Альтер Эго (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 57

***

— Магнус?

Ребекка вошла без стука, для приличия слегка царапнув ногтями дверь.

Магнус сидел за столом, читал утреннюю почту. Глубокие складки залегли поперек лба, и от этого шрам на щеке заставлял глаз щуриться ещё сильнее. Он поднял взгляд на Ребекку и кивнул, приглашая. Она прошла, села в кресло, стоявшее в нише у окна, аккуратно расправила ткань голубой туники, отбросила волосы и спросила, как ни в чем не бывало:

— Нет ли новостей от твоей подопечной?

— Ты имеешь в виду Кэтриону? — Магнус отложил письмо в сторону.

— Ты прекрасно знаешь, кого я имею в виду. Иногда мне кажется, что ты слишком привязан к ней, поэтому всякий раз хочешь, чтобы я называла её по имени. Ты играешь с огнем, Магнус, не стоит так её опекать.

— Если мне понадобятся утренние проповеди, я позову нашего духовника, а пока избавь меня от этого, Ребекка, — Магнус переплел пальцы и положил руки поверх письма. — Ты пришла узнать новости о печати?

— Было бы неплохо, если бы эти новости были.

— В последнем письме Кэтриона написала, что напала на след, который ведет в Таршан. Странно, правда? Что ты об этом думаешь?

— Таршан? Очень интересно! — Ребекка подняла взгляд к потолку и стала перебирать левой рукой опаловые чётки. — А я-то всё думала, с чего это наш друг Эмунт, любитель послеобеденного сна и неспешной неги, вдруг так внезапно сорвался и помчался в Лисс? А вчера вот Рошер собрался туда же, как ужаленный... Или твоя подопечная сообщает всем, кроме меня, куда она поехала?

Магнус посмотрел на Ребекку с прищуром. Она раздосадована тем, что столь значимые новости прошли мимо неё, но... она права. Кэтриона не писала больше никому. А значит... у Эмунта с Рошером свои источники информации. Ну, Рошер-то понятно — Лисс его вотчина, а вот Эмунт?.. И откуда он первым узнал об этом?

— Не думаю, что Кэтриона стала бы сообщать об этом Эмунту, они не особо дружны...

— И Байса лютует в Рокне, — рассуждала Ребекка, разглядывая картину за спиной Магнуса, — трясет сдуру все притоны, и за последние дни поймал колдунов больше, чем за последние пять лет. Даже Ксайр, вместо того, чтобы, как обычно, надираться вином, решил в кои-то веки объехать западные окраины. Откуда только прыть взялась у старого пьяницы. Все вмиг разлетелись из Ирдиона, как летучие мыши, которым в гнездо сунули факел...

Ребекка забросила ногу на ногу и принялась покачивать на носке шелковую туфлю, переведя на старшего аладира пронизывающий взгляд льдисто-голубых глаз.

— ...и только ты, Магнус спокоен, как каменный Бог. С чего бы это? Ты знаешь что-то ещё?

Ребекку не проведешь. Магнус, и правда, знает. Про Чёрную Падь, про женщину в голубом платье. Про то, что там была печать, и эта женщина открывала Врата. Про погибший прайд вед и про то, что Зверь и печать связаны друг с другом. И даже о том, что дочь генерала Альбы — веда, единственная выжившая из того прайда.

Последнее письмо из Лисса пришло сегодня утром. И новости эти были очень странными.

До этого Кэтриона писала, что след ведет в Таршан. А вот теперь оказалось, что мимо Таршана след идет ещё дальше, в Лааре. Вот куда направилась Кэтриона, и Эмунт пообещал ей помочь туда попасть. Только это настораживало — с чего бы Эмунту вдруг так ей помогать? Как он вообще оказался в Лиссе? Обычно он ездил в Зафарин более южной дорогой. Но Ребекке знать всего этого пока не нужно.

— А что ты можешь сказать о Таршане? — Магнус положил подбородок на сплетенные пальцы.

— О Таршане? — Ребекка задумчиво посмотрела окно. — Прайд Туров... Грейт Карриган довольно мил и щедр, весьма богат и богатеет с каждым днем, причем не без помощи королевы. Как ты, наверное, знаешь, за последние годы почти вся торговля с Ашуманом перекочевала в его руки в виде патентов, и все порты Побережья открыты для их грузов. А почему ты спрашиваешь? Думаешь, это Туры взяли печать? Но зачем она им? Хотя...

