"Фантастика 2025-55". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Свержин Владимир Игоревич - Страница 810

Остановившись, он резко развернулся и в упор уставился на меня.

Я сжалась на стуле.

– Да что я такого сделала?!

– Ничего особенного. Просто появилась на свет. Значит, в общине скрывали твое существование…

Не договорив, он метнулся ко мне, навис, подавляя и вынуждая вжаться в неудобную спинку.

– Кто твои родители, отвечай!

Рычащие нотки в голосе ректора заставили меня побледнеть. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а в желудке что-то перевернулось. И даже не возмутилась, что он так резко перешел на “ты”.

– М-мама умерла, когда мне было три года, – пролепетала чуть слышно. – Я не знаю, кто она. Ее взяли из детского дома. А папа… про него никто ничего не знает.

Глаза Драмиэля расширились. Он отпрянул, будто осознал, что пугает меня. И я смогла облегченно выдохнуть.

– Детский дом? Что это такое?

Может, попытаться еще раз сказать про другой мир?

Я сомневалась. Поэтому прислушалась к медальону. Но тот хоть и вернулся на свое место, помогать не спешил. Будто ему требовалось время на перезагрузку.

Ладно, попробую выкрутиться.

– Это место, откуда берут сирот на воспитание.

– В Ленорманне нет таких мест.

– Я не говорила, что оно в Ленорманне.

Взгляд Драмиэля стал жестче.

– Тогда в какой стране это было?

Ой, ну все. Надоело. Скажу как есть – и будь что будет.

Мысленно сжав волю в кулак, выдохнула, как в омут шагнула:

– В вашем мире такой страны нет.

Несколько минут в кабинете царила тишина. Ректор стоял прямо передо мной и смотрел так, будто хотел прожечь во мне дырку или сожрать живьем. А я пыталась выдержать этот взгляд и не впасть окончательно в панику.

Внезапно он выдохнул. Шумно и хрипло. Затем устало потер переносицу и вернулся за стол.

Я наблюдала за ним с опаской, не зная, чего ожидать.

Сев, Драмиэль смерил меня долгим испытывающим взглядом. После заговорил:

– Значит, все-таки другой мир. Что ж, это многое объясняет.

Он сложил пальцы домиком и кивнул своим мыслям.

– Что объясняет? – пискнула я.

Мне-то как раз понятнее не стало! Наоборот, я еще больше запуталась.

Но вместо ответа ректор задал вопрос:

– В вашем мире есть магия?

– Нет.

– Так и думал.

Он откинулся на спинку кресла и устало вздохнул:

– Ну и что мне с тобой делать, Синичкина?

“Понять, простить и отпустить”, – тут же всплыло в голове.

Я натянуто улыбнулась:

– Может, вы все-таки скажете, что происходит?

Еще минута молчания.

Наконец Драмиэль кивнул. Но с видимой неохотой, будто разговор не доставляет ему удовольствия.

– Ладно. Не вижу смысла скрывать суровую правду жизни. Твой медальон – это древний родовой артефакт. Похожий на те, которые мы надеваем нашим детям. Одна из его функций – блокировать магию ребенка, чтобы тот не поранил себя или не причинил вреда окружающим. Вторая функция – скрывать твою истинную сущность. Третья – защищать носителя. Четвертая…

Он нахмурился, будто сомневался в своих выводах, но все же сказал:

– Четвертая – это портал. Как я понял, он сработал один раз, перенес тебя в этот мир.

Я кивнула.

Ректор невесело хмыкнул:

– В общем, ты не человек, Синичкина, и никогда им не была. В мире без магии твоя истинная сущность не развивалась, потому что ей нечем было питаться. А этот медальон, – кивок на мою грудь, – скрывал ее существование здесь.

– А как же Врата?

– А что Врата? Они правильно определили твой магический потенциал и сочли опасным оставлять его без надзора. Поэтому ты здесь.

– И кто я? Какая у меня сущность?

Было страшно даже подумать, что внутри меня живет что-то еще. Какая-то “сущность”. Наверное, не очень приятная, если ректор так испугался.

– А вот это самое важное.

Он подался в мою сторону, словно хотел сообщить опасную тайну. И я невольно подалась навстречу. Наши взгляды пересеклись.

