Догоняя прошлое (СИ) - Соболь Елена - Страница 26

Мальчишки переглянулись и одновременно закричали:

— Ура!

— Здорово! — подхватила Алиса. — У нас будет большой дом для всей семьи!

Костя обнял меня за плечи:

— Думаю, это только начало. Впереди у нас много работы, но главное — мы теперь вместе. И будем строить нашу семью шаг за шагом.

Дети радостно захлопали в ладоши. Я посмотрела на них, счастливые, оживлённые, и почувствовала, как в душе разливается тепло.

Следующие дни были наполнены счастьем. Костя уделял максимальное внимание детям, старался узнать их получше: по утрам играл с ними в футбол, вечерами учил Лёшку чинить велосипед, а с Пашкой обсуждал книги, которые тот читал. Связь между отцом и сыновьями крепла с каждым днём, их смех всё чаще звучал в доме, а взгляды становились всё теплее.

Мы все вместе готовились к празднованию дня рождения Алисы. Костя собственноручно мастерил гирлянды, Пашка с Лёшкой придумывали конкурсы, а я помогала Алисе составлять список гостей. Девочка расцветала на глазах — её смех звенел, как колокольчик, а глаза сияли счастьем.

Утро дня рождения выдалось солнечным и тёплым. Мы все были у Кости дома. Я помогала Алисе собираться на праздник: накрутила локоны, завязала в волосах большой розовый бант. Малышка была чудо как хороша в своём розовом платье, точь-в-точь Алиса в Стране чудес. Она крутилась перед зеркалом, то и дело поправляя бант, а её глаза искрились от счастья.

Ещё ночью мы с Костей украсили её спальню нежно-розовыми и белыми шарами, теперь комната напоминала зефирную сказку. Я уже подарила свой подарок — набор детской косметики, и теперь Алиска красила губы новым цветом каждые пять минут, восторженно ахая перед зеркалом.

— Мам, вы там скоро? — крикнул Пашка, забегая в детскую к нам. Его щёки раскраснелись от нетерпения.

— Скоро начнут без именинницы гулять… Колька Тимофеев весь торт съест!

Колька был одноклассником Алисы, тот самый задира, который ещё недавно дразнил её за стеснительность. Но теперь про Алису нельзя было сказать, что она не любит бегать или стесняется: у неё появилась большая поддержка в виде братьев. На следующий же день после того, как дети узнали, что Костя — их отец, они всем рассказали, что они одна семья, и кто заденет Алиску, будет иметь дело с ними.

Алиса и сама была очень доброй, интересной девочкой. Как только растеряла смущение, у неё сразу появились друзья. Пашка с Лёшкой иногда по-доброму бранили её, что она забывает про них, увлекаясь новыми знакомствами.

— Всё, бежим, бежим! — я на ходу пригладила волосы Пашке, стараясь унять собственное волнение.

— А где Алиса с отцом?

— Они ждут внизу, — отозвался Лёшка, уже стоя у двери.

Как только мы спустились, входная дверь открылась, и на пороге появилась бывшая жена Кости — Анджела. Её силуэт чётко вырисовывался в потоке солнечного света, а на губах играла улыбка, которую я сразу узнала, красивая, но холодная.

— Доченька, иди ко мне! — её голос прозвучал слишком громко, слишком радостно.

— Мамочка по тебе соскучилась!

Алиса замерла на нижней ступеньке, её рука судорожно сжала мою ладонь. В глазах девочки отразилась целая буря эмоций: радость, растерянность, страх… Она медленно подняла взгляд на женщину, которая когда-то была её матерью, и тихо прошептала:

— Мама?..

Алиса замерла на ступеньке, её пальцы судорожно сжали мою руку. В глазах девочки читалась растерянность — она явно не знала, как реагировать на внезапное появление матери. Воздух будто сгустился, наполнившись напряжением, которое, казалось, можно было потрогать руками.

— Мам… — тихо прошептала она, переводя взгляд с Анджелы на Костю и обратно.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось от тревоги. Глубоко вдохнув, постаралась взять себя в руки и мягко погладила Алису по плечу, стараясь передать ей хоть каплю своего спокойствия.

— Всё хорошо, солнышко, — произнесла я как можно мягче.

— Иди к маме, если хочешь.

