Ловушка (СИ) - Штиль Жанна - Страница 85

— Что вы будете делать с цепью? — не удержалась Рыбка от интересующего её вопроса.

— Не знаю, — Наташа пожала плечами. — Забирайте себе. Делите. Вы заслужили.

Да, она проверяла помощников, по её милости оказавшихся втянутыми в опасное дело. Наученная горьким опытом общения с сестрой, боялась вновь допустить ошибку, боялась очередного разочарования. Чужая душа — потёмки. Чем живут эти люди? Какие мысли бродят в их головах? Не достаточно ли она уже наказана за доверчивость?

— Я не возьму, — травница перестала жевать. — Меня за золото удавят, если прознают, что есть. Жила я без него и дальше проживу.

— И я здесь не из-за благодарности, — поддержал Руди. — Её надо отдать за долги поместья. — Притянул цепь, загребая в руку, взвешивая. — Тяжёлая.

— Не знаю, как велики долги и хватит ли этого. А цепь не страшно показывать? Не станут докапываться, откуда богатство? Да ещё в таком виде. — Пришла в себя пфальцграфиня. Она заблуждается или, в самом деле, приобрела друзей? Нужда учит думать.

— Дьявол его знает, хозяйка, — чесал затылок Рыжий. — Никогда в таком обороте не был. Может, и опасно. Как бы из одной беды в другую не попасть.

— Так вы со мной? Или только до ворот поместья? — потирала переносицу, сдерживая выступающие слёзы. Требовалось всё прояснить до конца.

— Вас ещё лечить нужно, госпожа Вэлэри, — уверенно пропела Фиона. — Если возьмёте меня с собой, то не откажусь. Я вольная, иду куда хочу и когда хочу.

Наташа перехватила её быстрый взор на мужчине. Ах, Фиона, Фиона… У него невеста есть.

Тишину нарушало утробное дыхание лошадей. Шурша, скатился мелкий камешек. Ночью жизнь не замирала. А кузнец молчал.

— Поможешь переплавить цепь в маленькие слитки? — уставилась на него девушка. Неужели Руди трусит? — Больше я тебя ни о чём не попрошу. И не осужу. Понимаю, что у тебя братья, сёстры. Скоро у самого будет семья.

— Сделаю, хозяйка, — встрепенулся он. — Вот думаю, как нам быть.

Ведунья закашлялась, хлопая себя по груди.

— Фиона, кажется, ты простыла. Тебе бы в воде прогреться. — Наташа вздумала травницу учить? Стало смешно. — И тебе, Руди, не помешает выкупаться.

— Я и не откажусь, — пил из кувшина. — Грех от тёплого купания отказываться.

Девушка засматривалась на рыжеволосую парочку и завидовала их свободе. Они спят спокойно и никого не боятся. Рослая Русалка неплохо смотрелась рядом с кузнецом. Чуть ниже него, стройная и гибкая, она могла постоять за себя. Если понадобится, то и руку приложить сумеет. Обидчику мало не покажется.

Пфальцграфиня ёрзала на подстилке. Мысли не давали покоя. Напряжение не спадало. Не помешает всё ещё раз обдумать. Человека, который не заглядывает далеко, непременно ждут близкие беды. Так говорил Конфуций.

Она слышала, как ворчала Рыбка на Рыжего, чтобы тот отвернулся и вообще убрался из пещеры. А тот огрызался, мотивируя тем, что он голых девок на своём веку перевидал пропасть.

— Идём сюда, — девушка позвала Руди, — присядь. Пока Фиона будет греться, послушай, что мне пришло в голову. — Усадив его спиной к купальне, начала: — Я рассуждаю вот как… Допустим, завтра мы приедем и упрёмся в ворота: «Здрассте, это я — ваша хозяйка, я живая…» — Напыщенно продекламировала Наташа. — Что дальше? Полагаю, меня сразу не пустят. И неважно, кто будет нести службу на воротах. Они подчиняются нынешней хозяйке. Побегут докладывать. Как поступит моя сестра? Если не причастна к моей смерти, то впустит без вопросов, попытается разобраться. А если причастна? — Замолчала, глядя на кузнеца. — Как думаешь, что сделают с тем, от кого хотят избавиться, и он сам пришёл к ним в руки?

— Так можно сразу вашу сестру в оборот взять, опередить.

— А если она подготовится, пока я буду за воротами ждать и, только их откроют, попаду под стражу, как самозванка? И вас подставлю. Посмотри на меня. Одежда крестьянская, с синяками под глазами. Я похожа на себя прежнюю?

