Развод. Невеста моего мужа (СИ) - Хиж Ксения - Страница 3

Вера Степановна, моя начальница, появилась в дверях с чашкой чая.

- Девочки, внимание, - сказала она. – Пришла разнарядка из области, снова нужны волонтёры для поездки. Помощь в восстановлении жилья, раздача гуманитарки. Поездка на десять дней, все расходы за счёт части. У нас желающие будут?

Я подняла голову. Судя по информации, так скажем командировка как раз в ту сторону, где мой Артем.

- Я могу! – отозвалась бойкая Аллочка, сотрудница отдела кадров. Нас в отделе трое, без меня не пропадут.

Ее звонкий смех прошелся по кабинету, а меня царапнуло. И видимо так перекосило лицо, что меня заметили.

- Ирина, ты чего? – Вера Степановна посмотрела на меня. – Тоже хочешь?

- Я подумаю, - ответила я, не узнавая свой голос.

- Что значит подумаю? – удивилась коллега Оксана. – Ты же всегда первая на помощь.

- Ну то здесь, на месте, а это другое.

- Так и тем более, - отчего-то не унималась она. – Ты же всегда первая записываешься на все волонтерские дела, у тебя уже опыт, ты нашу гуманитарку организовываешь, я бы на твоем месте поехала.

Я поймала ее взгляд и внутри все оборвалось.

Это все точно нервы, стресс, иначе как объяснить ее взгляд и мои мысли. Показалось, что она что-то знает, что она щурилась, когда говорила мне это, что в ее словах есть второй смысл.

Она щурилась, точно щурилась.Или мне уже мерещится?

Я вздрогнула, роняя на стол ручку из ослабевших пальцев.

А что, если Маринка права? Что если все вокруг все знают? Кроме меня…

- Да, но... Миша, у него школа, - промямлила я.

- Свекровь поможет, - пожала плечами Вера Степановна, но и это мне показалось вдруг странным. – Ладно, подумайте все до завтра. Мне нужны два человека и отправлю заявку.

Я опустила глаза в бумаги. Посёлок Мирное, туда едут эти два волонтера, а там Артём, там, если Маринка не врёт, обитает эта рыжая.

А если я поеду и увижу своими глазами?

Что тогда? А если правда?

Глава 5

День тянулся бесконечно. Я дописывала отчёты, сверяла накладные, пила кофе без сахара, чтобы хоть немного взбодриться, но голова была занята другим.

После работы я не поехала домой. Вместо этого свернула к дому на окраине, где жила Марина. Дома там старые, ещё хрущёвские, с облупленной штукатуркой и покосившимися козырьками. Лестница тёмная, лампочка мигает, перила ржавые. Всё допотопное, неухоженное, будто здесь время остановилось лет двадцать назад.

Я поднялась на третий этаж, позвонила.

Дверь не открывали. Позвонила ещё раз, нажала дольше, чтобы звонок разнёсся по всей квартире.

- Кого там чёрт принёс? – раздался хриплый, прокуренный голос.

- Вов, привет, это Ира, а жена твоя дома?

Он смачно выругался, трёхэтажным матом, потом затих. Я стояла, сжимая сумочку, и чувствовала, как потные ладони скользят по кожаному ремешку.

Спустя несколько секунд внутри раздались шаркающие шаги, потом голос Маринки, как будто сонный и злой:.

- Чего тебе?

- Марина, открой, пожалуйста, нам надо поговорить.

- Чего припёрлась? – она не открыла, говорила через дверь. – Правда глаза жжёт? Узнать подробности хочешь? Так знаю я их, но тебе не скажу, ты слишком нежная, не вынесешь такого.

Я сдала в руках сумочку, облизнула вмиг пересохшие губы.

Да что ж такое-то? На мою голову? Не верю! А вдруг?

- Ну, Марин, открой. Поговорить надо, слышишь? По серьезному, без шуток твоих.

- А кто говорил, что я шутила? – её голос стал противным, насмешливым. – Сними розовые очки, Ирка, и проваливай! Некогда мне с тобой лясы точить!

- Марина! – я застучала ладонью по полотну двери. – Марин!

- Нечего нам разговаривать! – рявкнула она так, что я вздрогнула. – Я тебе уже всё сказала. Хочешь верь, хочешь нет, а подлизываться ко мне потом не надо! Я все про тебя уже поняла!

- Марин, ну что ты... - я попыталась вразумить её, но за дверью затихло. Только слышно было, как матюгается её Вовка где-то в глубине квартиры.

