Темный феникс. Возрожденный. Том 5 (СИ) - Бойков Федор - Страница 28

— Да неужели? — я выгнул бровь и скривился. — Знаешь, я обещал, что убью тебя. И я сдержу своё обещание.

— И что, даже не выслушаешь старика напоследок? — он окутал себя тенью с головы до ног, скрыв лицо.

— Твоя старость не позволяет тебе видеть то, что вижу я, — я повторил его же слова и усмехнулся. — Ты так мечтал о могуществе, что стал слепцом. Знаешь, я расскажу тебе кое-что, прежде чем убью тебя.

— Тебе нечем удивить меня, — его голос отразился от стен свистящим шёпотом. — Тень на моей стороне, значит я сделал всё правильно.

— Ты ошибся, старик, — я сделал шаг вперёд и встал напротив деда. Пусть я не видел его лица, зато он мог рассмотреть меня во всех подробностях. — Ты заигрался в свои игры и убил своего внука, Константина Шаховского.

— Мы уже говорили об этом, тьма вернула тебя и сделала сильнее, — прошипел он.

— Тьма вернула меня, но я никогда не был твоим внуком, — я скривил губы в злой усмешке. — Меня звали Рейз и я был тёмным фениксом.

— Что ты несёшь… — Дмитрий Шаховский отшатнулся от меня и призвал теневые клинки.

— Тьма вернула меня в тело твоего внука, чтобы я разгребал заваренную всеми вами кашу, — крылья тьмы взметнулись позади меня, накрыв собой почти всю гостиную. — Вы настолько загадили этот мир, что даже мне будет непросто его очистить. Но я это сделаю, я исполню то, для чего тьма призвала меня в ваш мир. Такие, как ты, будут пылать в моём очищающем пламени, пока не превратятся в пепел.

Вокруг меня вспыхнуло чёрное пламя. Я удерживал его так, чтобы оно не задело пол или мебель, — не хотелось спалить особняк раньше времени.

— Я убил собственного внука? Это невозможно, — растерянно протянул некромансер. Тень отступила, и я увидел бледное лицо, на котором отчётливо читалось сожаление. — Как же так?..

— Ты был прав только в одном, старик, Константин Шаховский был слишком слабым, чтобы вести за собой род, — добил я его. — Он погиб от твоих рук и рук родного брата, которого ты сделал своим соучастником.

— Выходит, что я ошибался? — дед поднял на меня взгляд. — Все эти годы я верил в то, что делаю тёмных сильнее.

— Все эти годы ты уничтожал своих собратьев по дару, — мои слова хлестали наотмашь. — Твои знания и наработки стали тем самым камнем, что склонил весы в сторону гибели этого мира.

— Ты знал… — некромансер опустил плечи и сгорбился. — Знал с самого начала, а я тебе не верил. Я и правда слепец.

— Теперь я повторю свой вопрос, — сказал я, отзывая крылья и пламя. — Зачем ты искал встречи со мной.

— Хотел предложить тебе помощь, — бесцветным голосом прошелестел он. — Жнец обманывает всех — тебя, императора, Вестника. Он играет в свои игры и имеет личный интерес и никогда не станет никому союзником.

— Почему ты решил, что мне нужна помощь? — уточнил я, склонив голову к плечу.

— Всё, что происходит на изнанке, отражается волнами по всем слоям, — дед уткнулся взглядом в свои руки, сжатые в кулаки. — Ты смог уничтожить один из узлов. Твоя энергия пропитала весь четвёртый слой. Я покажу тебе остальные, чтобы ты смог выжечь сначала узлы, а потом и гнёзда.

— Ты знаешь, где их гнёзда? — удивился я. Обычно теневые монстры скрывают свои жилища так, что их не найти посторонним. А некромансеры этого мира уже давно стали высшими монстрами изнанки.

— Я искал их, следил за Вестником и остальными тёмными, что выбрали путь силы, — он вдруг поднял голову и посмотрел на меня. — Нас называют падшими. Мне всегда казалось, что это неверный термин, но теперь я уже не так уверен в своей правоте.

— На каком слое находятся гнёзда? — спросил я, не обратив внимания на последнюю реплику Дмитрия.

— Основной костяк — на пятом и шестом, но есть парочка на седьмом, — проговорил дед. — Дальше я не ходил, но видел, как из центра сибирского очага тянется толстая нить на восьмой слой.

— А как же гроксы? — прищурился я. Вот уж не поверю, что некромансеры стали бы строить гнездо рядом с теневыми монстрами восьмого класса.

