Война академий. Приручить ведьму Хаоса (СИ) - Терешкова Анна - Страница 60

Король оценивающе всматривался в мое лицо, мне не понравилось, когда в его взгляде проскользнуло недоверие. И гораздо сильнее удивила нерешительность, словно он хотел верить, но по какой-то причине опасался.

— Говори, — после недолгого молчания, коротко приказал он.

Я кивнула, направившись к столу, куда бросила кристаллы памяти.

— Эти записи неверны, — заявила, вытащив один из камней.

— Им больше тысячи лет, и сделаны они были спустя двадцать лет после инцидента, — со знанием дела ответил Латьен. — Мы пытаемся найти что-то еще в архивах дворца, но за столетия их накопилась огромная демонова куча.

Мое начало, видимо, его не впечатлило.

— Вот именно. Эти писари криворукие даже имя жены короля Равиля не смогли правильно записать, — возмутилась я, решив, что маленький нюанс связи между Лариен и Арэйдом утаю от Латьена. — Ведьму Хаоса зовут не Ариен, а Лариен.

— Ее имя сути дела не меняет, — уперся рогами раздражающий брюнет.

— Разве вы не поняли? Король Равиль не убивал в гневе возлюбленного Лариен, потому что его не было. Лариен любила только короля, — попыталась я втолковать Латьену. — Вы же видели ее воспоминания.

— Я лишь видел обрывки непонятных моментов чужой жизни.

Старательно сдерживаясь чтобы не зарычать, глубоко вздохнула и продолжила:

— Когда я встретила Лариен впервые, она сказала убить ведьму Хаоса по имени Альтрэда. Душа Лариен заточена этой ведьмой на границе миров. А перед тем как Аладэль вытащил меня из границы, она сказала, что эта ведьма прячется в мертвом лесу лабиринтов.

— В мертвом лесу лабиринтов? — удивленно переспросил он.

— Что если ведьма Хаоса, устроившая вам ловушку, и есть Альтрэда? Та женщина из воспоминаний Лариен, она стояла за ней словно тень, пожирающая ее жизнь… я уверена, это один и тот же человек.

— Я все еще не вижу связи.

— Лариен сказала, что не проклинала королевский род, и после увиденного я верю ей. Я думаю, именно Альтрэда была той, кто проклял род Истэл Роуш, думаю, это она убила Лариен, тем самым убив короля Равиля.

— Предположим, твои слова верны, — задумчиво начал Латьен. — Но зачем Альтрэде проклинать их?

— Лариен хотела, чтобы я поняла, насколько черно может стать разбитое сердце, поглощенное ненавистью и страхом Бездны. Увидела, в какого беспощадного монстра превращается тот, чей разум погружается в самые глубины мрака и отчаяния, — повторила я слова, сказанные душой ведьмы. — Основываясь на том, что увидела в ее воспоминаниях, можно сделать вывод — Альтрэда была той, кто любил короля Равиля. Именно поэтому она не отпускает душу Лариен, чтобы она не смогла воссоединиться с ним.

— Говоришь, любила, — помрачнел Латьен. — Тогда зачем было проклинать и убивать Лариен, зная, что тем самым она лишит жизни и Равиля?

— Иногда в гневе можно совершить необдуманный поступок, не имея возможности потом исправить его, — с горечью в голосе объяснила я.

— Не имея возможности исправить, — как-то совсем мрачно повторил Латьен, направившись к стопке бумаг, лежащих на столе. — Лариен рассказала, где найти Альтрэду?

— Она сказала искать не ведьму, а ее сердце, — понимая, как абсурдно это звучит, ответила я.

— Сердце? — удивление Латьена было понятным.

— По ее словам Альтрэда вырезала собственное сердце и спрятала его в мертвом лесу лабиринтов. Ее тело нельзя убить, не пронзив сердце.

— Ритуал Альвьерон?!

Я даже вздрогнула, ощутив, как ярость короля вырвалась с потоком магической воздушной волны, разбросавшей все документы по кабинету.

— Н-никогда не слышала о таком, — запнулась я.

— Потому что этот ритуал под строжайшим запретом богов! — процедил сквозь сжатые зубы он. — Если Альтрэда действительно исполнила ритуал Альвьерон, тогда это объясняет, почему она до сих пор жива, хотя живой ее вряд ли можно назвать, — скривился некромант.

