Лесная фея (СИ) - Вайз Мариэлла - Страница 2

Никакие увещевания батюшки не помогали. Лайлинна билась в истерике до тех пор, пока не решено было, что Лайлинна сыграет роль дальней родственницы, приехавшей так вовремя погостить из прибрежных земель нашего королевства.

Кстати, у нас действительно была дальняя родня в Эркокрайнезе, самом дальнем городке нашего славного королевства. Правда, никаких девиц нашего возраста у них в семье не было. Но когда батюшку смущали такие мелочи...

Ну что, Лайлинна порхала как бабочка, я ожидала указаний от матушки, сидя около неё, батюшка стоял на крепостной стене и смотрел в подзорную трубу, свое последнее приобретение.

Наконец, вдали показались сначала клубы пыли, потом четвёрка лошадей, а затем и карета с гербом де Брилье. Кстати, иметь свой герб всегда было одним из заветнейших желаний батюшки.

К сожалению, купцам такая привилегия была недоступна.

Слуги распахнули ворота, карета неспешно въехала в наш огромный вымощенный редкой цветной арзасской плиткой двор. Батюшка величественно взмахнул рукой, и мы медленно, как и было велено, поплыли навстречу возможному повышению своего престижа в свете.

Почему возможному? Ну, вы, наверное, догадываетесь, что купцов, желающих породниться с герцогами, много, а герцог с материальными затруднениями, к сожалению, всего один.

Накануне я слышала, как батюшка злобно делился с матушкой сведениями о том, что, старый де Брилье устроил своеобразный конкурс невест и наш замок далеко не первый, который имеет честь принимать их милости.

Батюшка в победе был уверен, так как из тех же источников, да это и так было понятно, узнал, что конкурс проводился не среди невест как таковых, а по размерам закрепленного за этими самыми невестами приданого, причем предпочтения отдавались звонкой монете.

Ну что ж, логично, если уж продавать свою честь, то за максимально возможную цену.

Все ведь знают, что если для купцов породниться с герцогами это небывалая удача и огромная честь, то для герцогов ровно наоборот.

Возможно даже, что после такого мезальянса не все люди его круга продолжат общение с де Брилье, да.

Тем временем из кареты показались наши дорогие в прямом смысле слова гости. Ну, что сказать.

Не то чтобы я и до этого герцогов не видела. Видела, конечно, и побольше Лайлинны, но только со стороны, то, что показывали мне деревья.

Один раз я попросила показать мне даже императорский дворец. Мне было тогда лет десять, наверное. Наблюдать императорский двор мне быстро надоело. Намного интереснее было посмотреть новые места. Я каждый раз просила показать мне то, что не видела раньше.

За эти годы я таким образом заглянула, наверное, в каждый уголок нашего королевства.

В том числе и городок Эркокрайнез я прекрасно знала. Жаль только, картинки были без звука. Но я все равно обожала рассматривать дома, улицы, людей, которые по ним ходят...

Так что видеть-то людей я, получается, видела много. Вот только разговаривать с этими людьми не приходилось. Зато у меня были деревья, которые умели слушать меня и отвечали мне по-своему.

И вот сейчас вот он, шанс: стать как все, стать полноправным нормальным человеком, стоит передо мной. Обычные, в общем, люди. Старый де Брилье не так и стар, среднего где-то возраста.

Грубоватые черты лица, надменный тяжёлый взгляд, дорогая одежда.

Младший посимпатичнее, но тоже ничего особенного. На отца не похож, почему-то, кажется мне смутно знакомым. Открытое дружелюбное лицо, темно-синие глаза, русые волосы. Обычный, в общем-то парень, у нас много таких лиц.

Почему, интересно, моя сестрица ведет себя просто как дурочка? Стоит вся пунцовая и глупо улыбается. Неужели не видит лёгкого презрения в глазах Антуана? Не чувствует, что её осматривают точно так же, как и нашу арзасскую плитку?

Плитка, кстати, просто баснословно дорога. Герцоги, можно сказать, просто не сводят с неё глаз.

Приосанившийся батюшка приглашает всех в замок. Дальше шикарный обед, конечно. Далее батюшка уединяется со старшим де Брилье, оставляя нам на растерзание младшего.

