Кольцо дракона (СИ) - Снегирева Ирина "Ири.С" - Страница 88

Он знал, что с ней всё в порядке. Стефан регулярно сообщал о дочери, простил не давить на неё, а ещё и Лорд-отец, твердящий, что лучшей жены, чем Алёнка для Кира просто быть не может. А Жемчужный это знал и без заботливых помощников.

Он ждал её, хотя бы писем.

Он ждал её. Находясь ли в собственном кабинете, или решая очередной государственный вопрос.

Кир уже решил, что просто нет выхода из этой тупиковой ситуации — она или… или ещё раз она. Другого варианта нет.

Другой для него нет.

На какой-то по счёту день, Киринн решился.

Спальня для двоих, чем не лучшее место для встречи?

Мягкий ворс шерстяного ковра, бутылка вина, что так понравилось Алёнке в поездке по Жемчужной стране, фрукты и сладости… Он всё расставил, не заботясь о том, как это всё будет выглядеть, да и какая сервировка, ведь и стола-то тоже нет.

Так, мягкий ковёр, полный надежд и ожиданий.

Как и он сам.

Антуан с радостью откликнулся на просьбу переместить Алёнку в Лазурный замок и вот, наконец, всё готово.

Лёгкая рябь портала наполнила воздух просторной комнаты, и Кир быстро нырнул, выдернув Селену на свою территорию. Маг тут же благоразумно покинул покои Правителей, а заодно и дворец и отправился отдыхать.

А Кир остался, наблюдать, как Алёнка удивлённая осматривается по сторонам.

Кто сказал, что после женитьбы желание утихает?

Кто сказал, что собственная жена привычна, не радует глаз, а чужие гораздо интереснее, потому как менее доступны?

Он шагнул к ней, забыв, что хотел рассказать кучу оправданий. Или хотя бы попытаться, но… забыл о них.

Потому что она именно сейчас, по счастливой (а никакой другой) случайности стояла не в обычном своём наряде в виде брюк или платья, а в самом что ни на есть изысканном нижнем белье. Тонкая ночная рубашка, доходившая до ступней, своей гладью не могла соперничать с водной поверхностью, а изгибы, что она облегала, заставляли фантазию не просто работать. Хотелось немедленно содрать эти лишние условности и подмять жену под себя, утверждаясь в правах.

Но он не стал, он не дикий зверь (внутренний дракон с этим не совсем был согласен — он-то точно зверь), чтобы вот так, с разбега броситься на слишком желанную собственную жену.

Любимую.

Кир припал к её губам, пахнущим карамелью и капелькой мяты, по которым так скучал все эти дни..

Моё появление тут, в спальне Лазурного замка для меня самой не было удивительным, но желанным — да. Кир воспользовался кольцом, что надел мне на палец и, несомненно, это к лучшему. Всё, о чём я думала, весь барьер, нагороженный мысленно в душе, рухнул, показавшись огромным неприятным недоразумением.

— Здравствуй. Я скучал, — шаг в мою сторону и вот уже я стою, прижатая к крепкому мужскому телу. Белая рубашка слегка небрежно заправлена, но ему идёт. Уж я-то знаю. Он ткнулся в мою макушку и судорожно вздохнул, зарываясь в волосы лицом.

— И я скучала, — сейчас, при свечах, всё кажется таким важным, и вместе с тем нет ничего главнее нас, обнявшихся и застывших в собственной спальне. — Прости, что сбежала, — слова вырвались сами собой и, кажется, стало чуточку легче. Ведь ему тоже было непросто, наверное. — Знаешь, как только увидела вас, крышу снесло… Я ведь так люблю тебя!

— Не смей извиняться, — Кир прижал меня так, что мне дышалось с трудом. Но это всё ерунда по сравнению с той нежностью, что обрушилась на меня от этого конкретного мужчины. — Это я виноват, а не ты.

Слёзы быстро подкатили, пытаясь прорваться и устроить потоп, и я всхлипнула, неожиданно для нас обоих, и тут же попыталась погасить эту лишнюю сырость. Он тут, со мной, а это самое главное.

— Знаешь, любимая, если бы я увидел тебя в подобной ситуации, то скорее бы просто убил всех, возможно включая себя, — горячо произнёс он, нажимая на мои плечи и заставляя лечь на ворсистый ковёр. Сам Кир лёг рядом и, склонившись надо мной, продолжил, — а может, не убил бы себя, но точно сошёл с ума. Так ведь почти и произошло, ты знаешь…

Я знаю.

