Развод. Невеста моего мужа (СИ) - Хиж Ксения - Страница 6

- Всё я договариваю. Скучаю по тебе. Хочу быть ближе.

Он опять замолчал.

- Скоро увидимся, - выдохнул. – Я занят, созвонимся позже.

- Хорошо. Доброй ночи.

- Доброй, Ирусь.

Спать я легла в час ночи. Ворочалась, смотрела в потолок, прокручивала разговоры. С Маринкой, со Светланой, со свекровью, с ним.

Все знают, стучало в голове. Все.

Я закрыла глаза и заставила себя уснуть. Завтра утром поезд.

Глава 10

Утром в семь утра я стояла на перроне вокзала. Рюкзак за плечами, ветровка на молнии. Поезд на юг подавали к третьей платформе. Вокзал гудел: голоса, объявления, детский плач.

Я смотрела на этот поток людей и чувствовала себя чужой. Все куда-то едут, у всех свои заботы, а у меня рушащаяся жизнь.

Я вошла в вагон, нашла свою полку, бросила вещи и села у окна. Достала телефон, посмотрела на сохранённую фотографию Артёма с нашего прошлого отпуска. Улыбается, руку держит на моём плече.

И вроде бы мы счастливые, беззаботные.

Неужели уже тогда он мне врал?

Обнимал меня, а сам был наполовину с другой?

В голове не укладывалось. Как можно врать каждый день? Смотреть в глаза, целовать, говорить «люблю» и всё это время знать, что где-то есть другая.

Мерзость! Меня замутило от одной мысли.

- Прости, Тёма, конечно, но мне надо узнать, - прошептала я. – Прости, что не верю, но и жить в неведении больше не могу.

Поезд тронулся плавно, почти незаметно. Только за окном поплыли перроны, фонари, потом частные домики, гаражи, пустыри. Я сидела у окна на нижней полке.

В плацкарте было шумно. Напротив, семейная пара с двумя детьми, которые носились по проходу и визжали. Сверху на второй полке храпел мужик в спортивном костюме, разинув рот. Соседка слева полная тётка с огромной сумкой сразу же переоделась в домашний халат, достала огурцы и принялась хрустеть, поглядывая на меня с любопытством.

- Куда едешь, милая? – спросила она, жуя.

- В Белгород, - ответила я коротко и отвернулась к окну.

Не хотелось разговаривать, не хотелось, чтобы кто-то лез в душу. Я надела наушники, включила музыку, чтобы заглушить мысли, но мысли не заглушались.

Я смотрела за окно. Мелькали берёзы, поля, серые ленты трасс. Где-то там, далеко впереди, километров за семьсот, был посёлок Мирное, а в нём Артём и та, рыжая с ребёнком, который, как сказала Маринка, копия мужа.

Я закрыла глаза, и передо мной встал Миша. Такой же профиль, такой же упрямый подбородок, такие же глаза серые, с искоркой. А у неё ребёнок от Артёма. Значит, у него есть брат или сестра, о которых я ничего не знаю.

Меня затошнило.

Я открыла глаза, сжала челюсть. Нельзя раскисать. Я еду, чтобы узнать правду. Если она окажется ложью, то я вернусь и буду смеяться над своей паранойей. Если правдой…

Что тогда?

Тогда я, наверное, умру прямо там, на месте.

Или убью кого-нибудь.

Но убивать я не умею. Я умею только терпеть.

Терпела пятнадцать лет.

Спать я не ложилась. Сидела, привалившись к стенке, смотрела в темноту за окном. Иногда проносились огоньки деревень, редкие, жёлтые, одинокие, как маячки.

Я вспомнила, как мы познакомились на танцах в гарнизонном ДК. Я пришла с подружками, он с сослуживцами. Он подошёл, протянул руку и сказал: Привет, я Артём. А я покраснела, как дура, и не могла вымолвить ни слова. Было мне двадцать, ему двадцать два. Я думала, вот он, принц.

А сейчас этот принц, возможно, целует другую.

- Ну зачем ты так, Ирка, - прошептала я в пустоту. – Зачем накручиваешь? Может, всё это враньё. Чистой воды зависть Маринки, у которой жизнь не сложилась.

Но червяк сомнения грыз.

В третьем часу ночи я всё-таки провалилась в сон. Снилось что-то липкое, страшное, будто я иду по болоту, а под ногами хлюпает, и я вязну, а рядом кто-то смеётся.