— Я вам обувку привёз. У сестры взял. Должна подойти.

— Спасибо, Руди. — Перед глазами стоял другой мужчина. Как он давал указание пошить ей туфельки, как… Качнула головой, отгоняя наваждение, признаваясь себе, что всё ещё не может откреститься от мыслей о Герарде. Душа не хотела принять его измену.

— Я вот что хочу сказать, хозяйка, — мялся Рыжий. — Вам пока нельзя возвращаться. — Сказал, как отрезал.

Наташа поглядывала за его спину, где погрузившись в воду, не двигаясь, лежала травница.

— Согласна, риск есть. А как узнать правду? Допустим, что всё получится. Я пройду в замок, подниму стражу, и мне удастся посадить Эрмелинду под замок. Экономку тоже. Заодно и управляющего. Закрою ворота и не пущу Хартмана. Что дальше? Дела потребуют постоянных выездов, переговоров с арендаторами, поставщиками, представителями верителей. Вилли успокоится? Он уже обагрил свои руки кровью. Подозреваю, что не успокоится. Такой будет копошиться, пока всё не доведёт до конца. Среди визитёров легко сможет оказаться наёмник, которого он подошлёт, чтобы убить меня. И не один. Всех обыскивать? Держать штат телохранителей? Ежеминутно дрожать? А снайперы? — Быстро поправилась: — Лучники. От них не укроешься.

— Убить купца надо, — прошептал Руди, через плечо метнув взгляд на купальню.

— А если я ошибаюсь и он ни при чём? — шептала девушка в ответ. — Если наниматель — сестра с экономкой? Необходимы неоспоримые доказательства.

Как всё выяснить? В XXI веке такую функцию выполняют частные детективы. А здесь?

— Да кто ж вам признается? — бубнил кузнец. — Это ж верная смерть.

— Никто. О таком под пытками не каждый скажет. И будет прав. Не пойман — не вор.

Разве она сможет кого-нибудь пытать? А вот Бригахбург пытал. Пусть и не своими руками, но приказы отдавал лично. И убивал. Вспомнился Сигурд, Клара, прислуга Агны, сама баронесса, Эрна, которую спасло то, что она ждала ребёнка. Для неё отдать соответствующее указание станет настоящим испытанием.

А что, если… Да, Герард сможет ей помочь. Обратиться к нему за помощью? Он хорошо знает, как делаются такие дела. Сначала нужно добраться до него. Да и в замке ли он? Карл говорил, что Бригахбург собирается следовать со свитой герцога Швабского в Алем. Где тот Алем? Современный Ульм что ли? Это где? Дай Бог памяти… У чёрта на куличках, вот где. На самолёте не махнёшь. А ведь от Ульма до Аугсбурга близко. А там и до Ингольштадта рукой подать. В городе мост, с которого мог упасть их туристический автобус. Прислушалась к себе. Казалось, что живёт в этом времени бесконечно долго. Мысль вернуться назад в будущее показалась бредовой.

Герард… Если его не окажется в замке, поможет Дитрих и Ирмгард. А вот чтобы туда добраться, придётся в Страсбурге приобрести паланкин или крытую повозку — на коне она точно не доедет — нанять охрану, запастись провизией. Потребуются деньги. Значит, надлежит вернуться в поместье за своим золотом. Тайно.

О подобных случаях она читала в книгах. Смотрела фильмы. Уж и названий не помнит. Но суть в том, что пока наследника считают мёртвым, он может спокойно вести расследование.

Решено! Она вернётся в поместье. Как в него проникнуть? О её золоте никто не знает и его пропажа не вызовет подозрений. Хельга справилась бы отлично и вынесла бы золото. Но её нет. Заслать Фиону под предлогом поиска работы? Найдёт ли тайники? Запутается в лабиринте комнат. Думай, Наташка, думай!..

— Руди, ты… Вы должны мне помочь. У меня есть план.

Всё же мысль обратиться за помощью к Бригахбургу не нравилась. Идти к нему на поклон? Никогда! Смерть лучше? Нет. Захочет ли он помочь? Пообещать ему плату? У него золота, как у Крёза. Она просто попросит помощи, изложив свою просьбу. Сухо и лаконично. Она сможет. Ничего более. Понадобится отряд воинов, чтобы ворваться в поместье и провести расследование. Восстановить её в правах. Неужели откажет? Может быть, сразу отправиться к сюзерену и просить помощи у него? Где его искать, герцога Швабского? Он тоже потребует доказательств и будет прав. Направит в поместье дознавателей. Сколько это займёт времени? Учитывая скорость в одну лошадиную силу — бездну!