Чайная под солнцем Тосканы - Джеймс Дейзи - Страница 3

Тилли взяла Холли под руку и с удивлением заметила, что та дрожит. С открытым ртом Холли неверяще смотрела на то место, где еще недавно располагался ее мятно-зеленый домик. На бирюзовых волнах равнодушно качались блестящие яхты, не обращая внимания на происшествие.

– Холли, ты в порядке?

– Я… Тилли, что, если бы Ариэль была здесь? Она… она бы…

Холли опустилась на корточки и обняла спаниеля, плача в золотистый мех, пока собака пыталась слизать с ее лица солоноватые слезы.

– Пожар случился ночью, Холли, ты никого из пушистиков не оставляешь в домике на ночь.

– Да, но…

К счастью, подошла Бекки с четырьмя кружками чая на подносе. Дымящийся напиток был такой густой, что ложка в нем стояла, не падая. Фрея, Холли и Хлоя взяли по кружке, благодарно вздохнув после первых глотков сладкой жидкости. Тилли же вежливо отказалась, на что Фрея закатила глаза.

– Соболезную насчет домиков, – сказала Бекки, проводя пальцами по коротким рыжим волосам. Три полоски сажи с пальцев остались на щеке, напоминая макияж старых рокеров. – Ужасно, просто ужасно.

– А что с бистро? – спросила Холли, успокоенная горячим чаем. – Много ущерба?

– Огонь ничего не повредил, это хорошо, но дым успел натворить дел. Все запасы продуктов к черту, а на вещах такой слой сажи, что все придется или тщательно чистить, или выкинуть и заменить, прежде чем я смогу снова открыться для посетителей – а это невозможно, пока непонятно, что со страховкой.

– В смысле? – переспросила Тилли, чувствуя, что в голове вдруг прояснилось. – Какие могут быть проблемы со страховкой? Это был несчастный случай, карусели уже лет семьдесят, полиция определила причину возгорания.

– Нет-нет, с нашими страховками все в порядке, по крайней мере насчет оборудования можешь не беспокоиться; по договору аренды каждый должен был застраховать свой бизнес по плану, подходящему к виду деятельности. Но сами строения…

Бекки замолчала, и Тилли с удивлением заметила, что та покраснела.

– Ну?

– В общем, домики были застрахованы Декстером Хокинсом.

– И?

– Полиция и его друзья два часа пытались до него дозвониться, но напрасно. Вы же знаете, что он в походе, поэтому, вероятно, с ним еще некоторое время никто не сможет связаться и попросить начать переговоры со страховщиками.

Бекки смутилась под их серьезными взглядами: она понимала, что, в отличие от остальных, ее бистро было в порядке, и после клининга, дезинфекции и получения страховки она вновь сможет подавать блюда разборчивым едокам залива Блоссомвуд.

Тилли взглянула на своих подруг. Все они были так же поражены, как и она.

– То есть мы не можем даже начать строительство новой набережной и домиков, пока страховая компания Декстера не даст отмашку? Да до него неделями не дозвонишься, учитывая, что он не хочет, чтобы ему звонили, и будет всячески избегать контактов с внешним миром, пока ему это удобно. У него даже мобильного телефона при себе нет!

Тилли опустилась на одну из чудом уцелевших скамеек у бистро и закрыла лицо руками, стараясь не поддаваться наступающим волнам паники. Вдруг ей пришла в голову еще более пугающая мысль:

– Боже, а если у него вообще не было страховки?

– Наверняка была, – сказала присевшая рядом Фрея, гладя Тилли по руке.

– Почему ты так уверена?

Все повернулись на голос: подошла Сьюзи Сэндрингхэм, их подруга, тоже снимавшая студию на пляже, ее почти белые волосы с розовыми прядями выглядели еще более взъерошенными, чем обычно. Она, кажется, забыла переодеться и все еще была в пижаме: желтых, как подсолнух, штанах и бирюзовой майке. Однако она нашла время подобрать аксессуары к одежде: объемное аквамариновое ожерелье, такой же браслет и невероятно красивые кольца на каждом пальце – все блестело в лучах восходящего солнца.

– Ты о чем, Сьюзи?

