Танки не лгут (СИ) - Ками Катори - Страница 46

Несколько долгих секунд Ник обдумывал ее слова, а затем чуть повернул голову и кивнул.

— Ты права. Мы будем осторожны, — и, пронзив Эвана взглядом, приказал: — К Башне.

Волнорезка дулась недолго. Кажется, внутренняя сила, исходящая от Николаса, окончательно ее покорила, потому что больше она возражать не пыталась и льнула к друиду в поисках ласки. Ник слегка смущался, но не протестовал, лишь изредка кидая на Эвана виноватые взгляды, словно ему было неловко, что рядом не было Хилда, и Эван остался один. Впрочем, скоро у них нашлись проблемы поважнее, чем отсутствие ветрогона.

— Он не хочет есть сухое, — мрачно возвестил Ник, когда геккон решительно отказался от предложенного ему куска вяленого змея. — Его можно как-то размочить?

— Дай мне воды и крови, детка, и все будет как в самых смелых мечтах, — промурлыкала Кайя и забрала у него мясо.

На этот раз крови понадобилось совсем немного, а вот воды Кайя нацедила целую канистру. Ник хмуро наблюдал за ней — все-таки колдовство с участием крови ему ужасно не нравилось. Зато он не смог сдержать изумления и даже восторга, когда усохший, почти каменный кусок змеиной плоти на глазах стал напитываться влагой, увеличиваясь в объеме под льющейся на него розоватой струей.

— Ну как-то так, — Кайя придирчиво оглядела результат своей работы и кивнула Эвану на большой шмат совершенно свежего на вид мяса.

Ник зажал рот рукой, но мужественно промолчал, что оценила даже Кайя: она хмыкнула и потыкала мясо пальцем.

— Могу больше влить, но тогда будет не так вкусно, — усмехнулась она, и Николас поспешно выскочил в окно.

Эван бросил на волнорезку осуждающий взгляд и, подхватив мясо, последовал за Ником.

Геккон бежал на своем обычном расстоянии от Танка и выглядел рассерженным. Длинные крылья бестолково хлопали его по бедрам, волочились по песку, и он то и дело раздраженно ими взмахивал.

— Тормози, приятель! — крикнул Эван Танку, и, к его удивлению, голоса послушались оба.

Задрав морду, геккон заинтересованно посмотрел на мясо в его руках и на секунду высунул язык, будто пробуя воздух на вкус.

— Видишь, Ник, это в природе вещей, — сказал Эван и спрыгнул на песок.

Разглядывая его немигающим взглядом, геккон в предвкушении затоптался на месте и вытянул голову навстречу. Побоявшись, что с него станется попытаться ухватить мясо вместе с его руками, Эван подкинул кусок в воздух, и геккон немедленно поймал угощение. Секунда — и от огромного шмата змеиного мяса ничего не осталось.

— Отлично, — Эван обернулся к Нику и показал ему большой палец, а потом запрыгнул в седло.

Он хотел по-быстрому проверить биос, может быть, попытаться задать настройки крыльям, но не тут-то было.

Сознание геккона встретило его настороженно. Возникло даже ощущение, будто оно хотело отгородиться от чужого вмешательства, но потом все же неохотно пропустило человека.

"Все в порядке", — раздалось в голове удивительно знакомым голосом. — "Вмешательства не требуется".

"Я все же проверю", — Эван мысленно усмехнулся. Проапгрейденный Ником танк говорил голосом самого Ника.

Желая лишь мельком пробежаться по настройкам, Эван неожиданно для себя завис надолго. Каким-то невероятным образом магия Ника повлияла и на биос тоже. Электронные нервы и раньше переплетались с живой тканью, были неразрывно с ней связаны, но теперь… Теперь Эван затруднялся в принципе сказать, где заканчивалось живое и начиналось неживое. Будто каким-то неведомым, непостижимым образом биометалл стал гораздо более "био", чем, собственно, "металл".

"Ладно, приятель, — наконец сказал он танку. — Зови, если что. Сейчас принесу еще мяса".

Кишечник он проверил отдельно — тот немедленно запустился в работу и, кажется, готовился произвести весь процесс пищеварения без сбоев.

"Хорошо, — ответил ему танк и, переступив с лапы на лапу, неуверенно добавил: — Приятель".

Мяса понадобилась целая прорва. Пока волнорезка колдовала, возвращая сушеному сырью изначальный вид, Эван подошел к Нику.

— Я не поведу Танк к самой Башне, — сказал он тихо, но твердо. — Подъедем ближе, но в самое пекло я не сунусь. Какой вообще у тебя план?

— Десантироваться на драконе? — мрачно пошутил Ник и запустил руку в отросшие волосы на макушке. — Честно говоря, я собирался пробраться туда по-тихому. Разумеется, без тебя и Кайи. Мне не составит это труда теперь.

— А если тебя схватят? — нахмурился Эван.

— Ну и что? — Ник пожал плечами. — Убегу.

— Боюсь, ты слишком самоуверен, — покачал Эван головой.

В ответ Ник усмехнулся, поднял ладонь и… Эван запомнил только зеленый свет, метнувшийся в глаза, а потом пришел в себя на кровати. Рядом с довольным Ником стояла Кайя и удивленно смотрела на Эвана сверху вниз.

— Ладно, убедил, — Эван осторожно сел, проверяя не возникнет ли головокружения.

Кайя усмехнулась и взяла Ника под руку.

— Идем покормим твою птичку, а потом у меня есть пара интересных мыслей… — протянула она многозначительно.

Ник мужественно удержал лицо, но кончики его ушей все равно заалели. Во взгляде, который он бросил на волнорезку, были и интерес, и смущение, и желание. А еще — ревность.

— Ты же понимаешь, что слышу, как ты думаешь об Эване? — спросил он дрогнувшим голосом и сжал кулаки.

— Конечно, — Кайя довольно усмехнулась. — Именно после этого ты вчера делал тако-ое… — она мечтательно причмокнула, а Ник вспыхнул до корней волос. Кайя же перевела взгляд на Эвана и закончила: — И где только научился?

Под ее взглядом Эван лишь нахмурился. В памяти поневоле всплыли их ночи с Хилдебрандом и потянули за собой чувство, от которого удалось на время абстрагироваться: глухую черную тоску.

Ник шумно выдохнул и, бросив на Эвана виноватый взгляд, увел Кайю прочь. Что ж, его можно было понять: к розовым пятнам наверняка было не так сложно притерпеться, как к этому.

Когда-то давно, когда Эван только начинал свои скитания по пустыне, ему было комфортно одному. Танк был молод, игрив и любопытен, и вдвоем они изучали планету, почти не останавливаясь ни днем, ни ночью. Эван часами проводил в седле и спускался внутрь только на время бурь да на подзарядку. А потом начала расти опухоль. Совсем маленькая, с подушечку пальца. Много лет она не доставляла неудобств, но заставила Эвана задуматься.

Ко всему, что было дальше, Эван привыкал долго… Черт побери. Да он до сих пор не привык. Смирился, приноровился, но не привык. До недавнего времени все маги в его Танке ощущались чужеродными элементами, неприятными и опасными, как эта самая опухоль, которую никто из них так и не вылечил.

Ник и Хилдебранд все изменили. Удивительно, как мало времени понадобилось, чтобы вновь ощутить свободу и достоинство. Почувствовать, поверить…

Он и сейчас верил. Лежа ночью в темноте на кровати, Эван отчаянно верил, что Хилд вернется. Влетит в окно, перелетит через комнату и прямо сверху плюхнется на матрас. Сожмет его так, что станет больно, и снова наполнит собой такую непривычную теперь пустоту.

Глядя в черноту ночи, Эван наконец нашел в себе силы признать. Даже если не было никакой ошибки. Даже если Хилдебранд разрушил Оазисы и убил всех тех людей намеренно и хладнокровно… Это ничего не меняло. Эвана словно разделили надвое: та его часть, что еще помнила жизнь до, помнила родителей и друзей, ненавидела виновника их смерти, желала ему всяческих мук и кар. А вторая… Вторая свернулась калачиком на теплом матрасе и ждала золотоволосого ветрогона обратно.

Геккон… рос.

Это было невозможно, но глазомер никогда еще не подводил, тем более, что Эван для надежности еще и специально выводил на сетчатку цифры и фиксировал их. За неделю пути он вырос на двадцать сантиметров.

Биос не показывал никаких особенных изменений, и это напрягало. Не могли же биометаллические кости и в самом деле расти! Но на каждую попытку залезть глубже, проконтролировать процесс, биос отзывался все неохотнее, пока наконец не вытолкнул его однажды на верхний слой окончательно.