Газлайтер. Том 39 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 5

Пёс не мог не признать: с кем бы ни схватился человек Данила, он всегда держит укус до последнего. Это качество Пёс уважал. А ещё он был без ума от своей любимицы Насти. И потому, как любил повторять маленький пушистый клочок шерсти по имени Ломтик, Пёс рыкнул:

— Ауф.

Разогнавшись, Пёс мчится по Чёрной Равнине, перепрыгивая с плато на плато, с лёгкостью пересекая расщелины между ними. Живые доспехи маячат в тумане, будто ищут, на кого броситься, но Пёс знает: этот «туман» — ерунда. Он рычит яростно:

— Да разве это туман⁈

Он раскрывает пасть и выпускает настоящий туман — плотный кинетический заряд. Пламя там не нужно, хватает одной силы. Дыхание зверя ударяет в Живые доспехи и отшвыривает их прочь. Опрокинутые железяки летят вниз в ближайшие расщелины.

Пёс фыркает:

— Вот это настоящий туман!

В этот момент по мыслеречи доносится голос Зелы:

— Пёс, ты нужен за Равниной. Срочно.

— Пфф, дурацкий ошейник из мидасия, — Пёс рычит коротко.

Не потому что не хочет идти — а потому что хотел бы остаться и помочь любимице и человеку Даниле. Он чувствовал, что там, в глубине пара, начинается настоящее сражение. Те существа, с которыми они схватились, были не просто врагами. И Пёс хотел разорвать их первым.

Но раз согласился подчиняться человеку — значит, должен подчиняться. Настя напоследок попросила Пса слушаться Зелу. Пёс щёлкает челюстями, разворачивается и, бешено перебирая четырьмя лапами, бросается прочь из Равнины. Вырывается из пара, как из трясины, и чуть раздражён тем, что не успел никого погрызть.

Он оказывается возле выстроившегося отряда дроу и тавров. Во главе стоят Ауст и Булграмм, тут же с ними и Горгона Змейка, а напротив — группа Организаторов: Масаса, йети Норомос, Размысл и Спутник. Организаторов немного, но их сила запредельна. Правда, даже йети при появлении Пса почувствовал себя неуютно.

Ауст требовательно бросает, и его глаза горят некротическим светом:

— Организация! Именем короля Данилы отвечайте, что вы здесь забыли⁈

— Фака, ррр! — Горгона поигрывает медными когтями.

Размысл фыркает, а Масаса отвечает:

— Мы пока просто наблюдаем.

Булграмм бурчит, наклонив рога:

— Это видно. Стоите и, как обычно, бездействуете. Но что вы будете делать, когда конунг Данила одержит победу?

Размысл проявляет своё ехидство:

— Одержит победу над Древним Кузнецом? Какая поразительная вера в своего вождя, тавр!

Булграмм огрызается:

— Закрой пасть, безрогий.

Масаса говорит спокойно:

— Воевода, что мы будем предпринимать, зависит от исхода сражения. Но на вашем месте я бы готовилась пасть в битве с нами в случае неповиновения решению Организации.

Чуткий Пёс слышит в её голосе не угрозу, а затаённую грусть. Похоже, магине не нравится выполнять приказ своего вожака, но долг обязывает. В следующий миг пышногрудая Масаса окутывается чёрным доспехом, и Тьма накрывает группу Организаторов. Псу не нужно видеть, чтобы понять — это заслонка. Они прячутся под Тьмой, чтобы перенестись прочь. Тьма развеивается, и Организаторов уже нет. Он чует их след — они перенеслись ближе к Чёрной Равнине.

Ауст хмыкает задумчиво:

— Слышал, рогатый? Эта чернявая магичка нас предупредила, что будет горячо.

Булграмм почесывает рог и спрашивает:

— Думаешь, она именно предупредила? Это не угроза была?

Ауст задирает подбородок:

— Кто ж её разберёт. Она женщина. И, к тому же, общалась с королём Данилом. А у них какая-то странная на него падкость.

Между тем из глубин тумана на соседнем плато появляются Грандбомж, Света, Настя и Маша. Они включаются в бой мгновенно: сбрасывают Живых доспехов вниз, в дымящиеся расщелины, благо железяки достаточно неуклюжие и это не те железные монстры, с которыми даже Багровый возился. Для сегодняшнего боя Древний Кузнец клепал их скорее на количество, чем на качество.

