Альтер Эго (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 76

И когда, спустя несколько суток он добрался до постоялого двора, в котором они останавливались по дороге в Лааре, он почти смирился с тем, что она рыцарь Ирдиона.

Пусть. Он это переживёт.

Ему нужно только одно — правда. О том, кто она такая на самом деле. О том, что было между ними последней ночью в Лааре — была ли это ложь, спектакль, подстроенный для того, чтобы получить то, что ей было нужно. Или же всё было настоящим...

У коновязи на постоялом дворе стояли Туры, сопровождавшие Кэтриону, и Рикард даже обрадовался, но... её самой не было.

Они мирно потягивали сидр, и собирались остаться на ночь — дожидаться Нэйдара с остальными. От них Рикард узнал, что Кэтриону здесь встретили какие-то люди с письмом. Что за отряд, они объяснить не смогли. Четверо мужчин, по обличью — из-за перевала. Это были не Туры, не наемники, не лаарцы. Она говорила с ними недолго, а потом они спешно уехали в сторону Таршана.

А на Рикарда нахлынула совершенно необъяснимая тревога.

Да с чего бы ему волноваться за её жизнь? Это наверняка были люди Ирдиона. Пусть катится к демонам Ашша! Лучше бы ему вообще никогда её не встречать...

Но... всего четверо? Он справится с ними без проблем...

И он не остался на постоялом дворе, а лишь перехватив кусок на ходу, погнал коня дальше, разглядывая следы на дороге. Его и отряд Кэтрионы разделяло, наверное, часа два пути — к вечеру он их нагонит. Это Бард — самый быстрый конь во всем Побережье, а в сопровождающем Кэтриону отряде вряд ли были столь же прыткие лошади...

Дорога, изрытая колесами телег, сегодня была пустынна, и следы Барда виднелись на ней совершенно отчетливо.

В этот раз Рикард будет осторожен. Он не станет с ними драться, дождется ночи. Ночь — его время и его территория...

Мысль о том, что он скоро увидит Кэтриону, почему-то была приятной, согрела внутри не хуже горячего вина. Она будоражила кровь и заставляла вдыхать воздух глубже, воздух в котором он, не зная почему, пытался уловить знакомый аромат её духов...

Ему так не хватало этого аромата...

Демоны Ашша! Как же так получилось, что эта женщина заняла все его мысли? И вместо того, чтобы думать о том, что нужно вернуть украденное и выполнить задание королевы, единственное, о чем он может думать, это о треклятых её духах!

И разве после этого она не ведьма?

Ближе к вечеру предгорья отступили, превратившись в холмы. А когда сосны сменились рыжими буковыми рощами и впереди замаячили отроги Восточных Врат, Рикард услышал вдали конский топот и остановил свою лошадь.

Прислушался.

Всадник. Один.

Топот приближался, Рикард достал шемшир, удерживая поводья левой рукой. Но из-за поворота появился только Бард. И он несся галопом, так что Рикард едва успел прошептать тавру, набрасывая её на шею и останавливая коня.

В седле никого не было.

Рикард быстро осмотрел сумки — вещи Кэтрионы были целы, он нашел печать, книгу и ещё какие-то листы, свернутые трубкой. Не было только шемшира и её самой. Зато морда у Барда и одна из ног были в крови.

Но это была не конская кровь...

— Проклятье! — прошептал Рикард и прислушался.

Всадники...

Ещё далеко.

Он обмотал копыта Барда тряпками, чтобы не оставлять узнаваемых следов, вскочил в седло, отъехал полкварда и, спустившись к реке, привязал лошадей в зарослях посконника и чернотала. Набросил на них ещё одну тавру, погрузившую их в сон. Спрятал сумки и, прихватив кинжал и шемшир, пробрался по склону вверх. У самой дороги затаился в кустах бузины и, как оказалось, вовремя.

Мимо него спешно проскакали трое. И одного взгляда было достаточно, чтобы понять — псы. А точнее — Сумрачные псы. Те самые, с которыми Кэтриона сражалась на постоялом дворе, когда он так вовремя подоспел с подмогой.

Ему бы радоваться, как всё удачно сложилось. К нему вернулся Бард, печать и книга, а с Кэтрионой уж эти псы разберутся и без него. Можно выбираться и ехать в Рокну. И любой на его месте так бы и поступил...

— Нет, Кэти, даже не надейся, — пробормотал он, разглядывая сквозь ветви опустевшую дорогу.

