Жрец Хаоса. Книга ХI (СИ) - Борзых М. - Страница 29

— Отец, уподобься стылым водам Балтики, — вдруг принялся менять ипостась на звериную Альфред, тем самым закрывая меня своим телом. А дальше он на голландском что-то втолковывал старому змею, видимо, убеждая не делать глупостей. Шипящий диалог продлился минуты две, а после змеи отступили от ворот нашего особняка. — Князь, благодарю за терпение и понимание. Мы проведём ещё один ритуал. Если он не подтвердит подозрения моего отца, мы принесём свои изменения и уйдём.

— Альфред, позвольте дать вам ещё один совет, — не меняя расслабленной позы позволил себе я усмешку, хоть и был крайне разочарован, что герцог сохранил остатки здравомыслия: — Рекомендую проводить ритуал за пределами столицы, чтобы случайно не привлечь внимания имперских спецслужб. У нас с недавних пор очень подозрительно относятся к проведению разного рода ритуалов в столице, могут упокоить сперва и лишь потом начать разбираться с магами мёртвых за компанию.

— Благодарю, князь! Мы примем совет к сведению!

Альфред кивком головы попрощался, и змеи отправились восвояси.

Герцог Алард Зисланг, старый одноглазый змей с сапфировой чешуей, что даже в человеческом обличии переливалась холодным блеском при каждом движении, стоял на опушке леса неподалеку от восточного тракта, ведущего в столицу. Его единственный глаз был прищурен и полон ярости, которую он едва сдерживал. Пока остальные змеи из делегации, вернувшись в истинные обличья, расчерчивали огромный ритуальный круг на поляне, Алард прожигал взглядом собственного сына.

Альфред Зисланг, молодой, но уже успевший проявить себя змей, стоял напротив отца, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри у него все клокотало от напряжения. Он чувствовал, что разговор будет тяжелым.

— Ты слишком много на себя взял, Альфред, — прошипел герцог, и в его голосе явственно слышалось шипение змеиное, несмотря на человеческую речь. — Выставил меня в неблаговидном свете перед этим… выскочкой.

— Нет, отец, — твердо ответил Альфред, сложив руки на груди. — Мы изначально договаривались, что будет разыграна игра в доброго и злого змея. Где ты будешь давить авторитетом, обвинениями, знаниями и фактами. А я позже подслащу пилюлю, кинув кость в виде женитьбы на Шанталь, раз уж её репутация подобным образом испорчена. Но ты сам видел: он поклялся. И кровью, и силой. И клятву его приняли.

— Вот именно что приняли! — взорвался герцог, взмахнув рукой так, что полы его длинного плаща взметнулись, открыв на миг сапфировую чешую, проступающую на шее. — Ты видел, какие силы над ним полыхнули?

— Да уж не слепой, — покачал головой Альфред. — Заметил и вихрь хаоса, и странную розоватую муть, сформировавшуюся не то в летучую мышь, не то ещё в кого-то.

— Я говорю тебе, что это был дракон! — герцог шагнул к сыну, сверкая единственным глазом. — Тот самый дракон, который ледяных виверн на Тане покрошил! Это по всем признакам он, именно он украл твою дочь! Именно он прыгнул со скалы! Именно он примерно в это же время, накануне, навел шороху в низовьях Таны!

— Отец, — Альфред повысил голос, но тут же взял себя в руки, заговорив тише, но жестче. — Я понимаю всю твою ненависть и застарелые счеты с Угаровыми, вернее, с Утгардами. Но это переходит всякие границы. Если бы ты продолжил давить и упорствовать, как это делаешь сейчас, это бы, сам знаешь, во что вылилось. Что бы лично ты сделал, если бы появилась делегация вроде нашей и принялась оскорблять тебя у ворот собственного дома?

— Прихлопнул бы, как муху, — процедил герцог. — И был бы в своем праве.

— Вот именно! — воскликнул Альфред. — Ты что, не видел, что он провоцировал тебя на применение силы? Если бы я не вмешался…

— Если бы ты не вмешался, мы бы его прижали! — перебил сына Алард.

— Да, — кивнул тот, — но ценой какой крови? Ты видел его воинство?

— Видел, — не спешил сдавать позиции старый змей. — Но судя по имеющимся у нас данным, это всё были иллюзии.

