То-Рек. Шаман (СИ) - "Катэр Вэй" - Страница 31

Эти точно меня не боятся.

Вел, заметив их реакцию, обернулся и посмотрел на взгорок.

Я свистнул.

Он свистнул в ответ и махнул мне рукой.

Люди начали оборачиваться. Они видели, как я спускаюсь к ним, а я внимательно всматривался в их лица. Кто-то отворачивался, кто-то смотрел настороженно, а кто-то явно был мне не рад.

Я не подавал виду, просто запоминал лица.

Каждое.

Потом разберёмся.

Спустившись с возвышенности, вскоре оказался среди людей. Вел уже ждал. Увидев меня, хлопнул по плечу и довольно усмехнулся:

— А я уже думал, ты опять потерялся.

— Это я-то? — хмыкнул в ответ. — Не дождёшься!

— Уже и поволноваться нельзя? — усмехнулся Вел.

— И я тоже рад тебя видеть, — ответил с усмешкой.

Рыжий покосился в мою сторону и оскалился своей фирменной улыбочкой.

Люди постепенно снова двинулись вперёд. Я шёл рядом с Велом и время от времени поглядывал на спасённых. После слов девчонки стал особенно внимательно замечать то, на что раньше не обращал внимания.

Кто-то старался держаться от меня подальше. Кто-то, заметив мой взгляд, тут же отворачивался. Некоторые переговаривались между собой, время от времени бросая в мою сторону короткие взгляды. Те же, кто не понимал нашего языка, похоже, вообще не знали, чего от меня ожидать.

Зато стайка темнокожих подростков держалась совсем иначе. Они постоянно крутились возле меня, Вела, Айлы и Лиора, что-то показывали руками, смеялись и пытались объяснить друг другу самые простые вещи без единого общего слова. Старшие следили за младшими, одёргивали их, если кто-то отходил слишком далеко, делились найденными ягодами и корешками и вообще старались держаться одной группой.

Почему-то они напомнили мне Айлу и её мальчишек. Та же привычка держаться вместе, та же готовность влезть за своего, даже если страшно, и та же удивительная внутренняя уверенность: старшие — это старшие, за ними можно идти.

Похоже, Вел, Айла и Лиор уже стали для этих ребят именно такими. Ко мне же они относились с явным уважением, несмотря на то, что по возрасту я был младше. Они называли меня Тахо, а каждый раз, когда находили что-нибудь съедобное, старались принести часть добычи мне.

— Тахо, ан хо, — произнёс старший из темнокожих парней и с уважительным кивком протянул мне в ладонях горсть ягод.

Я невольно улыбнулся и с благодарностью принял подарок.

Кадо тоже крутился неподалёку, стараясь незаметно держаться поближе к Лиору и Айле, которые шли во главе колонны, или перебегал в хвост, ко мне и Велу. Несколько раз он поглядывал в мою сторону так, будто хотел что-то спросить, но каждый раз не решался подойти. Торопить его не стал и решил, что пусть сам заговорит, когда будет готов.

Когда люди почувствовали запах дыма, ещё даже не увидев самого костра, все заметно оживились. Почти сразу шаги стали быстрее, разговоры стихли, а некоторые и вовсе начали торопиться вперёд, забыв о поисках еды в ближайших кустах и под ногами.

По этой реакции стало понятно: они прекрасно знали, что означает этот дым.

Кан рядом.

Значит, будет еда.

А значит, после долгой дороги можно будет наконец остановиться и отдохнуть.

Вскоре между деревьями показался и сам костёр, а возле него — старый охотник. Он выбрал отличное место для ночёвки: с двух сторон стоянку закрывали высокие стены, рядом журчал ручей с удобным подходом к воде, а ровного места без острых камней, пригодного для сна, хватало с избытком.

Выбирая стоянку, Кан продумал всё до мелочей, и это говорило о его колоссальном опыте.

Завидев нас, он поднялся на ноги, окинул взглядом нашу группу и удивлённо вскинул брови, заметив, что приближаемся мы тоже далеко не с пустыми руками.

Свинью и убитого хищного зверя, похожего на огромную росомаху, несли подвесив на длинных палках. Тащили этот груз старшие подростки и женщины. Двух убитых поросят женщины тащили по одному в руках.