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, но Декстер Хокинс не особо интересуется этим местом, залив для него – просто гараж для яхты, когда он не катается на ней по Карибам, устраивая вечеринки. Он когда-нибудь заходил в ваши студии или в твое бистро, Бекки, хотя бы один раз?

Все покачали головой.

– Так и думала. Набережная залива Блоссомвуд не проект поддержки местной экономики и ручного труда, что бы там ни писали в пресс-релизах. По мне, так это удобный налоговый вычет.

Тилли посочувствовала Сьюзи – она с тревогой отметила, что та стояла босиком, хотя это с ней случалось частенько. Но сейчас ее пессимизм был признаком горя и опустошения. Они все потеряли средства к существованию, кроме Бекки, но Сьюзи занималась дизайном и изготовлением ювелирных украшений, а значит, хранила в студии драгоценные металлы и камни. Она потеряла в десять, если не в двадцать раз больше, чем Тилли.

Однако Декстер не был виноват в пожаре и имел полное право отдохнуть от своего плотного графика. Может, Сьюзи и была права, назвав залив Блоссомвуд налоговым вычетом, изобретением бухгалтеров Декстера, но в то же время арендная плата здесь была минимальная, даже щедрая. Тилли заметила, что Холли побледнела от волнения, размышляя над словами Сьюзи, и уже собиралась сменить тему разговора на более приятную, но Бекки ее опередила.

– Смотрите! Тетя Кэт принесла сэндвичи с беконом. Пойдемте возьмем по одному. День предстоит долгий и тяжелый, нам понадобится энергия.

Бекки собрала кружки и вместе с Холли, Хлоей и Сьюзи отправилась к месту, куда ее тетя подъехала на синеньком «Вольво-Эстейт». Голодные пожарные уже окружили машину, надеясь попробовать булочки с беконом и горячий суп, который тетя Кэт разливала из промышленного термоса.

– Ты идешь, Тилли? – Фрея спросила, подняв бровь.

– Я вас догоню. Сначала позвоню Джошу.

– Окей, я тебе оставлю один сэндвич.

– Спасибо, Фрея.

Тилли набрала его номер, но звонок сразу ушел на автоответчик. Странно, обычно Джош выключает телефон только в полете. Она посмотрела на часы и посчитала, что на Бали сейчас около четырех часов дня. Она позвонила снова и оставила сообщение, где в нескольких словах описала ситуацию и попросила перезвонить, как он освободится.

Ей нравилось работать стюардессой. Восемь лет она работала в известной авиакомпании, летала по всему земному шару, фотографировала захватывающие ландшафты, узнавала много нового о разных культурах, пробовала их еду, наслаждалась яркой ночной жизнью. Все шло просто чудесно, а после знакомства с Джошем на пересадке в Барбадосе стало еще лучше. Они сразу же нашли общий язык за бокалом май-тай и следующие два года подгоняли свои расписания друг под друга, чтобы проводить долгие выходные вместе – в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Гонконге, Сингапуре и других городах.

Джош Кларк в накрахмаленной форме был очень харизматичен и невероятно красив – Тилли невольно улыбнулась, несмотря на разрушительные события этого утра. Она задумалась, не собрать ли вещи и не уехать в Лондон, чтобы встретить его после Бали в их квартирке в районе Пимлико. Она часто по нему скучала, с тех пор как перестала летать в прошлом году. На самом деле в последние шесть месяцев они почти не виделись, расходились, как корабли в ночи, – из‑за его графика и ее работы в галерее.

Тилли никому в этом не призналась бы, но после того, как ее родители погибли из‑за несчастного случая, ей стало все труднее заходить в салон самолета. Она не боялась летать, нет, но полеты потеряли свое очарование и привлекательность. Джош пытался уговорить ее не увольняться, но вскоре устал, а затем затянувшийся траур стал его бесить. Когда ее сестра, Оливия, улетела со своим мужем Энцо, чтобы начать новую жизнь в Италии, Джош предложил Тилли тоже уехать из Лондона, пожить в их квартирке в Девоне, где она быстро пустила корни.

Она попыталась снова дозвониться до Джоша, оставила еще одно сообщение на автоответчике, затем СМС. Заправив прядку пропахших дымом волос за ухо, она направилась к парковке за сэндвичем с беконом и – если повезет – чашечкой кофе, но тут к ней подошли Фрея с лицом белее мела и дрожащая Холли.