— Иллюзии⁈ — Альфред невесело усмехнулся. — Отец, очнись. Один из твоих правнуков готов стихией поклясться, что чувствовал и слышал одновременно более пяти сотен сердцебиений. Пяти сотен, отец! Не считая мага, недавно обретшего силу рода, как ты говоришь, судя по тому, кто признал его клятву.

Герцог на мгновение замер, переваривая услышанное.

— Я не умаляю наших с тобой возможностей и возможностей нашей семьи, — продолжил Альфред уже спокойнее. — Мы тоже можем на дно морское опустить далеко не маленьких и не слабых представителей магического сообщества. Но не пять сотен! Под охраной защитных систем столичного особняка! Родового! Потери были бы очень велики. И ради чего? Ради того, чтобы нас добили имперские спецслужбы за нападение в столице на одного из… пусть и бывших, но камер-юнкеров наследника престола?

Алард молчал, лишь желваки ходили под чешуей на скулах.

— Ты же сам читал справку, — тихо добавил Альфред. — Ты сам её выдал мне. Где-то твои аналитики ошиблись. Это уже далеко не тот загибающийся и загнивающий род. Та сила, которую мы видели только в столице, говорит об очень многом. Но тот человек, которого я видел… он напоминает мне человека чести. И честно, я бы хотел надеяться, что моя дочь находится именно в его руках. Но его клятву приняли. Если же мы ошиблись, и Шанталь, словно через перевалочный пункт, перенаправили через столицу Российской империи…тогда враг будет нам неизвестен.

К этому моменту змеи закончили расчерчивать ритуальный круг. Огромные борозды на мокрой земле складывались в сложнейшую вязь символов, пульсирующих слабым магическим светом. По ключевым энергетическим узлам встали старейшие из делегации, пустив себе кровь, алая жидкость заструилась по символам, наполняя их силой.

В центре круга оказался сам Альфред. Он полоснул себя по ладони, его кровь имела наибольшую близость с кровью пропавшей Шанталь, ведь они были не просто родственниками, а отцом и дочерью.

Замкнув ритуал поиска, Альфред замер, глядя, как струйка его собственной крови стекает на расстеленную здесь же, на земле, огромную карту мира. Кровь извивалась, словно живая, ища путь, и наконец, упрямым ручейком потекла в совершенно противоположном направлении от Российской империи.

Более того, она уходила за пределы континента, устремляясь куда-то далеко в океан.

Альфред медленно поднял взгляд на отца. В глазах у обоих читалось одно и то же: Угаров не врал. Шанталь действительно у него не было. Но кому и зачем понадобилось тащить далеко не самую одарённую магичку через полмира к демонам на рога?

Андрей Алексеевич чувствовал себя фениксом в клетке. Сутки прошли с того момента, как он узнал, что мать выкрали, и ровно столько же, как он отправил архимагов на её поиски. Он готов был пожертвовать всем, даже собственной кровью, лишь бы только её отыскали. Отец всегда говорил, что самое страшное в их императорской «работе» — ждать, отдавать приказы и ждать, пока другие их выполнят. Но ещё хуже было ожидать, пока приказы выполнят в отношении родных и близких ему людей.

Андрей Алексеевич метался по дворцу, пытался заниматься делами и вот уже больше суток не спал. А всё потому, что он сильно сомневался, что дикие колдуны мольфары будут использовать официальную дипломатическую переписку для передачи послания. Они должны были придумать что-то этакое, сверхъестественное и очень простое, чтобы письмо дошло до адресата. И принц очень боялся пропустить их знак, поэтому пил и пил бодрящее зелье. Усталость, наложенная на предыдущие дни во время подготовки к отражению тройственного удара по империи, тоже давала о себе знать.

Андрей Алексеевич усилил охрану сестры, пытаясь провести какое-то время с ней. Но, глядя на Лизу, понимал: если с матерью что-то случится, ни он себя не простит, ни Лиза никогда его не простит за то, что он своими же руками отправил мать в ловушку.

Да, он не виноват, что императрица столь кардинально восприняла задание по отвлекающему манёвру, решив поиграть в разведчиков-шпионов. Но, с другой стороны, императрица, хоть и была достаточно умной женщиной, всё же была матерью. Его матерью. А ради него она готова была на очень многое: в том числе удерживать чужое государство от распада, чтобы передать ему в наследство, и даже после самой крупной ссоры, сидя в магических блокираторах, в казематах, рваться ему на помощь для борьбы с элементалем льда.