Дворник 32-го уровня. Том 12 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 9

Она создала льдину, на которую я запрыгнул, и потащила меня по воде, толкая в спину. Я сразу вскинул посох и ударил Массовым очищением по всем, до кого дотягивался, но вскоре меня прикатили к водорослям.

Мы всей толпой начали бить зомби магией, а после я зарубил его и очистил.

Внимание!

Ты упокоил одного из пяти великих вождей айнов. Ты и все в команде получат ОК в зависимости от вклада.

Ты получаешь 83 Очка Кармы.

На этом мы закончили с этим кладбищем. Оранжевая награда ушла Сане, и мы двинулись к четвёртому кладбищу, где пришлось разбить лагерь. Всё же сил мы потратили уйму. А пока…

— Что делаешь? — спросила Ания, садясь рядом. А я сидел на поваленном дереве. Перед нами был костёр, а чуть в стороне ставили палатку.

— Шикигами, — ответил я, закончив рисовать на бумажке человечка. Вырвал из блокнота лист и метнул его. А тот взял и, взлетев, полетел в лес. — Разведка.

— Ого, прикольный навык. Но явно азиатский…

— В Японии получил. Создаёт что-то вроде духа-разведчика.

— Понятно… Помню одного друида, он мог использовать глаза птиц для разведки.

— Хочу себе такой навык!

— Не выйдет! — рассмеялась та и объяснила, что друидов больше нет. Мир меняется, а с ним и Система. Так что навыки тоже меняются, как и некоторые механики.

— Слушай… Я раньше не особо обращал внимания, но… Или русский столь популярен у Одарённых, или есть какой-то навык для общения.

В ответ Ания рассмеялась. Звонко и мелодично.

— Ясно-понятно. Навык. И, скорее всего, «был». Да?

— Так и есть. Скажу больше. В какой-то период времени этот навык выдавался «базовым набором». А сейчас есть интернет, есть навыки языков — учи не хочу! Так что, как говорится, «вперёд и с песней».

Я лишь вздыхал. Навык общения на любом языке… Читерство!

— Слушай… А Ания и Алия — это откуда имена? Ни разу не слышал.

— Потому что это не русские имена. От своих мы уже давно отказались…

— Почему? — опешил я.

— Много причин. Отказ от имени — это отказ от жизни смертного и от прошлого.

— И от родственников?..

— У нас не осталось родственников… Точнее, может, и есть, но о них мы не знаем. Мать умерла от болезни, отец получил рану на войне с… Наполеоном. Умер в госпитале, получив заражение из-за немытых медицинских инструментов… — девушка взгрустнула, и я обнял её, а потом прижал к груди. — У меня был муж… два мужа… Первый умер в Первой мировой. На войне, а с ним и сын. Второй… В Великой Отечественной на наш дом упала немецкая бомба. Из всей семьи выжила лишь я…

— Кошмар…

— Я тогда много нацистов убила, но Мир запрещал Одарённым участвовать в войнах. Меня тогда так сильно оштрафовали, что я едва не умерла…

— Это ужасно… — сказал я, обнимая девушку.

— Меня тогда сестра спасла. Но она и сама была в ужасном состоянии… После того как мы потеряли всё: и семьи, и силу, мы сменили имена. Ания — это Анна по-восточному, а Алия — арабское имя. Моё означает «милость», «благодать», «подарок». А имя сестры — «возвышенная», «высшая», «небесная». Пафосно, конечно, но так мы решили начать новую жизнь…

Приподняв голову девушки, поцеловал её. Очнулся уже в палатке, голый, а рядом, обнимая меня руками и ногами, спала Ания. Анна… Как вдруг заглянула Алия.

— На прошлое потянуло? — спросила та и залезла в палатку.

— Да…

— Она всегда расклеивается, когда вспоминает прошлую жизнь.

— Да уж… История — жуть…

— Честно говоря, слышала истории и похуже наших. Так что, если ты увидишь Одарённого-одиночку, знай: жизнь и прошлое у него были полный кабздец.

Я ничего не ответил. Грустно стало, но меня вдруг поцеловали! Блондинка резко оказалась сбоку от меня…

— Какой же ты хороший мальчик, — заявила Алия. — Запомни. Не торопись создавать семью. Сперва убедись, что сможешь защитить её. Вот тебе история одного фашиста, которому я вырвала сердце и, засунув его ему в рот, сварила заживо.