И сама была сплошное безумие, словно не жила без него, пытаясь что-то делать, а точнее куда-то сбежать. То от себя самой, то от Леона.

— Никогда не бросай меня, — приказ, граничащий с болью вырвался у моего дракона с восхитительно рычащими нотками, но я была сосредоточена на другом.

На его глазах, что неотрывно смотрели в мои глаза, на руке, что бесстыдно забралась под сорочку…

— Никогда, — выдохнула я судорожно в тот момент, когда почувствовала, что пальцы осторожно, но настойчиво поглаживают внутреннюю сторону бедра, поднимаясь всё выше и наконец, попав вовнутрь… Это всего лишь рука, но что же он вытворяет…

Слишком опытный и искушённый? Пусть, это всё досталось мне одной и я просто счастлива от этого.

Кир по-прежнему склонился надо мной, по-прежнему не отрывая взгляда, но теперь он наблюдал за мной, ловил мои судорожные вскрики, делая всё, чтобы я не замолкала…

Обессиленная, с блаженной улыбкой на губах я прикрыла глаза, притянув его к себе на грудь. Мне надо только минутку, а дальше он узнает, что такое голодная драконица в моём исполнении. Кажется, это всё я проговорила вслух, потому что тихий смех Кира был мне в ответ.

— Будешь? — Два бокала наполнены красным вином с терпким вкусом, как раз то, что мне понравилось в нашем путешествии.

Мы пьём, неспешно, усевшись друг напротив друга, не отрывая голодных взглядов, да и к чему.

Слишком долго были не вместе, не это ли оправдание?

— Мне кажется, твоя рубашка не свежа, — у меня игривое настроение, так почему бы не пошалить? Подбодренная винными градусами я сейчас могу позволить себе некоторые вещи и даже чуточку больше.

— Врёшь, — усмехается Кир и смотрит, как я вроде как нечаянно проливаю несколько кровавых капель на его белый шёлк. Красное на белом- прекрасное сочетание.

— Никогда, — заверяю его, самым что ни на есть честным голосом и мне, кажется, верят. — Снимай, раз я так говорю, значит, она лишняя.

— Тебе виднее, — на мою сорочку брызнули капли апельсина, — моей жене не пристало ходить в грязной одежде. Снимай!

Я покорная жена, временами, а в данном случае возражений не имела… А если и имела, то меня очень-даже кое-кто пытался наказать…

Уснули мы только под утро, довольные и счастливые. Бутылка вина оказалась пустой, свечи догорели… Нам много не надо — быть вместе и рядом, а это главное.

На утро, с усмешкой обозрев всё безобразие, что мы устроили на ковре, я молча отвернулась и уставилась на Киринна. Он не спал, но старательно не открывал глаза, в то время как мой палец очерчивал линию его бровей, носа, слегка коснулся любимых губ.

— Знаешь, наверное, это неправильно, рассказывать подобное после примирения, — он вдруг раскрыл глаза, но смотрел исключительно в потолок. — Но хочу, чтобы ты знала и поняла.

Я молча кивнула, как бы поощряя его к дальнейшим откровениям, но честно говоря, заподозрила чего-то щекотливое и болезненное для меня. И тут же, словно в поддержку почувствовала руку мужа, накрывшую мою кисть на его груди.

— В тот момент, когда я тебя первый раз увидел живьём, не через кристаллы, что поставляли маги, не через неподвижные в снимки, то понял — пропал. И честно говоря, попытался сопротивляться, — теперь Кир не сводил с меня своих бесцветных глаз, что казалось, проникают в самую душу. — А точнее в тот самый вечер, когда красные в гостинице попытались тебе навредить, проникнув в комнату, ну а Перс оказался первым героем, правда, выдал свой секрет. В общем, ты сказала, что он никогда не предавал тебя. Тогда я впервые задумался, хотя до этого дня, правда, планировал по-прежнему содержать любовницу.

Мне было больно и очень, и пусть в этих словах не было ничего нового, но ведь это всё больно! Я молчала, не замечая, что вцепилась ему прямо в грудь побелевшими пальцами, но Кир не говорил ни слова, а может быть моему дракону сейчас гораздо важнее излить душу, чем отцепить мои ногти.