Я проснулась от резкого толчка, поезд дёрнулся и остановился. Полустанок. За окном тьма и одинокий фонарь. Я посмотрела на время: половина пятого утра.

Телефон мигнул, пришло сообщение. Номер незнакомый.

Я открыла. Прочитала раз, потом еще, всего одна фраза, но она не укладывалась у меня в голове!

В Мирном не одна ты будешь скучать по мужу. Будут сюрпризы.

Сердце ухнуло. Кто это? Маринка? Так у неё другой номер. Свекровь? Не в её стиле. Подруга Света? Зачем ей скрываться? Его или мои сослуживцы? Мерзость какая. Кто-то хочет предупредить, тем самым все выдавая…

Дрожащими пальцами я набрала:

Кто это?

Ответ пришёл через минуту: тот, кого он не пожалел.

Я хмыкнула: тот или та?

Я перечитала несколько раз.

Значит, есть кого жалеть.

Значит, всё правда.

И кто-то об этом знает.

И эта кто-то решила меня предупредить?

Чушь какая!

Я хотела написать ещё, но передумала. Бесполезно. Если человек скрывается, то не раскроется.

Поезд тронулся. За окном начало светать. Я смотрела на уходящие назад полустанки и чувствовала, как внутри зреет холодная решимость.

Сюрпризы, значит?

Ну что ж, я готова.

Глава 11

Проснулась я от крика детей, те двое, с соседних полок, снова носились по проходу. Я помотала головой, разлепила глаза. За окном уже было светло. Поля, перелески, столбы ЛЭП. Курск только что проехали и теперь до Белгорода, судя по информации осталось всего три часа.

Три часа, и я там. Три часа и, возможно, всё рухнет.

Я села, потёрла лицо ладонями. Ладони были холодными и влажными. Внутри всё дрожало не от утренней прохлады, а от страха.

Я взяла походную косметичку, полотенце и пошла в туалет. Умылась ледяной водой, аж зубы заломило. Попыталась привести себя в порядок: расчесала волосы, собрала в пучок. В зеркале бледное лицо, синяки под глазами, губы сжаты в нитку.

- Кто это? – спросила я своё отражение.

- Ты, Иринка, та, кто всегда терпела.

Я криво ухмыльнулась сама себе. сжала губы, сжала пальцы в кулаки. Внутри дрожь такая, что с ног сносит.

Хочу его увидеть, очень хочу! И боюсь…

- А теперь что?

Отражение не ответило.

Я вздохнула поглубже, расправила плечи. Не распускай сопли. Ты не для того ехала. Я ещё раз взглянула на себя бледную, уставшую, но в глазах горел огонь решимости. За это я себя и любила. И уважала. Всегда за своё до конца, до победного.

Я переоделась в джинсы, свежую футболку, приготовила ветровку.

Краситься сегодня не стала, ни к чему, я же не на свидание еду, а на разведку. Да и кто меня тут увидит? Артём? Он меня не ждёт. Он вообще не знает, что я еду.

А если узнает? Если встретит на вокзале? Или в посёлке? Что я ему скажу?

Когда я вышла из туалета, поезд резко дернулся и вагон тряхнуло. Я ойкнула, оступившись, и налетела на незнакомого мужчину в форме. По инерции я вцепилась в его куртку, ткань под пальцами была жёсткой, форменной.

- Простите, бога ради! – выдохнула я, уткнувшись носом ему в грудь. От него пахло табаком и одеколоном а-ля морской бриз, такой был у Артёма много лет назад. От этого запаха внутри кольнуло. – Я случайно.

- Ничего, держитесь. – Он мягко придержал меня за локоток, не давая упасть.

Я подняла глаза. И… замерла.

Поджарый, плечистый, лет под сорок. Форма сидит на нём так, будто сшита по фигуре.

Лицо волевое, скуластое, глаза серые спокойные, но цепкие. Несколько секунд он просто смотрел на меня, и в его взгляде не было ни любопытства, ни насмешки. Только тихая внимательность.

Он не спешил убирать руку.

- В Белгород? – спросил негромко.

- Да, - я наконец отступила на шаг, поправила одежду. Голос предательски задрожал. С чего бы это…- В Белгородскую область.

- Домой или в гости? – он, кажется, заметил моё состояние, но не подал виду. Только чуть склонил голову, будто разглядывая.

- Волонтёр, - ответила. – Небольшая командировка и обратно.

- Удачи вам, - он снова улыбнулся. – Приятно видеть таких красивых женщин, которые не боятся.