Танки не лгут (СИ) - Ками Катори - Страница 54

— Ну что, добавим дерьма? — усмехнулся Хилдебранд, и Эван полез в трюм.

Кайя вернула сухим лепешками их первоначальный вид, а Танк осторожно замешал песчано-дермяную смесь одним гигантским когтем.

— А ты не можешь придать бактериям ускорения? — поинтересовался Эван. — Ну чтобы там плодились и размножались, и все такое?

Ник рассеянно глянул на него и присел на корточки. Зачерпнул горсть песка, растер его в ладони и кивнул.

— Попробую.

Чай они заварили вместе с Кайей. Листок живого дерева — Ник даже не отрывал его, Древо само уронило самый маленький на подставленную ладонь — дал светящийся и даже немного пузырящийся странными искорками настой, а магия Кайи сделала его лазурным, как безоблачное небо.

Ник опрокинул настой над ямой, Кайя взмахнула руками, и вода не вылилась в одном место короткой струей, а пролилась над всей поверхностью искрящимся мелким дождем.

— Ну ладно… — Ник обвел всех взглядом и осторожно опустил Сферу в центр ямы.

Вдавил, погружая нижнюю часть в не слишком приятно пахнущую землю, покрутил немного и наконец убрал руки.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом Эвану показалось, что настройки зрения самопроизвольно изменились. Он проверил их и убедился, что в системе ничего не поменялось — это Сфера вдруг начала светиться ярче, и с каждой секундой свечение все усиливалось, пока она не превратилась в белый сияющий шар.

— Что такое? — взволнованно спросила Кайя. — Что с ним?

И словно услышав ее, оболочка Сферы вдруг треснула, словно диковинное круглое яйцо.

— Только не говори, что оттуда что-то вылупится… — пошутил Хилдебранд сдавленно.

Ник не ответил никому из них. Вместо этого он аккуратно провел пальцем по трещине, и та побежала дальше, к почве. А потом купол Сферы раскрылся, подобно бутону, и ставшие вдруг мягкими светящиеся осколки легли на землю, отдавая ей свое сияние.

Такое маленькое на фоне высоких холмов и огромного Танка Древо обеспокоенно шевелило листочками, словно пробуя воздух на вкус. Его корни уже надежно спрятались в земле, и Эван даже видел шевеление, будто они устраивались там, тянулись в стороны, распрямляясь.

— Что ж… Кажется, неплохо, — резюмировал Эван.

Танк согласно кивнул и принялся осторожно закапывать вырытую им траншею.

— Если нельзя больше взывать к Хтавору, то что мне теперь говорить в таких случаях? — спросила вдруг Кайя и требовательно посмотрела на Хилдебранда. — Меня аж трясет ведь!

— Предлагаю вариант "Вот дерьмо!", — усмехнулся Хилд. — Вполне себе божественная штука, как выяснилось.

— И как тогда правильно: "Иди в дерьмо" или "Иди к дерьму"? — осведомилась волнорезка язвительно.

— Думаю, можно смело посылать сразу в место выработки столь ценного ресурса, — невозмутимо заявил Хилд, и сурово хмурящий брови Ник не выдержал и покатился со смеху.

Геккон осторожно топтался на песке рядом с Древом, вытаптывая себе ямку для сна. Воздух уже заметно похолодал за время коротких сумерек, но возле нагретых за день камней было еще тепло.

— И все-таки вам не обязательно сидеть со мной всю ночь, — уже третий раз за вечер сказал Ник, на что получил три осуждающих взгляда.

— Мало ли что случится, — снова терпеливо повторил Хилд. — Нам всем так будет спокойнее. Тем более, одна ночь — ерунда.

— Если замерзну и устану — пойду в кровать, — заверила Ника Кайя, хотя Эван почему-то нисколько не сомневался, что так она не поступит.

Кайя изменилась. Это было особенно заметно, когда рядом был Ник, но и один на один с Эваном и Хилдом она тоже вела себя совсем не так, как в начале. Будто осознав и постепенно приняв мысль, что они ей не враги, она наконец перестала нападать заранее. Что же касается Ника… Эван затруднялся сказать, как все же относилась к нему Кайя. Она не стеснялась поддеть его, указать на ошибку, поспорить и даже поругаться. Но при этом не отходила от него ни на шаг и никогда не говорила по-настоящему обидных вещей. Это было довольно забавно: наблюдать, как они переругиваются, обнявшись, а потом, не сговариваясь, сбегают в геккона. Глядя на них, Эван даже сделал вывод, что потребность в прикосновениях как-то магически обусловлена, потому что Хилд тоже не упускал случая до него дотронуться. Вести непринужденный диалог, когда его рука блуждала под рубашкой, Эван уже почти привык.

