Вересковый мёд - Зелинская Ляна - Страница 64

Почему Боги так жестоки с ней!

Она потянулась к Викфорду и провела по его щеке тыльной стороной ладони. По виску, по щеке, по губам. Это было так странно — прикасаться к нему. Это всё было странно, ведь ещё вчера вечером она ненавидела его, она хотела его убить, а сейчас мысль о том, что им придётся расстаться, просто разрывала её на части.

Эрика прилегла рядом, прижалась лбом к его плечу, и слёзы побежали из глаз сами собой, совершенно беззвучно. Вспоминала, как они вот так же лежали в пещере, как он вёз её на лошади сегодня утром, и как ей было хорошо… нашла его руку и переплела пальцы…

Она лежала так, впитывая эти прикосновения, вдыхая запах его кожи и молча глотая слёзы.

— Прости меня, но так будет лучше, — прошептала, наконец, вытерла мокрые щёки ладонями и встала.

У неё впереди длинный и полный опасностей путь. И ей ещё предстоит обвести вокруг пальца Корина.

— Прощай, Викфорд Адемар, — она склонилась к его лицу и нежно поцеловала в губы. — Я никогда тебя не забуду.

Король, конечно, разозлится. И герцог Сенегард вряд ли похвалит его за это, но зато он останется жив. А это главное.

Она торопливо собрала вещи — только самое необходимое, и выглянула в окно. Дождь уже накрапывал.

Дождь это хорошо. В дождь легче всего плакать. Кажется, что и весь мир плачет вместе с тобой.

Корина в этот раз подменял Нурберт, и Эрика думала, что это станет проблемой, но всё оказалось ещё проще. Рядом с ним сидел Уилмор и напоить с его помощью пса оказалось совсем нетрудно. Самым трудным было ехать в темноте. Но теперь у Эрики было что-то и помимо зрения, теперь её вёл Дар. И хотя она ещё до конца не понимала, как совладать со всем тем, что на неё обрушилось, но доверять ощущениям ужа начала. И свернула не к большому каменному мосту через Эрну, где собиралась изначально пережидать дождь, а к огромному старому дубу на выезде из Линна. Там, среди камней в небольшой пещере они смогли спрятаться вместе с Уилмором. А едва впереди стала различима дорога, снова тронулись в путь.

Эрика ощущала внутри тревогу — погоня уже близко и только стегала лошадь, доверяя своему чутью, но, не понимая куда оно ведёт. И лишь когда перед ними появился подвесной мост, под которым ревела река, она выдохнула. А на другой стороне она велела Уилмору перерезать веревки, которыми мост крепился к толстым брёвнам на берегу…

Она не думала, что это будет так больно. Стоять и смотреть на стремительную воду, которая разделяет их с Викфордом, и ощущать, как сердце истекает кровью. С того дня, как Адемары сожгли её дом, с того дня, как она бежала из Гранарда в Кинвайл, Эрика не думала, что снова испытает такую острую боль от потери. И вот снова… И снова в этом виноват один из Адемаров, только теперь всё наоборот. Какая насмешка судьбы!

Если любовь — это так больно, она не хочет этой любви! Быстрее отсюда, прочь и как можно дальше! И никому и никогда больше не открывать своё сердце…

— Прощай, Викфорд Адемар! Не ищи меня! Так будет лучше! — крикнула она изо всех сил, надеясь, что вместе с этим криком уйдёт из груди и вся та отчаянная тоска.

Но тоска не ушла.

Эрика стегала коня, углубляясь в лес и не видя ничего перед собой от застилавших глаза слёз, а по щекам хлестали ветви. И лишь когда они отъехали достаточно далеко, когда стих шум реки и их окружила тишина осеннего леса, она спешилась, велев Уилмору оставаться с лошадьми, и ушла в чащу. Упала прямо на мох, спрятала лицо в ладонях и беззвучно разрыдалась.

Ты должна быть сильной. Ты не одна. Мы все теперь с тобой. Вставай. Вставай, Эрика!

Ей казалось, это шепчут деревья, успокаивая её, и птицы, и ветер…

Она поднялась, вытерла ладонями лицо и глубоко вдохнула, прислушиваясь. Дотронулась до ствола дерева и ощутила ладонями тепло.

— Куда мне ехать? — спросила она шёпотом.

Тебя ждёт Ирвин.