Недалеко от этого места она спасла ему жизнь, спрятала за камни и отстреливалась из арбалета. Рану его лечила. Понятно, конечно, зачем он ей нужен был живым, но...

...но мысль о том, что она где-то там, в руках псов или, может быть, уже мертва, эта мысль была просто невыносимой.

Нет! Он не отдаст её псам, и пусть она даже не надеется отделаться от него так легко!

Он вышел на дорогу, лег на траву и приложил ухо к земле.

Всадники уже далеко. В поисках Барда они, скорее всего, доедут до постоялого двора, прежде чем поймут, что конь где-то свернул с дороги. И Рикард, не мешкая, отправился в путь в сторону Таршана.

Запах крови он учуял ещё издали.

Отвел лошадей, снова спрятал в кустах и прокрался осторожно меж камней. Дорога уходила налево в долину, обсаженная стройными пиками кипарисов, солнце ещё не село, и его косые лучи отбрасывали от них длинные и острые, словно кинжалы, тени. Река, перерезая дорогу, поворачивала направо, и там, у развилки, не доезжая широкого каменного моста, Рикард увидел следы стычки. Вытоптанная трава, кусты, изломанные в схватке, многочисленные следы копыт и кровь...

Никого уже не было. Он выбрался из укрытия и осмотрелся.

Трупы они столкнули с обрыва. Внизу у берега заросли густого тальника, с дороги никто не увидит, а вода и звери быстро сделают свое дело.

Рикард спускался вниз, чувствуя, как бешено колотится сердце, скользил по глине и едва не сорвался, так хотел поскорее увидеть.

Четверо мужчин в ничем не примечательной одежде, похоже, это и был отряд, с которым уехала Кэтриона. И ещё один труп принадлежал псу. Видимо, очень они торопились, раз бросили его здесь, не похоронили и с собой не забрали.

— Псы всегда остаются псами, — произнес Рикард негромко, разглядывая изувеченные саблями тела, выбрался из оврага и, вскочив на Барда, двинулся по следам.

Среди погибших Кэтрионы не было.

Эта мысль согрела, заставила, наконец, выдохнуть и унять сумасшедшее сердцебиение. Впрочем, в том, что они захотят взять её живой, он и не сомневался. Вот только она могла этого не захотеть.

Она ведь такая безрассудная!

Но, похоже, что в этот раз взять её живой им все-таки удалось. Хотя это вряд ли продлится долго, а значит, ему нужно торопиться.

Уже смеркалось, но Рикард прекрасно видел в темноте. И это даже лучше — ночь их остановит.

— Эх, Кэти, Кэти! Ну, какая же ты дура! — произнес он вслух, разглядывая следы сумеречным зрением. — Но я всё равно тебя найду, и тебе придется отвечать. И попробуй соврать мне ещё хоть раз! Обещаю, что тогда я сам тебя убью!

Карета мерно покачивалась, иногда спотыкаясь на кочках или камнях. И когда в очередной раз колесо попало на камень — Кэтриона очнулась.

Где она?

Темно. Зажмурилась, и снова открыла глаза. Всё равно темно. Похоже, что ночь.

Руки и ноги связаны, она полулежала на сиденье, на окне шторка мельтешила от ухабистой дороги, но за ней тоже темно, лишь в небе были видны яркие звёзды.

И правда ночь.

Выглянуть бы в окно, посмотреть, где она, куда её везут, но в теле была такая дикая слабость, что сил едва хватило, чтобы передвинуться на другой бок.

Что с ней?

Ах, да! Колдун.

На постоялом дворе, том, в котором они останавливались по дороге в Лааре, её ждали люди Ребекки с письмом. Одного из них она узнала — Патрик, её помощник, который всегда путешествовал с ней, и ещё трое соколов Ордена. Патрик вручил ей письмо, где изящным бисерным почерком сообщалось, что Ребекка ждет её в Таршане во дворце эфе Карригана и посылает ей навстречу эскорт, поскольку узнала, что вместе с ней в Лааре уехал королевский шпион. Просила поторопиться и быть очень осторожной.

Такой шаг со стороны Ребекки говорил о том, что всё очень серьезно и Кэтрионе действительно стоит опасаться за свою жизнь. Впрочем, теперь она знала это и без всякого письма. Что же, эскорт — это очень даже неплохо, она буквально валилась из седла от этой трехдневной безумной скачки. А во дворце Карригана можно будет помыться, поспать, поесть, и это было почти счастье.