"Фантастика 2025-55". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Свержин Владимир Игоревич - Страница 809

Как, из-за этого медальона меня могут убить? Это очень неприятная новость!

Между тем ректор вернулся в свое кресло напротив меня и продолжил:

– Наверняка ваш блок привязан к этому артефакту. Причем мощные артефакты создают осязаемые колебания в магическом эфире, так что любой маг их почувствует. Но ваш – нет. Его словно не существует в нашей реальности, и тем не менее он все-таки здесь. Скрытая магия. Давно утраченная техника. Точно так же, как и ваш блок. Я постарался проникнуть вглубь его слоев, чтобы найти контрольный узел. Но как только коснулся его – вы потеряли сознание.

А, так вот почему стало темно. Я просто отключилась.

– А почему было так больно?

– Потому что каждый слой блока вшит намертво в ваш разум и ауру. Все, что я мог, это на время его отключить. Но постепенно он восстановится. Уже начал восстанавливаться, так что все, хватит слов. Вы же хотите узнать, получилось у меня или нет?

Он строго посмотрел на меня.

Я сглотнула.

– Да, хочу.

– Хорошо, тогда действуйте, как на уроках.

Но это было легче сказать, чем сделать.

Я смотрела на медальон, лежащий передо мной, и не могла отделаться от мысли, что он причина всех моих бед. Если блок привязан к нему, то пока украшение со мной, то и блок тоже со мной. Я не смогу магичить! Единственный выход – снять медальон. Но как показала практика, это невозможно. Как бы я ни закрывала его в шкатулках и шкафчиках, он всегда возвращается. Как заколдованный! Хотя что это я, он и так заколдованный.

А сейчас лежит грудкой металла лишь потому, что ректор его “временно отключил”. И то – ценой моей боли и обморока.

Готова ли я каждый раз платить такую цену за возможность использовать магию? Что-то уже не уверена…

– Ну же, – нетерпеливо окликнул Драмиэль. – Синичкина, вы уснули?

Я закусила губу и усердно уставилась на свои руки.

Давай, Таша, это твой шанс.

Магия окружала меня. Она светилась, полыхала, переливалась, словно северное сияние. Но чем больше я пыталась сосредоточиться и подчинить ее, тем сильнее казалось, что она ускользает. Казалось, вот-вот мне удастся схватить тонкую нить, и – ничего.

Я не смогла вызвать даже простого “светлячка”, хотя уже досконально знала, как это делать.

Вздохнув, уныло посмотрела на ректора:

– Не получается.

– Значит, плохо стараетесь… – прищурился он. – Сконцентрируйтесь на задаче. Очистите голову.

Настойчивость в его словах всколыхнула надежду. Но сомнения и тревоги не отпускали меня.

Я давно не чувствовала себя так неуверенно и беспомощно. Магия, которую я хотела освоить, казалась недостижимой мечтой, а каждая неудачная попытка только усиливала чувство безысходности.

Глаза заслезились от напряжения. Я перевела взгляд на ректора. Тот внимательно следил за мной. Молчал, но я ощутила разочарование, которое ширилось вокруг него, словно гнетущая тень.

Наверное, он уже не рад, что связался со мной. Я ведь с самого начала думала, что мое поступление было случайностью. Врата ошиблись – и все. Я заняла чужое место, а теперь мне придется уйти…

Меня вновь охватил страх. Куда уйти? Где я нужна? Или нет, кому я нужна?

Забывшись, я громко всхлипнула.

– О чем вы думаете? – внезапно спросил ректор.

– Как вызвать магию.

– Я не об этом. О чем вы думаете, когда пытаетесь ее вызвать?

Его взгляд был пугающе внимательным.

– О том, что мне страшно.

– Почему вам страшно?

– Потому что ничего не получается и, боюсь, никогда не получится. А если не получится, то я вылечу отсюда. Но мне некуда идти, – еще один всхлип. – Неужели в Академии не нужны студенты без магии? Я могла бы изучать естественные науки!

– А сражаться с монстрами как? Томиком расологии? – хмыкнул Драмиэль.

– С монстрами? – непонимающе уставилась на него.

– Практика, Синичкина. Что вы будете делать на практике?

– Но я ведь не боевик! – ужаснулась я. – У бытовиков нет ни способностей к исцелению, ни атакующей или защитной магии. Зачем мне сражаться с монстрами?