— Хотя?

— Нет, просто так, подумалось. Глупость, — улыбнулась Ребекка мило. — Так что, больше никаких новостей?

— Пока никаких.

— А поиски убийцы?

— Пока тишина.

— Я поеду в Иртан завтра. Если вдруг что-то будет нужно, ты же знаешь, — она многозначительно склонила голову, — я всегда готова помочь.

— Хорошо, Ребекка, я буду иметь в виду.

— И, если бы ты держал меня в курсе событий, я была очень признательна.

— Как только события будут столь значительны, чтобы отвлекать тебя от более важных дипломатических дел, я сразу же сообщу, — Магнус развел ладони в стороны и снова сплел пальцы.

Визит окончен.

Они смотрели друг на друга несколько мгновений, а затем Ребекка встала и удалилась царственной походкой, произнеся в дверях:

— Удачи в поисках, Магнус.

— И тебе, Ребекка, удачной поездки.

Она спустилась неторопливо, прошла по галерее, вышла на большой открытый балкон и постояла там, глядя на тонущий в дымке Птичий остров. А затем, вернувшись в свои покои, крикнула помощницу.

— Адела? Собирай вещи и вели заложить карету к утру. На рассвете мы выезжаем.

— В Иртан?

— Нет, — она бросила чётки на столик, — мы поедем в другое место.

***

Горный дом был большим длинным срубом, прислонившимся одной стеной к отвесной скале. В путешествиях между Таршаном и Лааре айяарры всегда останавливались здесь на ночлег. Хозяин дома пас в горах скот, готовил сено для лошадей и дрова, и в доме было тепло и сухо. И даже комнату Кэтрионе в этот раз ни с кем делить не пришлось — комнат в доме было предостаточно.

Как сказал Нэйдар, если повезет, завтра к вечеру они будут уже в Лааре. Жаль только искупаться было негде, разве что в ручье за домом, но вода в нем была такой холодной, что даже зубы свело, и Кэтриона только умылась, решив отложить купание до лучших времен.

Её комната была на втором этаже дома в мансарде с небольшим окном, выходящим в долину. Она шла по лестнице, растирая руками лицо, замерзшее от воды в ручье, когда из тени справа раздалось:

— Спокойной ночи, Кэтриона, — фигура Рикарда перегородила лестницу, появившись из глубины проёма.

Она даже вздрогнула от неожиданности.

— Рикард! Какого... ты прячешься в темноте и пугаешь меня?

— Я просто хотел пожелать тебе сладких снов и спросить, не нужно ли миледи охранять сегодня ночью? — голос его звучал насмешливо, но лица в сумраке было не разглядеть.

— А ты думаешь, псы могут добраться сюда? — спросила она тихо, оглядываясь на айяарров, мирно беседующих за столом у камина внизу.

— Не думаю. По дороге мы встретили лаарский патруль и несколько сторожевых драйгов — сюда псы уже не проедут, но мало ли, может ты уже привыкла засыпать под моей охраной?

И Кэтриона сделала шаг назад, на ступеньку ниже. Его голос и то, как он сказал всё это... сердце сделало предательский скачок и сладко замерло.

Нет! Нет Кэтриона, даже не думай! Держись от него подальше...

Эта игра становится слишком опасной.

— А может это милорд после недавних сновидений боится спать один? Или ему просто захотелось пообниматься? — сказала она насмешливо, стараясь задеть его, оттолкнуть.

Получилось.

Он ответил не сразу. Отодвинулся в сторону, пропуская её, и произнес тихо:

— Если что — моя комната через стену.

Она ушла, но подумала, что зря она так сказала. Она не хотела делать ему больно, но... так будет лучше.

Этой ночью шкатулка снова откликнулась...

— Простите, милорд, но я не могу принять ваше предложение, и вы ошиблись, моя дочь ничего такого не умеет! — мать девочки стоит, обхватив себя руками, и голос её глухой.

— Послушайте, я не ошибся, я сам всё видел, и я понимаю ваши опасения. Но поверьте, я никому, никому не расскажу — вам нечего бояться. Вы в безопасности. Я дам вам дом и денег, вы будете жить в достатке.

— Милорд, простите, я же сказала, вы ошиблись!

Девочка смотрит сквозь щель в двери.

Ну почему, почему мама не соглашается?