Матушка старательно поддерживала светскую беседу, трещала о какой-то ерунде. Я предсказуемо молчала. Зато с сестрой происходило что-то странное и абсолютно непонятное.

Моя сестра вполне красива, успехом у противоположного пола пользуется, более того, любит ещё и поиздеваться над каким-нибудь незадачливым поклонником. Антуан этот не представляет из себя ничего особенного, но при этом абсолютно я уверена, каким-то, образом за несколько минут он приобрел над сестрицей какую- то тяжёлую ненормальную власть...

Торги за меня или за Антуана с титулом, тут уж как смотреть, окончились довольно быстро. Вышел сияющий батюшка со старым герцогом и торжественно объявил о завтрашней помолвке; гостей повелел сопроводить отдыхать перед тяжёлым днем и после тяжёлой дороги, и, таким образом, судьба моя оказалась решена мгновенно и без всякого моего участия…

Мицариэлла

Вскоре замок затих, ведь помолвки по нашему обычаю происходят на рассвете, с первыми лучами солнца. Я же, по своему обыкновению, направилась в библиотеку, чтобы взять новые книги. После я намеревалась побродить напоследок по замку и по саду. Что-то мне подсказывало, что больше я не увижу этих мест. И ещё. Надо убедиться, что с моей сестрой всё в порядке.

Я осторожна шла по бесконечному коридору нашего старого замка, останавливаясь у каждой двери. Я и хотела найти то, что искала, и надеялась не найти. Мои надежды оказались напрасны.

За очередной дверью я услышала смех своей сестры и приглушенный голос герцога Антуана де Брилье, моего жениха.

То есть, моя сестра наедине с мужчиной, ночью. Я застыла. Репутация бесценна и моя сестра это не просто знает, с ранних лет она научена вести себя безупречно. С ранних лет она знает, малейшее пятно на репутации и батюшка без жалости вышвырнет её за ворота!

Таков обычай, и не нам его нарушать.

Девушка с испорченной репутацией - большего позора для семьи просто нет.

Что же я стою как вкопанная? Не думая ни о чем, я рванула дверь. Тяжёлая, на совесть сделанная дубовая дверь не шелохнулась. Де Брилье закрыл моей глупой сестре пути к отступлению.

Дикая ярость застила мне глаза. Я желала в этот миг лишь одного - уничтожить негодяя!

А перед сим растоптать всё, что ему дорого, на его же глазах!

Так, спокойно, Мицариэлла, спокойно. Уничтожить ты его всегда успеешь, почему-то я не сомневалась в этом. Сейчас сестра, только сестра. Мой взгляд остановился на двери.

Милая, хорошая дверь! Ты ведь была гордым прекрасным деревом когда-то. Помоги нам, умоляю тебя!

Меня трясло, я прижалась к двери всем телом, бормотала как в бреду, умоляя об одном.

Открой!

Душный запах расплавленного металла привел меня в чувство. Как во сне, я смотрела, как с той части двери, где был засов из лучшей марки корниильской стали, стекает блестящий серебряный ручеек.

Дверь мягко распахнулась, приглашая. Ужасная картина открылась моим глазам. Я ясно увидела ярко-фиолетовый туман, исходящий от негодяя в сторону Лайлинны, саму Лайлинну, замершую как овца перед закланием, и изумлённый взгляд де Брилье, тянущего свои руки к моей сестре...

Мицариэлла

Я всегда много читала и прекрасно знала, что означает этот туман насыщенного живого, цвета.

Запрещённая магия. Причём очень сильная, какая-то концентрированная. Откуда она у посредственного герцога?

Мужчина может приобрести такую магию только после близкого контакта с очень одаренной волшебницей, коей моя сестра точно не была. И ещё. Если эта близость не была освящена в храме Трёх Святых, волшебнице оставалось жить совсем недолго...

Старинная вязь букв из книг по магии неслась перед моим мысленным взором со скоростью горного потока ранней весной.

Так... Ярко-фиолетовый цвет - полное подчинение, перенаправление потока в сторону носителя - жесточайший откат, длительная потеря мужской силы, потеря памяти о последних двадцати часах и что-то ещё по мелочи.