– Затем, что каждый маг, выходящий из стен этой Академии, прежде всего – боевая единица. Неважно, чем вы станете заниматься в миру. Важно, что в случае необходимости каждый из вас станет защитником королевства.

Упс… То есть большие и могучие драконы не в состоянии сами себя защитить?

В голове всплыли обрывки истории. После уничтожения фениксов ни одна другая страна не посмела напасть на Ленорманн. Это Ленорманн уже несколько тысяч лет ведет завоевательные войны, присоединяя к себе то один, то другой кусок чужих государств. Вот, пятьдесят лет назад подчинили Исткирию, превратив ее в свою провинцию…

– Попробуйте еще раз. Я побуду проводником.

Ректор взял мои руки в свои.

От его прикосновения по моим венам хлынул огонь. В груди начало печь. Почти так же, как когда там был медальон. Только сейчас украшение лежало на столе.

– Ну же, не бойтесь, – услышала я. – Главный блок – это вы, ваш страх и неуверенность. И только вы можете сломать его.

“Да, хватит бояться!” – приказала я себе мысленно.

По венам бурлила кровь. От напряжения пот потек по лицу. Но я не могла смахнуть его, потому что мои запястья крепко держал Драмиэль.

Мои ладони были развернуты вверх, пальцы сложены щепоткой, как учили на уроках. Так создавался узел силы – основа всех заклинаний на первом курсе. Я сосредоточилась на этом узле. Цветные всполохи вокруг меня стали тускнеть, будто отодвигаться. А затем все заволокло дымом.

Как в тот раз, когда со мной была Эльза. Черный дым без запаха и копоти за долю секунды окутал меня и весь кабинет.

Значит, это все-таки сделала я! Это моя магия!

Радостная и гордая я подняла взгляд на ректора.

А тот сидел с побелевшим лицом и смотрел на меня, как на монстра.

Я не сразу это заметила. Потому что внутри меня бурлил восторг. Радость захлестывала жгучими волнами, да так, что я едва не подпрыгивала на стуле, пока крутила головой.

Дым! Он такой густой, черный! И это сделала я! У меня получилось!

Сияя от счастья и гордости, я повернулась к Драмиэлю и наткнулась на его жуткий взгляд.

Жуткий в прямом смысле. Ректор смотрел так, будто взял в руки красивую коробочку и рассчитывал найти в ней украшение. А нашел тарантула. И этот тарантул – я.

Моя радость резко схлынула. Стало не по себе.

– Что-то не так?

Мне вновь стало страшно.

Лицо Драмиэля не предвещало ничего хорошего. Он свел брови к переносице и моргнул. Будто очнулся.

– Нет, все так, – сказал сиплым голосом. Прочистил горло и добавил: – Но обучать вас магии я не смогу. Никто здесь не сможет.

– Что? Почему? У меня же получилось!

Он покачал головой:

– Лучше забудьте об этом. Вы не можете здесь обучаться, но и отчислить я вас не могу. Это слишком опасно. Будете пока под моим личным надзором, а с практикой я разберусь.

Ректор начал вставать, но я остановила его:

– И вы не скажете, в чем проблема?

Он замер, глядя на меня сверху вниз и усиленно думая. Это было написано у него на лице. Наконец произнес:

– Проблема в том, что ваша магия – темная. В наше время такой владеют только вампиры, дроу и кое-какая разумная нежить. Но вы ни то, ни другое.

У меня вторично челюсть отпала.

– Но ведь… я…

– Человек? – он мрачно хмыкнул. – Боюсь вас разочаровать, но нет, не человек. Артефакт прекрасно скрывал вашу сущность, пока действовал блок. Кстати, он уже восстановился.

Драмиэль кивнул на стол, где еще секунду назад лежал медальон. Там теперь было пусто, а я ощутила привычную тяжесть в районе груди. Мамин подарок вернулся на место.

– Какую сущность? – прошептала, накрывая его рукой.

Ректор больше не смотрел на меня. Он начал расхаживать по кабинету, сосредоточившись на своих мыслях. А в воздухе засияли нити тишины.

– Все было так очевидно, – услышала я. – Но я до последнего надеялся, что ошибся. Что это глупая шутка или провокация. Даже когда понял, что артефакт не подделка. В него вплели много высокоуровневых заклинаний. Блокировка магии, блокировка истинной сущности, сокрытие ауры… Даже Врата ничего не почувствовали… Или, наоборот, как раз почувствовали, что тебе не место на улице.