Я постояла ещё минуту. Бесполезно.

Развернулась и пошла вниз. На полпути остановилась, схватилась за перила. Вдох, выдох. Внутри всё кипит, в ушах стучит.

И вдруг позади скрипнула дверь.

Я обернулась.

Маринка стояла на пороге.

В засаленном халате в цветочек, который помню ещё с наших времён в санчасти. На голове бигуди синие такие, пластиковые, волосы торчат во все стороны. Лицо опухшее, а под левым глазом синяк. Свежий, багрово-жёлтый, с припухлостью. Вчерашний.

Я ахнула, побежав по ступенькам к ней.

- За что он опять так?

- Не твое собачье дело! – огрызнулась Марина, но рукой прикрыла синяк, отшатнулась. - Не притворяйся, что переживаешь, тебе только своё надо.

- Марин, да при чём тут... - я запнулась.

- Давай так: ты мне подсоби, чтобы мне что перепало от гуманитарки, а я тебе все расскажу.

- Так не пойдет, - возмутилась я, - что за условия ты мне ставишь? Если есть что сказать, то говори прямо. Без выкрутасов своих. Кто еще знает?

- Все, - нагло усмехнулась она. – Все, Ир! Он ведь даже не скрывает. В открытую с ней милуется, все его товарищи в курсе, и жены товарищей. Ты же заметила, что в чате женском тихо стало? Да потому что есть другой чат, где тебе кости перемывают и жалеют тебя. Но в лицо никто не скажет, это же не наши проблемы, а я вот ляпнула, не подумав. Сына вашего жалко.

Голова закружилась.

- Да не ты первая, не ты последняя! Угомонись! Ты же не тряпка? От развода еще никто не умирал. Ну или терпи, пока он там спесь свою утихомирит, накувыркается с ней. Только вот тебе бонус: сын ее на него как две капли похож!

- Какой еще сын? – у меня внутри всё оборвалось.

- Сын у неё от него. Копия твоего Артёма. Глаза в глаза, уши, даже ухмылка эта дурацкая. Ты думала, просто так он туда ломится? Ради её красивых глаз?

Мир качнулся снова. Я ухватилась за стену, но стена была скользкая, краска облупилась, пальцы не держались. Я схватилась за её руку, но Маринка отдёрнула.

- Ты врёшь, - прошептала я. – Не может быть. Он бы сказал.

- Сказал? – она засмеялась, и смех был гадкий, каркающий. – Дура ты, Ирка. Сказал он... Он и тебе не скажет, и от неё не уйдёт. На два фронта работать будет, пока не попадётся.

Я не помнила, как вылетела из подъезда. Ноги несли сами. Свежий воздух ударил в лицо, но не помог. Я прислонилась к дереву, согнулась пополам, ловя ртом воздух.

Сын.

Этого я не могла пережить. Измена одно. Но ребёнок это навсегда. Это связь на всю жизнь. Это значит, что рыжая никуда не денется, даже если Артём опомнится.

Я достала телефон, посмотрела на его номер. Внутри всё кипело. Хотелось набрать, закричать:

- Это правда? Ты почему мне не сказал? Как ты мог?

Но я не набрала, потому что если услышу его голос сейчас, то сломаюсь. Разрыдаюсь, , а унижаться я не привыкла.

Я убрала телефон, вытерла слёзы и побрела к машине.

В голове стучало одно: поехать, увидеть, убедиться.

И назад дороги нет.

Глава 6

Домой вернулась поздно. Миша уже сделал уроки и сидел с планшетом. Я быстро сготовила ужин, покормила его, уложила спать, а сама села на кухне и уставилась в телефон.

Артём, муж мой родной любимый…Как же так? Не верю…

Я набрала его номер, но он не брал. В общем-то подобное норма, у него там связь не всегда ловит, да и чаще он вообще телефон с собой не берет. Но я вместо того, чтобы как обычно успокоиться, набирала еще и еще. Прямо в плен меня эта мысль взяла – дозвониться до него и точка. И вот снова длинные гудки, потом короткие, а потом сброс.

Я перезвонила снова, кусая губы. Зашагала по комнате туда обратно, даже ладони вспотели от нервов. А перед глазами картинки одна краше другой, да все такие непристойные! Откуда это в моей голове? Он с рыжей, он с ней, она с ним, как мерзко и противно!

Господи!

Снова гудки. Перезвонила и в третий раз, а потом еще и еще.