Тайна магического зелья - Булдакова Анастасия - Страница 3

– Ай! Драконий ты язык!

На этот раз створки кухонного окна отворились и в белом проёме показалась бабушка Вербена. Если бы Роса её не знала, то решила бы, что видит настоящую придворную даму. По средам бабушка Вербена носила атласное платье цвета пыльной розы с длинными рукавами и широким поясом, затянутым так туго, что непонятно было, как в нём вообще можно дышать. Но эта среда оказалась особенной, а потому перед внучкой бабушка Вербена появилась ещё и в рубиновой тиаре.

– Сокровище моё, первое впечатление испортить так же легко, как итальянскую меренгу.

– Меня укусила дождевая лягушка! – возмутилась Роса. – Да и вообще, кому какая разница?! Я же Роса Лаур…

– Именно поэтому твоя меренга должна быть самой вкусной. Лаур ты или нет? – Бабушка перегнулась через подоконник и посмотрела на небо. – Идём обедать, пока дверь не исчезла. Солнце смещается, а облака не спрячут нас сегодня под толстым одеялом.

После обеда бабушка Вербена выдала Росе ведро с тряпкой, чтобы протирать полки и мебель от пыли, а сама закатала рукава, подобрала подол и принялась мыть полы. Дом хоть и был огромным, а большинство комнат в нём всё ещё оставались заперты. Роса справилась быстро. Она обошла кухню, ванную, коридор, две спальни и, конечно, саму аптеку. Единственным местом, куда девочка не стала подниматься, был чердак.

– Там же недавно делали уборку, – объяснила она бабушке, и та, поразмыслив, кивнула.

До заката оставалось часа два-три. Роса оставила бабушку за последними приготовлениями и пошла в свою комнату проверить урожай огненных тыкв. Они росли в длинном горшке под кроватью. Наверное, росли… Если честно, Роса не была уверена, что тыквы до сих пор живы. Чтобы успокоиться, она ещё раз перечитала крошечную статью о них в энциклопедии магических растений: «Огненные тыквы прихотливы. Любят свежий воздух, полумрак и всходят ровно через три месяца после посадки».

– Свежий воздух, – повторила вслух Роса. – И что мне делать, если днём окна закрыты из-за грозы, а утром и вечером на улице для вас уже слишком холодно?! – Она с укором посмотрела на горшок.

Прошлые тыквы не взошли как раз из-за того, что Роса выносила их «подышать», но и эти не спешили на поверхность.

– Через два дня будет три месяца, и где вы? Эх… Ну, подскажите хоть, как вам помочь? – Роса помахала на землю старым бабушкиным веером и сбрызнула её апельсиновым соком. – Если так пойдёт и дальше, то… Даже думать не хочу! Вылупляйтесь давайте. Поняли?

Она задёрнула штору и спустилась в аптеку. Пусть день сегодня и был особенным, работу никто не отменял. Смородиновое зелье от кашля ждало, чтобы его разлили по баночкам. Отвар из болотной воды затвердел и требовал огня. Лягушачий сироп уже настоялся и выпрыгивал из бочки на пол, потихоньку превращая его в цветущую поляну. Роса начала с сиропа. Не дело это, когда в аптеке распускаются колокольчики и одуванчики. Вдруг у кого-то из посетителей на них аллергия?

Она добавила в бочку несколько сушёных ягод рябины, горсть куриных костей и десять граммов лимонного сока. Сироп сначала забурлил, затем зашипел, а потом начал успокаиваться и из тёмно-зелёного стал ярко-жёлтым в чёрную крапинку. Роса нагнулась над бочкой и замахала ладонью в сторону носа.

– Запах болота ещё остался. – Она забралась на передвижную лестницу и достала с верхних полок деревянный сундучок.

Внутри лежали бархатные мешочки разных цветов. Роса взяла красный. Камень в нём искрился золотом и пах раскалённым на солнце песком. Даже через ткань Роса чувствовала, как он выветривает из мыслей все беспокойства и вытягивает из недр памяти приятные воспоминания. Вот только первое впечатление часто обманчиво.