Вот и сейчас они сели рядом, прислоняясь к теплому боку геккона — Ник обнял Кайю, а Хилд собрался обнять Эвана, но тот покачал головой.

— В этот раз наоборот, — он присел рядом на корточки и похлопал ветрогона по бедру. — Я буду тебя греть.

— Как мило, — улыбнулся Хилдебранд.

Он дал Эвану место и с удобством устроился в его объятиях. Эван хмыкнул и прижался щекой к его спине — ростом Хилд был даже сидя намного его выше. Поняв, что загораживает весь обзор, Хилдебранд сполз вниз и откинулся затылком ему на плечо.

Дождавшись, когда люди устроятся, геккон обернул их вместе с Древом хвостом и бережно накрыл всех крылом, сунув под него и морду. Его горячее дыхание в считанные минуты нагрело импровизированное помещение, и только от песка тянулся зябкий холод.

— Да будет свет… — шепнула Кайя, и в ее руках засветилась заранее припасенная небольшая канистра.

Немного крови и пара литров воды сотворили в ее руках чудо — вода, растянувшая тонкие мембранные бока, источала теперь яркий голубоватый свет.

— А что, уютно, — улыбнулся Хилд. — Как в сказочной пещере с сокровищами.

Эван огляделся. Блестящая биометаллическая чешуя геккона отражала колдовской свет, играла гранями, словно красуясь, и это действительно было красиво и немного загадочно.

— Самое время рассказывать страшилки, — добавил Хилдебранд.

Ник посмотрел на него и покачал головой.

— Лучше спой, — попросил он тихо.

Предложение, кажется, застало Хилда врасплох. Вопросительно глянув на Эвана, он хотел отказаться, отчего-то смутившись — это чувствовалось через Печать — но потом подобрался, сел, скрестив ноги, и все-таки запел.

Его голос был сейчас низким, густым, а выбранная песня — медленной и мелодичной. Она не летела по воздуху, а будто пробиралась ползком — мурашками по коже, вибрацией по глубоко запрятанным внутренним струнам. Хилд не пытался петь громко, не старался набрать силу в кульминационный момент. Он просто пел — и это был один из самых волнующих моментов в жизни Эвана. И не только в его. В какой-то момент в их маленьком сверкающем мирке стало на пару светящихся отражений больше — когда на глазах у Кайи навернулись две маленькие слезинки. Наверное, их заметил только Эван, но почему-то от этой небольшой детали на душе стало еще теплее.

Ночь вышла теплая по меркам Эвана, но явно не показалась такой Хилду. Он то и дело украдкой вырывал пару волосков из головы, обдавая себя теплым ветром, но все равно отчаянно мерз, даром что Эван нагрел тело до предельного уровня. Еще чуть-чуть, белки начали бы коагулировать.

У Ника и Кайи таких проблем не было. Эвану было невдомек, почему, пока волнорезка не устала от суеты Хилдебранда и не взяла того за руку. Эван почувствовал, как по жилам потекло благословенное тепло, и буквально услышал довольный стон, хотя все это было лишь у Хилда в голове, а ему передавалось отголоском через Печать. Правда, к радости примешивалась изрядная доля удивления — обычно маги с большим трудом взаимодействовали между собой, но, видимо, магия ветра и магия воды ничего не имели против друг друга. Или дело было в доверии?.. Размышляя об этом и крепко обнимая наконец затихшего ветрогона, Эван и уснул.

А утром выяснилось, что Древо подросло.

— Не может быть, — сонно покачал головой Хилдебранд.

— Говорю тебе, — шепотом ответил Эван и осторожно сгрузил его на песок, вставая.

Хилд немедленно поджал под себя ноги, обхватил руками плечи. Ник и Кайя не проснулись, свободно и вольготно расположившись в обнимку, будто песок не обжигал ледяным холодом.