Развод. Жизнь после (СИ) - Арсова Анна - Страница 6

─ Главное, чтобы ты ни о чем не жалел, Слава, ─ хмыкаю я и шагаю в спальню.

Хотя сама не понимаю, зачем теперь туда иду. Если Слава все же отправится собирать вещи, то мое присутствие в комнате будет лишним.

Но вообще будет правильно поговорить с детьми вместе. Зачем мне взваливать такую ответственность на свои плечи и самой выслушивать крики и истерики, которых точно не избежать?

Слава виноват в распаде нашей семьи, вот пускай он и рубит правду-матку. А я буду лишь на подхвате, чтобы поддержать детей и успокоить.

Прибившись спиной к стене, противоположной от гардероба, я скрещиваю руки на груди и наблюдаю за тем, как Слава достает свой чемодан для командировок и небрежно складывает в него свои вещи, срывая с вешалок.

─ Носки с трусами не забудь, ─ язвительно отзываюсь я, пытаясь хоть как-то компенсировать ту боль, что сейчас ощущаю.

Конец нашей многолетней истории. Конец нашей семье. А я все еще не могу поверить, что это происходит, и вот-вот я останусь одна.

─ Это теперь не твоя забота, ─ грубо отвечает Слава. ─ Лучше думай над своей предвыборной кампанией.

─ А мне даже и думать не надо, в отличие от тебя, ─ сжимаю кулаки и срываюсь с места, перебарывая желание швырнуть что-нибудь в мужа. ─ Потому что с твоими показателями шансы стремятся к нулю!

Громко хлопнув дверью, я закрываюсь в ванной и обдаю лицо холодной водой. Смотрю на свое жалкое отражение в зеркале и тихо скулю, заставляя себя не зайтись рыданиями.

Не хочу, чтобы Слава это слышал и знал, насколько же мне больно его терять. Он уйдет, и тогда я позволю себе быть слабой, но не сейчас.

─ Завтра я заберу детей от бабушки и привезу домой, ─ произносит Слава за дверью ванной комнаты. ─ Надеюсь на твое благоразумие.

Шаги мужа отдаются тревожным и болезненным эхом в груди. Сейчас он уйдет, и на этом все. Больше никогда не будет «нас». Буду только я и он ─ две параллельные прямые, которые больше никогда не будут вместе.

Я считала, что наша со Славой семья так крепка, что способна преодолеть любые трудности и невзгоды. Но просто я никогда не задумывалась о том, что нас может коснуться нечто такое, через что пройти я буду просто не в состоянии…

Хотелось бы забыть вчерашний день как страшный сон. Но он буквально засел у меня в голове, и я прокручиваю его снова и снова.

Думаю над нашими со Славой диалогами, размышляю о том, что сейчас я бы вела себя совсем иначе и сказала бы гораздо больше, чем пришло в голову вчера…

Но я не понимаю, зачем мой мозг это делает? Зачем снова и снова заставляет переживать самый болезненный момент в моей жизни? Зачем он моделирует ситуации, которым уже не сбыться и ничего не изменить?

Честно говоря, мне бы очень хотелось понять, что же толкнуло мужа на измену. За долгие годы супружеский секс успел уже набить оскомину, и Слава поддался желанию получить новые и непривычные ощущения? Или проблема в чем-то другом?

«Просто захотелось…»

Что, черт возьми, это значит?!

Эта фраза объясняет сразу все и ничего. В ней столько же эмоций, сколько и безразличия.

Пытаюсь ли я найти проблему в себе, задаваясь этим вопросом? Скорее всего. Ведь логика подсказывает, что со мной что-то стало не так, раз мой муж стал искать удовлетворения рядом с другой женщиной.

И в то же время вполне логично считать, что это с ним стало что-то не так. Или…

Не знаю. Стоит ли вообще искать объяснение измене? И для чего? Чтобы оправдать этот поступок? Чтобы найти в себе силы закрыть на это глаза и сохранить семью?

А нужна она, такая семья?

Но я даже знаю, что скажет моя мама, когда услышит о моем решении. Она скажет, что я идиотка и поступаю совсем немудро ─ отбираю у детей возможность расти в полноценной семье, а сама для себя выбираю участь никому не нужной разведенки, а хорошего мужика отдаю в руки продуманной и хваткой молодухи.