— Положить конец проклятию можно, убив того, кто его наложил!

— Верно, — ухмылка Латьена была отнюдь не доброй, а в синих глазах мелькнуло предвкушение.

Он явно понял и знает гораздо больше моего. Это подтвердилось, когда король произнес злобное:

— Она собирается воскресить Равиля.

— Воскресить? — опешила я.

А я-то думала, мои слова о сердце Альтрэды прозвучали как бред сумасшедшего, но Латьен меня переплюнул.

— Для этого она провела ритуал Альвьерон, чтобы продолжать жизнь, собирая силу для его воскрешения, — объяснил Латьен, безжалостно скомкав лист бумаги, в который до этого вчитывался.

— Но это невозможно, — неуверенно, да и с большим трудом выговорила я.

— Возможно, — ядовито выплюнул король. — Если у нее есть тело и чистая душа, которой можно заменить его душу.

— Душа Лариен, — сипло выдавила я, понимая, что предположения мои были неправильные.

Альтрэда держит душу Лариен не для того, чтобы помешать ей воссоединиться с Равилем — она хочет обменять ее душу на его!

— Верно, — подтвердил мои мысли Латьен.

— Но тело… — я осеклась, вспомнив отчет из записей.

— Тело Равиля исчезло после убийства, — продолжил он за меня. — А ее подосланные тролли выкрали нектар Ашарона.

— Разве пустынные цветы Бездны не исчезли?

Пора бы мне перестать удивляться всему, что он говорит.

— Этот был последним, — устало вздохнул Латьен, потирая разболевшиеся виски. — Много же ей потребовалось времени, чтобы найти его.

— И вы хранили такую вещь в академии?

— Он много где хранился, Найриш. Каждое десятилетие его перевозили и прятали. В тот день магистр Савьен прибыл не только обсудить дела с ректором, но и забрать нектар Ашарона, хранившийся в академии больше десять лет, — суровость тона отражалась в каждом слове некроманта.

А у меня душа ушла в пятки, стоило осознать, кто виновен в проникновении троллей в академию. Твою ж мать. Чтоб мне на месте провалиться.

— Но как духи могли выкрасть нектар? — недоумевала я.

— Его выкрали не духи, там находились следы пожирателей и вели они в мертвый лес лабиринтов. Тролли никуда не исчезли, они были уничтожены. Когда душа саморазрушается, она производит невероятный выброс ауры, этот выброс способен сломить любую защиту, особенно если учитывать, сколько духов было в кабинете Мирэма. Демонам лишь оставалось пойти по следу и забрать нектар, — объяснил Латьен.

— Но Айка и Харп говорили, что следы троллей вели…

— Я приказал так сказать, — непроницаемый голос некроманта не смог скрыть виноватого выражения на его лице, а я на секунду потеряла дар речи.

— Потому что подозревали меня, — криво усмехнувшись, сообразила я. — В голове не укладывается, вы действительно меня подозревали! — обвинительно воскликнула я. Латьен промолчал. — Кажется, я угодила в историю гораздо опаснее, чем думала.

— Поэтому я просил тебя быть осторожной! — рявкнул он.

От рыка некроманта я на месте подпрыгнула, но стоило ощутить неподдельное беспокойство, как меня самую малость попинала совесть. Если припомнить, когда Аладэль вытаскивал меня с границы Бездны, я ощутила страх Латьена. И боялся он за меня не потому, что наши жизни связаны, он переживал за меня.

— Простите, — виновато пробормотала я.

— Мы все еще не знаем точной картины, — облокотившись о стол, раздраженно вернулся к обсуждению проблемы брюнет.

— Нужно выяснить, как много ей удалось собрать для воскрешения короля Равиля, — предложила я.

— Нам не найти ее в мертвом лесу лабиринтов. Это гиблое место, слишком огромное и запутанное, к тому же набито ловушками.

— Если хотим разрушить проклятие, нужно найти ее сердце, — в изнеможении выдохнула я.

Моя голова жутко раскалывалась, ожог на груди с каждой минутой все сильнее доставлял болезненные ощущения.

— Стража! — бросил Латьен в сторону двери.

— Ваше величество? — вопросил один из появившихся солдат на пороге.

Прямо-таки мгновенное реагирование. Еще трое стояли позади в ожидании.

— Немедленно приведите ко мне первого и второго лордов! — отдал распоряжение король.