– Ты полукровка, Синичкина. Когда блок исчез, я почувствовал в тебе кровь дракона и… еще одной расы. Вот это последнее смутило меня. В тебе не должно быть крови даргемцев! Последние из их представителей сгинули тысячи лет назад. Но она есть. В королевской сокровищнице хранятся древние образцы, а я когда-то с ними работал, так что сразу узнал. И письмена на твоем медальоне. Это тоже язык Даргемии. Страны, которой давно нет на картах.

Драмиэль замолк, но продолжил смотреть, ожидая от меня ответной реакции. Я не заставила себя ждать.

– Даргемцы это же… черные фениксы? Вы о них говорите?

В его глазах вспыхнул огонь:

– Откуда?..

Ой, кажется, проболталась. Надо было молчать и делать вид, что первый раз слышу! А теперь как выкручиваться? Сдать Айзена с потрохами?

– Впрочем, неважно, – ректор вдруг усмехнулся.

Неужели понял, что тут замешан один из принцев?

– И что теперь делать? – тихо спросила я.

– Ну… поскольку в тебе есть кровь дракона, и она принадлежит моему роду, – он сделал красноречивую паузу, – то я имею право взять тебя под опеку. И обращаться к тебе на “ты”, прости, что так резко вышло.

– Да ничего, – нервно улыбнулась я.

– Что касается твоего обучения… Этот вопрос я обсужу с королем, но чуть позже. А пока никому ничего не рассказывай.

– Но… – начала я и осеклась.

Сказать, что Эльза тоже видела дым, или нет? Она ведь явно что-то поняла, иначе почему так странно себя вела?

– Договаривай.

– Леди Дормер. Она все знает.

– Кто из них? – взгляд ректора посуровел.

– Эльза. Может, обе…

Кто знает, вдруг Эльза поделилась с сестрой.

– Эту проблему я решу. А ты готовься.

– К чему готовиться?

– К введению в род. Только так я смогу тебя защитить.

– А мне нужна защита? – мои глаза стали в два раза больше.

– Я не хочу рисковать. Браслет, который я дал, это одновременно и маячок, и защита от магических атак, и знак принадлежности. Любой дракон почувствует, что ты под опекой клана Саррах. Но это не гарантирует, что они не попытаются что-то сделать.

Я громко сглотнула.

– “Что-то сделать”? О чем вы?

– О том, что само твое существование – вызов. Я не горжусь тем, что сделали мои предки с твоими. Но прекрасно их понимаю. У драконов в крови право силы. Это значит, что каждый из нас инстинктивно рвется к тому, чтобы уничтожить сильного соперника и подчинить слабого. А ты как раз сильный соперник. Понимаешь, к чему я веду?

И снова этот жуткий, пронизывающий взгляд.

– Но… моя сущность ведь скрыта?

– Скрыта. Однако даже так она будит во мне инстинкты. И, думаю, не только во мне. Будь осторожна. Не доверяй…

– …драконам, – закончила я, вспомнив мамин наказ.

– Точно, – он улыбнулся. – Нам нельзя доверять.

– Тогда почему…

– Почему я решил помочь?

Я кинула. Драмиэль развел руками:

– Пытаюсь жить по совести, а не идти на поводу у инстинктов. Сейчас ты моя студентка, и я сделаю все, чтобы тебя защитить.

Он говорил, а я все четче осознавала: Айзен, Эльсанир, другие драконы – вот почему они так странно себя ведут. Они видят во мне человека. Зрение, слух, осязание, обоняние – все чувства твердят им, что я – человек. Безобидная мошка. Но инстинкты подсказывают, что это не так.

– И да, насчет магии, – вспомнил он. – Когда-то здесь был факультет Темных сил. Наверняка ты видела его в общем зале. К нам приезжали студенты из Руртранарка и Вильдернарра.

Я вспомнила сектор с черными креслами. Наверное, речь шла о нем.

– И что с ним случилось?

– Все как всегда.

Он не стал продолжать, но я и так поняла. Мы ведь по истории уже прошли начало конфликта с вампирами и появление Оренволда. А дроу и их подземное королевство Вильдернарр стоит в плане на второй семестр.

Но в книгах нигде не сказано, что дроу и вампиры когда-то учились в этой Академии.

Похоже, драконы любят стирать из истории все, что им не нравится.

***