в таверне и собрав все местные сплетни, уже через три часа я поднимался на борт дирижабля в Стокгольм. Полёт должен был продлиться порядка шести-семи часов, так что организовалась возможность спокойно поспать перед тем, как высаживаться в Стокгольме. Но с учётом отложенных на потом разговоров с моими «соседями» по душе и телу, сон мне только снился.

Каюта была хоть и маленькая, но индивидуальная, включающая в себя подвесную полку с ремнями для сна, небольшой откидной столик и металлический шкаф с дверцами для верхней одежды и скромного багажа. Перевозчик даже расщедрился на тёплое одеяло.

Устроившись поудобней и попросив Гора покараулить, я отправился сперва в собственные Ничто. У меня на потом было отложено два серьёзных разговора: с демонами и с Ирликийским ангелом, и шести-семи часов вполне должно было хватить на то, чтобы пообщаться.

Вместо того чтобы провалиться в блаженную пустоту собственного Ничто, меня выдернуло куда-то с чудовищной силой. Переход был не плавным, а рваным, будто зацепили багром за солнечное сплетение и дернули. Я оглянулся и понял, что вновь вляпался в сон. Но не в мой.

Вокруг жил своей жизнью лес: шелестела зелёная листва, пели птицы, перескакивая с ветки на ветку, где-то даже зудели комары. Солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны, рисуя пятнистые дорожки на ковре травы. Идиллия, мать её, наличие которой подспудно готовило к кой-то грядущей жести. И она не заставила себя ждать.