Оставшихся двух живых поросят под бдительным присмотром Вела несли девочки-подростки. Им предусмотрительно связали ноги и завязали пасти, чтобы поросята не верещали и своим визгом не привлекали хищников. После истории с козлятами никто из моих ребят больше не хотел повторения подобного опыта.

Вот только за кем Рыжий следил внимательнее — за добычей или за девчонками, — я так и не понял.

Заметив процессию, Кан перестал заниматься мясом, устремив всё своё внимание на нашу добычу.

Над углями дожаривались последние куски, нанизанные на палочки по типу шашлыка, а рядом, на лопухах, уже лежал готовый ужин для людей.

Вовремя мы пришли, как раз к столу.

Невольно задержал взгляд на останках, аккуратно сложенных кучкой у воды. По шкуре, копытам и разбитому черепу было понятно, что Кан добыл какого-то небольшого травоядного зверя. Мозг он тоже вытащил из черепа и теперь запекал его на плоском камне. Потроха были так же аккуратно разложены на камнях: сердце отдельно, почки отдельно и так далее. Охотник разобрал свою добычу толково и ничего не выбросил зря.

Как ни пытался, распознать добычу Кана не сумел. То ли просто не узнал в этих окровавленных ошмётках знакомое животное, то ли действительно никогда прежде не видел ничего подобного. Не то лань, не то оленёнок, не то косуля — в общем, неважно. Главное, чтобы было вкусно.

Тем временем нашу добычу осторожно сгрузили возле костра.

— Да вы ещё и поохотится успели⁈ — довольно оскалился Кан.

— Ага, — с довольной физиономией кивнул Вел и с нескрываемой гордостью добавил: — На водопое немного поохотились.

В его голосе так и читалось: и мы не лыком шиты, сами можем мясо добыть.

Взгляд Кана остановился на двух оставшихся в живых поросятах. Те лежали связанными и время от времени глухо похрюкивали.

Тут же пришлось предупредить:

— Этих не трогайте. Отнесём домой. Живыми, — на всякий случай добавил, чтобы не возникло лишних идей.

А то ещё свернут им шеи и понесут уже готовую добычу — чтобы не хрюкала.

Кан тут же посерьёзнел.

— В жертву? — спросил он.

— Нет, Кан. Мы будем держать их в специальном месте и кормить. Это запас племени на тот случай, если охота окажется неудачной. Сам потом всё увидишь.

Кан тяжело вздохнул и пробормотал:

— Чувствую, много чего мне предстоит увидеть.

Ты даже не представляешь, насколько ты прав, Кан.

Старый охотник оглядел столпившихся вокруг людей и вдруг зло рявкнул:

— Чего встали⁈ А разделывать их кто за вас будет?

Толпа тут же зашевелилась и разбежалась в разные стороны, словно потревоженные тараканы. Одни потащили туши к воде, другие отправились искать подходящие камни, из которых можно было сделать подобие ножей, третьи принялись собирать дрова.

Работа закипела.

Пока остальные работали, мы с Каном и Велом сидели у огня, а я вполголоса рассказывал им о Ракане и его семействе.

Вскоре к костру начали подносить первые куски свежего мяса. Развели ещё несколько огней, и теперь жарка шла заметно быстрее. Никто не пытался утащить себе кусок раньше времени — видимо, подобный поступок во всех племенах карался очень строго. Голодных маленьких детей предусмотрительно не подпускали слишком близко к еде, а раздачу начали только после того, как всё мясо было готово и разложено отдельными кучками на широких листьях лопуха.

Первый кусок ожидаемо протянули мне.

Следующим, по моему мнению, должен был получить мясо Вел, потому что по значимости в моём племени он занимал второе место после меня.

Ещё совсем недавно первым в нашей двойке был именно Рыжий, но он сам отдал мне право первого, но не как охотнику а как Ха-Руку. Потому что статус великого шамана был выше даже статуса вождя, так что спорить с таким решением я не стал. Я же в свою очередь тоже отдал статус первого Барку, не только как вождю, но и как своему наставнику в шаманском деле.

Кан, конечно, был матерым и опытным охотником, но в нашей небольшой общине он пока оставался новым человеком и не мог знать о том что наши законы сильно отличаются от общепринятых. До его появления Вел был старшим охотником и занимал соответствующее положение в иерархии. Теперь же с появлением Кана он рисковал потерять и этот статус, скатившись ещё на несколько ступеней ниже. Если этому и суждено было произойти, то точно не здесь и не сейчас.