В первый день Эрика почти не останавливалась на отдых. Гнала и гнала коня, понимая, что погоня неизбежна, что Викфорд не отступится и их разделяет три-четыре часа форы, не больше. И за это время ей нужно запутать следы.

Сейчас, когда у неё проснулся Дар, всё изменилось. Она ехала, глотая слёзы и вспоминая все те заклинания и руны, которым её учила наставница. Теперь это уже были не просто знаки и слова, теперь они наполнились силой леса. Эрика срывала листочки с дерева, бросая их позади себя, чтобы создать ложный след, плела из прутиков косички и шептала над ними заклинания, не веря до конца, что это сработает. Но когда в её руках они внезапно наполнялись теплом, когда на землю от них летела почти прозрачная изумрудная пыль, которой, Эрика точно знала, не видит никто кроме неё, в этот момент она начала верить, что и в самом деле становится фрэйей.

На исходе дня лес сам подсказал ей место для ночлега — небольшую пещеру в ущелье, где можно было безопасно развести костёр. Еды у них с Уилмором должно хватить на два дня, а потом она поохотится, благо лук и стрелы Эрика прихватила с собой. Теперь это станет проще — лес сам подскажет, где находится дичь. А через два дня она уже будет очень далеко и можно перестать беспокоиться о погоне.

Сидя перед костром, она слушала ночные звуки леса и думала о том, что вот и случилось в её жизни самое важное — проснулся Дар. Она так этого ждала, столько возлагала надежд. А теперь она почти так же несчастна, как и в тот день, когда бежала из Гранарда. Ей казалось, что расставание с Викфордом на берегу реки — это самое болезненное, что можно испытать, но нет, она ошиблась. Сейчас ей было во сто крат хуже. От осознания, что они никогда больше не увидтся. Она думала, что постепенно боль притупится, что расстояние и время излечат её, и сотрут из памяти образ Викфорда, но видимо одного дня оказалось слишком мало для этого, потому что теперь боль стала только сильнее.

От неё словно кусок оторвали по живому, что она медленно истекает кровью, и с каждым шагом, который отдаляет её от Викфорда, эта боль только усиливается, а в голове всё ещё звучат эхом его слова:

Я найду тебя, Эрика! Найду! Даже не думай, что скроешься от меня!

И ей малодушно хотелось, чтобы он сдержал своё обещание… и нашёл её. Чтобы догнал. Она понимала, что это глупо, и что в итоге это приведёт их обоих к гибели, но сердцу нужно было чувствовать его здесь и сейчас, сердцу было всё равно, что ждёт их завтра.

Она уронила голову на скрещенные руки, и даже вздрогнула, почувствовав, как Уилмор накрыл её плечи плащом.

— Не плачьте, госпожа. Уилмор вас защитит, — пробормотал он и принялся, как обычно, напевать себе под нос что-то заунывное, покачиваясь в такт.

Эрика улыбнулась ему грустно, и подумала, что нет силы в мире, которая может её защитить, кроме той, что у неё внутри. Не на кого ей надеяться, только на себя.

Они встали, едва забрезжил рассвет. Быстро перекусили, затоптали костёр и собрались в путь. Эрика опустилась на колени у ручья, чтобы умыться, и принюхалась.

Вода пахла осенью. Опавшими листьями, мхом, брусникой…

И это было так странно…

Дар открывал перед ней новые грани чувств. Эрика окунула руки в воду, и внезапно ощутила тонкую дрожь опасности. Она ещё не умела читать все знаки леса и многого не понимала, но сейчас эта опасность исходила не с той стороны, с которой её следовало ожидать. Вода, в отличие от деревьев, приносит вести издалека, от самых своих истоков, собирая всё что происходит на её пути. И что-то было вверх по ручью, и это точно не погоня из Линна. Далеко? Может да, а может и нет. Может это просто стая голодных волков, учуявших запах лошадей, а может какие-то лихие люди, которые хуже волков и может они услышали запах дыма от их костра? Но в любом случае стоило бы обойти их стороной. Эрика дотронулась до ствола тополя, до мха на высоком пне, до куста терновника в сизых бусинах созревших ягод — лес поведал о том, что находится близко, но он не слышал опасности. Но подумав немного, Эрика не стала рисковать. Хотя дорога на Ирвин вела именно туда — вверх по ручью, она решила сделать крюк. Неизвестная опасность пугала её даже больше, чем погоня.