Анджела сделала шаг вперёд, раскинув руки для объятий. Её улыбка казалась натянутой, словно маска, а в глазах читалось что-то неуловимое, то ли искренняя радость, то ли холодный расчёт. Но в этот момент она выглядела почти красивой: высокая, стройная, с безупречной причёской и в элегантном платье.

— Доченька, иди ко мне! — повторила она, и в её голосе прозвучала непривычная для меня теплота.

— Какая же ты красавица! Настоящее чудо в этом розовом платье…

Алиса нерешительно спустилась с лестницы, её маленькие туфельки тихо стучали по деревянным ступеням. Пашка и Лёшка, стоявшие рядом со мной, переглянулись. Пашка нахмурился, сдвинув брови, а Лёшка тихонько прошептал, едва шевеля губами:

— Мам, а она что, заберёт Алиску?

— Тише, — я приложила палец к губам, бросив на мальчиков ободряющий взгляд.

— Давайте посмотрим, что будет дальше.

Алиса подошла к матери. Та опустилась на корточки, обхватила дочь руками и крепко прижала к себе. Движение вышло порывистым, почти отчаянным.

— Моя маленькая принцесса… Как же я соскучилась! — Анджела поцеловала девочку в макушку, потом отстранилась, чтобы получше её разглядеть.

— Ты так выросла! И такая самостоятельная стала…

Костя стоял чуть в стороне, сцепив руки за спиной. Его лицо было непроницаемым, но я заметила, как подрагивают пальцы — он явно нервничал. В этот момент он выглядел старше своих лет, будто груз ответственности придавил его плечи.

— Анджела, — наконец произнёс он сдержанно, — ты могла бы предупредить о своём приезде. Сегодня день рождения Алисы, и мы…

— О, Костя, не будь таким серьёзным! — перебила его Анджела, поднимаясь на ноги и небрежно поправляя платье.

— Я же не враг, в конце концов. Просто мама, которая соскучилась по дочери. И, кстати, — она окинула взглядом собравшихся, — вижу, вы тут неплохо устроились.

Пашка не выдержал. Его голос прозвучал резко, по-взрослому твёрдо:

— Мы не «устроились», мы семья! И Алиска — наша сестра. Мы её защищаем!

Лёшка поддержал брата, хоть и менее уверенно:

— Да! И мы её никуда не отдадим.

Алиса, всё ещё державшаяся за руку матери, вдруг повернулась к мальчикам. В её глазах мелькнуло что‑то взрослое, мудрое не по годам.

— Паш, Лёх, ну что вы… — мягко сказала она. — Мама же просто приехала на мой день рождения! — Она посмотрела на Анджелу, и в этом взгляде было столько детской веры и надежды. — А так у неё своя семья в Италии.

Анджела замялась. Я уловила в её взгляде тень сомнения, будто она на мгновение растеряла свою браваду.

— Конечно, милая, — сказала она наконец, и голос её прозвучал чуть тише, искреннее.

— Я вернулась навсегда! Всё будет как прежде, правда, доченька? Ты ведь этого хочешь?

Костя сделал шаг вперёд, его взгляд стал жёстче:

— Анджела, может, поговорим? Наедине?

Она кивнула, на мгновение опустив глаза.

— Дети, давайте спустимся к машине и подождём папу на детской площадке, — предложила я, пытаясь придать своему голосу лёгкость.

Я всё ещё была в растерянности, но старалась не показывать этого. Как она могла вернуться? Что значит «как раньше»?

Дети, хоть и неохотно, отошли в сторону. Я хотела последовать за ними, но Костя бросил мне короткий взгляд — «останься».

— Пашка, Лёха, будьте на детской площадке, вы за главных. Десять минут — и мы поедем, — сказал Костя, обращаясь к мальчикам.

— Конечно, пап, — ответил Пашка, расправляя плечи, словно принимая на себя новую роль.

Лёшка внимательно посмотрел в глаза отцу и молча кивнул — в этом жесте было больше понимания, чем в любых словах.

Мы втроём отошли в соседнюю комнату. Анджела села на диван, сложив руки на коленях. Её поза выдавала напряжение — пальцы слегка подрагивали, а спина была неестественно прямой.

— Костя, я понимаю, что моё появление стало сюрпризом, — начала она, избегая смотреть ему в глаза. — Но я правда хочу наладить отношения с дочерью. И… возможно, пересмотреть кое-что ещё.