Я предупреждаю по мыслеречи своих благоверных:

— Держитесь на расстоянии от железяк! Никакой рукопашки!

— Мы поняли, Филин! — отчитывается Маша и взмахами Синего меча творит что-то невероятное. Она явно наловчилась работать с ним куда лучше, чем раньше.

Остальные тоже молодцы, Света работает с огненными снарядами, Настя скашивает железяк волчьим рыком, а Грандбомж сбивает железных болванов кровавыми плетями.

Я остаюсь в броне Лорда Стали — железная скорлупа лежит на мне как второй слой тела. Создаю шипастые металлические шары, несколько сразу, связываю их одной скастованной цепью и разбиваю ими Живых доспехов, которые несутся прямо ко мне.

Но всё это лишь прелюдия. Где главный враг? Древний Кузнец движется не к Диане, не к Багровому и даже уже не ко мне, а в сторону плато, где находятся мои жёны. Он шагает, хромая, но быстро, и перешагивает расщелины без труда — гигантский рост позволяет. Древний Кузнец действительно огромный, даже Ледзор на его фоне выглядел бы комаром.

— Вот же бессовестная зараза! — хмыкаю.

Полубог в фартуке раз за разом действует по одной и той же тактике. Сначала он ударил по Диане и выбил Багрового из равновесия, заставил его метнуться прямо в ловушку. А теперь он идёт к моим жёнам. Задень их — и я брошу всё. Кузнец явно пытается выбесить меня и отвлечь от ловушки, приготовленной для Багрового.

И главное: если он лично направляется к моим жёнам, значит ловушка для Багрового уже завершена. Диана — приманка, которая должна загнать его точно в нужную точку.

Я резко швыряю мыслеречь Багровому, максимально громко, чтобы пробить его ослиное упрямство:

— Не бросайся сразу к Диане! Это ловушка. Сначала изучи всё на расстоянии!

Багровый Властелин уже почти добрался до плато Дианы. Он летит вперёд и не в силах смотреть как зеленоволосая полубогиня дёргается на троне, выгибаясь от боли, взрывается мыслеречью:

— Что ты несёшь, Филинов⁈ Она страдает! Я иду к ней!

Что ж, честно говоря, другого я и не ожидал. Это же Багровый — он всегда делает только то, что хочет, а потом мается с бросившей его женой и очередным полубогом, превратившимся в кровного врага. Учиться на ошибках — это точно не про него.

Багровый прыгает прямо на плато к Диане. Ударяет ногой по поверхности — и по плáто проходит глухая вибрация, будто кто-то мощно шлёпнул по барабанной мембране. Вспышка жара под Дианой обрывается моментально, светящийся накал гаснет, камень породы стабилизируется. Похоже, Бездна доминирует над всеми модификациями, что Кузнец внёс в материю. Затем Багровый разворачивается и принимается гробить Живые Доспехи, что лезут на их с Дианой плато.

Ну а Древний Кузнец держится все той же траектории.

По мыслеречи даю указание бывшей княжне Морозовой:

— Маша, я сейчас буду вливать в тебя энергию. Ты зальёшь всё грандмастерской техникой, поняла?

Маша нерешительно кивает через расщелину.

— Какой, Даня?

— Ледниковый период.

Она округляет глаза, но лишь крепче сжимает Синий меч. Артефактный клинок поможет ей удержать технику уровня, который ей пока не по зубам, а я дам энергию, чтобы она не выжглась.

Параллельно Зела докладывает мыслеречью:

— Мой король! Мы обстреливаем основную группировку Живых Доспехов! Золотой прилетел на помощь.

— Хорошо, — рассеянно отвечаю, слыша где-то поблизости рокот артиллерии. Сейчас важнее удержать центр и выиграть главную битву.

Света обеспокоенно перехватывает:

— Даня, что делаем?

Я отвечаю ровно:

— Ждём, когда Багровый Властелин попадёт в ловушку.

Света хмурится. Я чувствую, как у неё поднимается волна тревоги:

— Этого не избежать?

Я посылаю короткий мысленный импульс:

— Нет. Багрового только могила исправит.

И тут резко в мыслеречь влезает Ауст:

— Король, тут нарисовались Организаторы, Масаса во главе. Топчутся неподалёку от Равнины. Мы держим их на прицеле, но сам понимаешь — и армии не хватит, чтобы их завалить.

Я сквозь зубы:

— Мать…