Камень назывался пустоцветом. Если человек прикасался к нему, то мог потерять связь с реальностью. Такое однажды почти случилось и с самой Росой. Когда ей было шесть. Хорошо, что бабушке Вербене в ту ночь не спалось, и она пришла на кухню попить воды и застала внучку.

– Делай своё дело. – Роса вытряхнула пустоцвет в поварёшку и опустила её в сироп на девять секунд. Этого было достаточно, чтобы болотный душок сменился благородными нотами лаванды.

– Драгоценность моя, пора открываться! – проворковала бабушка Вербена со второго этажа.

Роса выглянула в окно. Солнце и правда юркнуло за горизонт, и на садовых дорожках зажглись рыжие фонари. Темнело в Вильмосте рано: в шесть вечера на небе уже проступали первые звёзды. Роса достала из кармана связку ключей и отворила входную дверь. Ровно в ту же секунду на пороге появился он – человек, из-за которого день и считался особенным.

– Вы ошиблись адресом, – только и сумела вымолвить Роса.

Мужчина в тёмно-зелёном камзоле и пепельной мантии учтиво поклонился:

– Здравствуйте. Это… Теперь это аптека леди Вербены?

Роса замотала головой. Губы её склеились, а мысли начали сбиваться в кучу. Она не знала, что ответить, зато прекрасно понимала, чего хочет. Роса хотела, чтобы он исчез. Сию же секунду растворился в воздухе и больше никогда здесь не появлялся. Мужчина взглянул на табличку с названием аптеки возле двери и откашлялся:

– Простите, вы, наверное, не расслышали. – Голос его звучал мягко, а в глазах читалось смущение. – Я увидел объявление. Вот. – Он достал из сумки газету и протянул её Росе. – «В аптеку леди Вербены требуется помощник. Королевские сады, дом один». Адресом сложно ошибиться. Здесь больше ни одного такого здания, если не брать в расчёт корпус садовников и сам дворец.

– Добро пожаловать!

За спиной Росы в облаке сиреневых духов появилась бабушка Вербена. Она положила тёплые ладони на плечи внучки и легонько отодвинула её в сторону.

– Нам очень нужен помощник. Проходите, пожалуйста. Я леди Вербена, а это моя внучка Роса.

– Рад знакомству. Меня зовут Сэв… Сэверантус Грбтус, простите. – Сэверантус поклонился и вошёл в аптеку.

Ему было лет сорок-пятьдесят. Водянистые глаза, непослушные русые волосы, шрам, рассекающий левую бровь… Роса знала каждую чёрточку этого лица. Знала и ненавидела.

– Присаживайтесь. – Бабушка Вербена махнула рукой на столик у окна, где стояли засушенные розы и лежал тонометр. – Я принесу чай.

– Ну что вы, не стоит, – смутился мужчина.

– Вы же не хотите обидеть женщину, которая два часа колдовала над итальянской меренгой? – Бабушка Вербена театрально вскинула брови, чем повергла Сэверантуса в ещё большее смущение.

– Конечно нет! Я просто… Простите мою бестактность, я…

– К тому же, – перебила бабушка Вербена, – мне нужно многое о вас разузнать. И многое вам рассказать. Это собеседование, молодой человек. Оно должно быть приятно нам обоим, поэтому давайте следовать традициям.

Сэверантус в третий раз склонил голову. Роса фыркнула и спряталась за прилавок: «Лучше перебирать зачарованную гречку, чем сидеть рядом с этим». Гречка действительно ждала, когда её переберут: три огромных бидона прятались в углу и тихонько позвякивали крышками. Роса набросилась на них, как хищник на добычу. «Ни за что он не будет здесь работать! Нам не нужен помощник. Я всё могу делать сама! Я справлюсь со всем на свете!»

Колокольчик над дверью звякнул, и в аптеку, шаркая, вошёл мистер Тбстман. Встретившись взглядом с разъярённой Росой, он галантно приподнял котелок, а затем сделал то же самое в сторону Сэверантуса.

– Д-добрый вечер, сэр, – промямлил тот и уставился на тонометр.