Я сглотнул, ведь представил себе всё это.

— Он был врачом, спасал людей, лечил животных и даже преподавал в школе. Мир благословил его за добрые дела. А потом он пришёл домой и увидел растерзанную семью. Родители, жена, маленькие дети… Упырь всех выпотрошил и съел их кишки. А всё из-за того, что, скажем так, Ганс кормил их монетами. Они сияли, чем и приманили Упыря.

Я поджал губы, потому что так же подставил маму. На неё инкуб и вампиры покушались…

— Тогда Ганс озлобился. После того как он убил Упыря, решил, что раз страдает он, то пусть страдает и весь мир. И пошёл убивать людей…

— А как же Мир?..

— Он заключил сделку с демонами, перестал быть Одарённым и человеком в целом. И убил тысячи. Сжигал деревни, убивал гражданских, творил зло. Однако, когда я убивала его, он ревел. Не хотел умирать! Ганс молил пощадить его, рассказывал слезливую историю, а умер в агонии. Мне за него две тысячи Очков Кармы дали и эпическую награду.

— Монстр… — сказал я, высказав всё, что думаю о «Гансе».

— Та война была чудовищной. Родилось огромное количество демонов и всякой нечисти. Но хуже всего стало, когда нацисты начали проигрывать. За помощью они обращались ко всем силам, к которым могли. Ритуалы, жертвоприношения, лагеря смерти, газовые камеры…

Алия поморщилась, и я её понимаю. Если всё это было сделано с какой-то жуткой целью, то Мёртвый город покажется цветочками.

— Вместе с основной войной началась война Одарённых с демонами и теми сущностями, которых смогли призвать нацисты. Мы Мир тогда спасли! Но огромной ценой…

Девушка устало вздохнула и легла на спину.

— Я до сих пор помню эту гигантскую башню из черепов и костей. Многие из тех, кто вошёл в неё, не вернулись. Я сама не помню, как выжила, но лишилась практически всего… Даже слабее сестры стала…

Алия скривила губы и прижалась ко мне, уткнувшись носом в бок.

— После войны, после нашей победы в ней, многие участвовавшие в той бойне ушли в Атлантиду. Они были сломлены, а души изранены… Мне даже больно представлять, что там было. И… Говорят, кто-то получил мифические награды, многие получили легендарные, но толку от этого было мало. Люди ушли… Разве что поговаривают: появись вновь такая угроза, эти герои вернутся и дадут бой…

— Надеюсь, что так. Угрозы от скверны я пока не наблюдаю, но мало ли? А вот Император Дракон представляет весьма серьёзную угрозу. Всё же за него дают мифическую награду.

— Ми… фическую?..

— От легендарной до мифической, в зависимости от того, что я там встречу.

— Напугал, блин! — воскликнула та и ткнула меня пальцем в бок.

— Да что не так?.. — проворчал я, ведь было больно!

— Максимальная награда, как правило, труднодоступна! Мир так перестраховывается. А вот если бы в награде указывалась просто «мифическая награда», то всё, всем хана!

— Понял…

— Ну всё, хана тебе! У меня теперь стресс. Снимай его, засранец!

Алия оттолкала сестру, отчего та даже проснулась, и началось насилие! Нет, не надо мной. Просто Ания побила сестру… Пришлось их обнимать, целовать, любить, и из палатки я выбрался лишь спустя час.

Саня с Катей сидели у костра и жарили сосиски. Мне тоже предложили.

— Спасибо… Вкусно!

— Жена делает, — сказал Саня.

Внимание!

Ты употребил жареную сосиску и получаешь +3 к Выносливости на 20 минут.

— Ты что, Готовку выучил? — опешил я.

— Жена выучила. Пришлось постараться, чтобы найти её.

— Жену? — хохотнула Катя.

— Это тоже, — кивнул парень в маске.

Мы посмеялись и продолжили жарить сосиски, но вскоре ожили блондинки и были зверски голодны. А когда поели, двинулись на кладбище и… Убили там всех!

Так что сейчас, вечером, мы с Саней сидели в купальне и прогревали ноющие раны… У нас было комбо. Призраки и скелеты-мутанты… Злые духи собирали самые неведомые конструкции из костей. Даже кит был…