Я уже слышала от мамы подобное, когда она рассказывала об одной нашей знакомой. И, в принципе, она имеет право на такое мнение.

Вообще, каждый человек имеет право на собственное мнение и вправе поступать так, как считает лучшим для себя.

Я тоже имею право на свое мнение, и оно сильно отличается от маминого. Я не вижу счастья в сохранении брака только ради того, чтобы не менять привычную и налаженную жизнь. В этом случае брак сохраняется ради всеобщего удобства, но никак не для счастья.

А я хочу быть счастливой женщиной, каким бы эгоистичным ни было мое желание. И неважно, что мне уже далеко не двадцать ─ человек должен стремиться к счастью независимо от возраста.

У тебя может быть семья, красивый муж, богатство, всевозможные блага… Но все это будет казаться ничтожным, если ты ощущаешь себя несчастной. И прямо сейчас я понимаю это так отчетливо, как никогда прежде.

До рассвета я прорыдала в подушку, упиваясь собственной болью и жалея себя. А сейчас мне просто хочется выплакать остатки слез, выплеснуть наружу чувства, от которых душа рвется на части, а затем взять себя в руки и жить дальше.

Но даже вдоволь настрадаться мне не дают. С самого утра летят звонки, требующие моего вмешательства: поставщик задерживает поставку кофейных зерен, новенькая кондитер не вышла на смену и просто не берет трубку, а ее сменщица уехала из города и физически не может сегодня выйти на работу.

Процесс слаженной работы моей кондитерской сбился просто по щелчку пальцев, стоило моей управляющей уволиться по семейным обстоятельствам. Чудесная девочка была, очень ответственная и умная. С ней я вообще могла неделями не касаться работы своего заведения и заниматься своими личными делами, потому что она чудесным образом справлялась со всеми проблемами.

А теперь я просто не могу найти ей достойную замену. Новая управляющая не в состоянии что-либо решить без меня, хотя на собеседовании у меня сложилось о ней хорошее впечатление. И теперь вместо того, чтобы решать свои семейные проблемы, я должна заниматься рабочими моментами и поиском новой управляющей.

Но, может, оно и к лучшему. Внимание переключается на другие проблемы, и у меня просто не остается возможности предаваться страданиям.

Кондитерскую я открывала с огромным энтузиазмом и долгое время очень многим занималась самостоятельно, потому что мне это было интересно и увлекательно, не было даже желания часть работы делегировать кому-то.

Но со временем энтузиазм иссяк, и мое заведение стало просто дополнительным источником дохода, в котором наша семья даже и не нуждалась.

А теперь мне остается только радоваться тому, что когда-то я приняла решение заняться своим делом. Ведь сейчас обстоятельства складываются так, что полагаться я смогу только на себя и свой доход.

Но все рабочие проблемы отходят на второй план, когда телефон вибрирует от входящего вызова.

Сердце тут же начинается биться в груди, как заведенное, когда на экране загорается надпись «Любимый».

Это слово будто удар под дых сбивает дыхание и отзывается болью в груди.

Нет ни малейшего желания поднимать трубку, слышать голос Славы, но надо. Надо решать сложившуюся ситуацию и как можно скорее, а не бестолково убегать от нее.

─ Слушаю, ─ сухо отзываюсь я, подняв трубку, и с замиранием сердца слушаю тишину.

─ Здравствуй, ─ в совершенно обычном слове столько отстраненности, что мне становится не по себе. ─ Я собираюсь сейчас ехать за детьми. Через пару часов привезу их домой. Ты готова?

─ Готова к чему? К возвращению детей? ─ спрашиваю я, хотя прекрасно понимаю суть вопроса мужа.

─ К разговору с детьми, Ксюш, ─ устало выдыхает он. ─ Или все же попробуем снова все обсудить с тобой вдвоем, прежде чем принимать окончательное решение?

Вопрос мужа берет меня за живое. Внутри все моментально закипает, хочется психануть и заорать в трубку.

Что за вопрос? С какой стати я должна была вообще передумать?

Но вместо нервных криков я задаю мужу вопрос совершенно спокойным и уравновешенным тоном: