Высота одиночества (СИ) - Минаева Татьяна - Страница 96

И сегодня они выступят так, что ни у кого не закрадется сомнение, что именно они с Игорем должны ехать на чемпионат Европы, а после представлять Россию на Олимпийских играх. И плевать, кто как смотрит! Она честно заслужила вчерашнюю победу, честно прошла путь до этого чемпионата. Они прошли его, они, вдвоем с Игорем.

Помимо них на тренировке присутствовали и три пары, претендующие на пьедестал: Самойлов с Решетниковой, Титова с Князевым и Максакова с Устиновым.

Аня так и норовила подрезать бывшую подругу во время исполнения какого-либо элемента, но при этом делала вид, что ничего не происходит. Отчасти Рина понимала её раздражение и злость: она и Матвей были безоговорочно лучшей парой последние два года, единственными, на кого делала ставку Федерация. Все внимание Богославской принадлежало лишь им: время, лед, тревоги и переживания. А тут они с Игорем… Два одиночника, не сумевшие реализовать себя и при этом имеющие в арсенале достоинств то, что для Ани с Матвеем недостижимо ни при каких обстоятельствах: мощнейший прыжковый контент. Они с Игорем вломились на чужую территорию с грубым намереньем воплотить свои мечты и, следовательно, отобрать эти мечты у других — у Ани с Матвеем. Вряд ли в такой ситуации кто-то пришел бы в восторг…

Но последней каплей стал сильный толчок в спину. От неожиданности Рината потеряла равновесие и упала, ударившись о лед коленкой и едва не вывихнув запястье. Игорь в этот момент был в другой части катка и не заметил инцидента, Оля и Ваня разговаривали со своим тренером, а Алиса, хоть и видела, что случилось, предпочла не вмешиваться и проехала мимо. Рина рывком поднялась на ноги и воскликнула:

— Может, хватит?!

— А то что? — ехидно оскалилась Аня. — Папочке своему нажалуешься? Тебе же все можно! И как же я раньше не догадалась, что неспроста он по любому твоему писку бежал к тебе на помощь!

— Мы вчера выиграли честно. И ты бесишься только потому, что не смогла противостоять мне на равных. Я тебя даже в паре обошла, — зло процедила Ипатова и, намеренно задев её плечом, проехала мимо.

— Мы еще посмотрим, кто сегодня будет стоять на пьедестале! — крикнула ей вдогонку Титова. — Лед скользкий, Рината.

За этой стычкой, недовольно поджав губы, наблюдала Алла. Своим признанием Бердников обострил и без того накаленные отношения в группе. Если до этого момента Аня еще хоть как-то пыталась себя контролировать, после вчерашней пресс-конференции тонкие ниточки, сдерживающие ее гнев, оказались безнадежно порванными. Чем только он думал?! Если так хотел что-то исправить, почему не подумал о том, чем грозят подобные «подвиги» Рине? Теперь не только у Ани, но и у всех, кто имеет хоть маломальское отношение к миру фигурного катания, появился повод пройтись по ней колкими фразами и едкими замечаниями. К любому ее шагу и без того было приковано пристальное внимание, а теперь перемыть ей кости каждый и вовсе сочтет своим долгом. И все благодаря Бердникову. Снова все только из-за него.

— По твоему виду похоже, что ты думаешь обо мне.

— Много на себя берешь.

— И все же, — вздохнул Владимир, облокотившись о борт, и кивнул в сторону Рины. — Неужели ты думаешь, что наша девочка не сможет постоять за себя? Смотри, соперницу она уже отшила. Уверен, с остальными справится.

— Зачем? — Алла повернулась к Владимиру. — Зачем ты это сделал?! Она всеми силами пытается выкарабкаться из той ямы, куда ты её сбросил, и когда у неё почти это получается, ты снова выбиваешь почву у нее из-под ног! Думаешь, ей это было легко?! Думаешь, она вчера не переживала?

— Ну, это может знать лишь Крылов, но он никогда никому не расскажет, — улыбнулся Владимир. — Алла, успокойся. Я знаю, что делаю. Рината сильная.

— Нет, Володя, не знаешь. Может быть, тебе кажется, что знаешь, но на самом деле ты не знаешь ни черта! — гневно отрезала Алла и добавила уже более сдержанно: — А обо мне ты подумал? Мне каково?! С самого утра за мной по пятам ходят журналисты и пытаются выведать, кто является мамой Ипатовой!

— Поэтому я и не рассказал о тебе. Потому что её я защитить смогу. А тебя нет. Пока Рината не захочет услышать правду, будет лучше, если о тебе никто не узнает. Со злости она может наговорить лишнего. Я все стерплю, но ты…

— Делаешь вид, что заботишься, — Богославская хлопнула его по плечу и язвительно произнесла: — Но мне твоя забота уже поперек горла. Хочу, чтоб ты отстал от меня и моей дочери! Я хочу, чтоб ты исчез, испарился и перестал вмешиваться в чужие жизни, планируя их по своему усмотрению! Я не твоя вещь, а Рината — не твоя игрушка!

— Я никогда не играл, — вздохнул Владимир. — Очень жаль, что ты до сих пор этого не поняла.

Рука Аллы непроизвольно легла на живот. Она прикрыла глаза и сжала в кулак ткань свитера.

— Я никогда больше не позволю приблизиться тебе ни к себе, ни к моему ребенку, — сдавленно произнесла она. — Ты больше не сможешь причинить боль. Умоляю, уходи и не попадайся мне на глаза хотя бы до конца соревнований! — она бросила на него взгляд, полный немой решимости.

— Как скажешь, — покорно кивнул Владимир и ушел.

Соревнования спортивных пар начались следом за выступлением одиночниц. В этот раз Рина и Игорь оказались в последней группе участников вместе с основными соперниками, более того, закрывали своим прокатом выступления пар. Спортсмены только что завершили шестиминутную разминку и покинули каток, на льду остались лишь стартующие первыми Решетникова и Самойлов. Следом свою произвольную должны были катать Титова с Князевым. У пары, выступающей последней, было почти пятьдесят минут до выхода на лед и Рината, переобувшись в удобные тапочки, положила коньки в сумку. В раздевалке никого не было, все, включая Игоря и Богославскую, находились в разминочном зале. А Рине хотелось перевести дух, хотя бы пять минут побыть в одиночестве, настроиться на прокат. Вчерашний всплеск эмоций слишком обнажил ее, оголил ее чувства, сущность. Она не знала, как теперь вести себя с Игорем, стоит ли объяснять ему еще что-то, оправдываться за слабость, и постаралась сосредоточиться на прокате. Все остальное — после.

Мысли о собственных откровениях взметнули в ней едва улегшееся волнение, и к горлу снова подкатила волна тошноты. Резко вскочив, Рината прижала ладонь ко рту и бросилась в туалет. Она не понимала, что с ней происходит. Да, иногда от волнения ее мутило, но два раза менее чем за сутки… Очистив желудок, она подошла к раковине, прополоскала рот и посмотрела на себя через зеркало. Внимательно разглядывала себя, будто бы это отражение — и не она вовсе, а некто, следующий за ней по пятам всю её жизнь. Кто-то незнакомый, сильный, целеустремленный, знающий себе цену. Ее так и продолжало мутить, но стало немного легче.

Очень хотелось умыться холодной водой, но на лицо уже был нанесен макияж, поэтому она лишь похлопала себя по щекам ладошками, приводя в чувство. Вернулась в раздевалку и только подошла к скамейке, как в дверях показался Игорь.

— Титова уже катается, — опустил взгляд на её ноги и добавил: — Обувайся.

— Сейчас. — Рината открыла сумку и непонимающе нахмурилась.

— Что? — Игорь подошел к ней.

— Коньки… Я положила их в сумку. Но их нет.

Музыка завершилась ярким акцентом, и Аня взмахнула руками в радостном порыве. Гордая за своих спортсменов Алла не удержалась от аплодисментов. Стоя возле борта, она удовлетворенно улыбалась прекрасному прокату, дающему судьям полное право выставить самые высокие баллы. После вчерашнего завала Аня была зла и отыгрывалась на партнере. Но Матвей мужественно держался, не позволяя себе ответить ей тем же. Алла была счастлива, что в самый ответственный момент они сумели справиться с собой, совладать с эмоциями и выдать феерический прокат.

Судьи не поскупились — оценки и правда оказались очень высокими. По сумме двух программ они почти на двадцать баллов обошли Алису и Макса, которые, не справившись с волнением, откатали свою произвольную не так чисто, как им того хотелось.