— Всегда есть тот, кто сильнее, — дед посмотрел на меня. — Вот ты. Служишь тьме, а сильнее меня. Я чувствую в тебе такую мощь, которой мне никогда не достичь. А ведь я пошёл на всё ради силы.

— Мне нужна карта узлов и гнёзд, — я мотнул подбородком на журнальный стол, где лежали чистые листы и карандашница.

— Я хочу пойти с тобой, — сказал дед, вместо того чтобы начать рисовать карту.

— Зачем? — мой вопрос заставил некромансера задуматься. Я видел внутреннюю борьбу, что отражалась на его лице.

— Я ушёл из проекта «Возрождение» двенадцать лет назад, — Дмитрий Шаховский сжал челюсти. — Когда понял, что наши цели отличаются. Я следил за падшими, а они охотились на меня. Это была долгая игра, у которой не могло быть иного финала, кроме моей смерти. Я знал, что однажды они найдут меня, поэтому решил усилить свой род, — он расправил плечи и встал ровно. — Я тайно обучал Викторию тёмной магии, а потом вмешался в ритуал принятия силы Константином. Ты не он. Я чувствовал это с самого начала, но не хотел верить. Ты показал мне, что есть другой путь и другой финал для меня, и теперь я хочу искупить хоть что-то.

— Твой финал не изменится, — холодно сказал я. — Ты перестанешь существовать. Не важно, что прикончит тебя раньше — твои бывшие дружки или моё пламя. Итог может быть только один.

Дмитрий Шаховский медленно кивнул и снова спрятался за тенью. Только вот от себя не спрячешься. И нет никакого искупления, есть только действия и их последствия. Невозможно изменить то, что уже совершено.

— Я нарисую карту, — глухо сказал дед и подошёл к столу. — Самое главное, что ты должен знать, — гнёзда не статичны, они дрейфуют внутри слоя. А вот узлы привязаны к реальности, к точкам внутри очагов. Их координаты постоянны и не меняются.

Он заскрипел карандашом по бумаге. Вместо привычной карты на листах появлялась паутина из линий и точек, больше похожая на чертёж или астрологическую карту. Дмитрий помечал каждый узел особым символом, а гнёзда обводил кругами, обозначая их движение по изнанке.

— Что тебе известно о Жнеце, — спросил я, наблюдая за движением карандаша.

— Я видел, как он приходил к Вестнику, они спорили о балансе и чистоте экспериментов, — дед нажал на карандаш слишком сильно и чуть не порвал бумагу. — Мне показалось, что Жнец хочет контролировать эти узлы. Перенаправить их энергию и сделать орудием для какой-то своей цели. Может быть, он собирается устранить причины появления аномальных очагов.

— Причиной их появления был выброс энергии во время сражения с Вестником, — грубовато сказал я. — Он ничего не сможет устранить. Очаги уже появились. Лучше бы позаботился о том, чтобы не возникло новых.

— Разве могут возникнуть другие очаги? — дед перестал чертить и обернулся ко мне. — Мне казалось, что для этого нужно время и колоссальное количество энергии.

— Бартенев с Кольцовым уже обошли это ограничение, — я посмотрел на декана, который неподвижно стоял на коленях. — Мне удалось закрыть два разрыва реальности, ведущих к появлению очагов.

— Даже так? — в глазах Дмитрия Шаховского блеснул интерес. — Расскажешь подробнее? Меня всегда интересовал механизм возникновения аномальных мест в нашем мире.

— Не отвлекайся, — я кивнул на исписанный лист. — Сюда в любой момент могут ворваться монстры или люди.

— Я почти закончил, — он вернулся к карте и нанёс ещё несколько линий. — Готово.

— Отлично, — я забрал листы и сложил их во внутренний карман. — Осталось решить, что делать с этими светлыми.

Я развернулся к Мироновым и Кольцову. Миронов был связан с Бартеневым и его экспериментами, его гвардейцы атаковали нас у заброшенной лаборатории сибирского очага. Он заставил графа Кожевникова пригласить нас на приём, где похитили моих невесту и бабушку, пока я сражался с княжичем на идиотской дуэли. И всё же, убивать князя и его сына, когда они находятся под проклятьем паралича, казалось мне неправильным.

— Кольцов знает о проекте «Возрождение» изнутри, — сказал дед, бросив равнодушный взгляд на декана. — О поставках, финансировании, связях при дворе. Могу разговорить его или отдать тебе, если хочешь.