Шелк и кровь. Принцесса (не) должна умереть - Платунова Анна - Страница 3

Я больше не смогла смотреть. Уткнулась в грудь Эрика, он обнял меня, прижал к себе и гладил по голове.

— Надо двигаться дальше! — сказал Майлз, прервав тишину. — Неизвестно, сколько у нас времени.

Нас ждал трос, натянутый между вторым и третьим столбом, его придется преодолеть на руках. Я на секунду стиснула пальцы Эрика и отодвинулась, указывая на последнюю площадку.

— Осталось совсем чуть-чуть! Еще немного, и мы спасены! Соберите все силы, какие у вас остались, и вперед!

В глазах, обращенных ко мне, я прочитала сомнение и усталость.

— Вы уже делали это! Вы знаете, что это возможно! Нас… ждет горячий душ! И обед! И…

— Тумаки от меня для каждого, кто сейчас продолжит нюнить и задерживать остальных! — подключился Эрик.

Слова Эрика вызвали смех, пусть нервный, но это лучше страха. Один за другим мои товарищи шли к краю площадки, повисали на руках и медленно продвигались вперед.

«Книга за книгой, — мысленно повторяла я, будто заклинание или молитву. — Шаг за шагом».

Я запрещала себе думать, что кто-то не справится. Смотрела, как парни и девушки один за другим спрыгивают на деревянный настил. Элейн на месте. Тис, умничка, добралась. Вейн, дружище, ты сделал это! Майлз! Красавчик!

— Теперь ты! — сказал Эрик мне в ухо. — Ты больше не идешь последней.

— Ты чего раскомандовался?

— А вот так!

Ну зашибись объяснение, Эрик! Но не тратить ведь время на пустые споры. Я обхватила ладонями подрагивающий трос, и кожа тут же заныла, зачесалась. Как тяжело! Я и забыла, каким неподъемным кажется собственный вес, какими неповоротливыми — руки. Вчера путь ощущался легче. Почему?

«Потому что ты вспоминала Корвина. Ваш разговор в библиотеке. Ямочку на его щеке, — пришлось признаться самой себе. — Проклятая ямочка. Сто лет ее не видела. Она на месте, интересно?»

Ого, вот уже и половина пути осталась позади. За моей спиной кто-то жалобно всхлипывал. Кейти?

— Кейти, держись!

— Да это я, Нейс, — ответила «Кейти».

Тьфу, неловко вышло.

— Нейс, перебирай руками! Одна за другой! Одна за другой!

Послышался крик.

— Нейс?

Я не могла обернуться и посмотреть.

— Ивин… Ивин упал.

Бедный Ивин, худенький, невысокий и очень застенчивый. Я не сумела проводить его последним взглядом.

«Ивин Восс, — поставила я зарубку на памяти. — Я тебя не забуду!»

Чьи-то крики слышались и сбоку: отряды Альдена и Кирана тоже несли потери. Сколько же нас погибло сегодня? Наверное, вечером на щитке рядом с домом распорядителей вывесят списки погибших.

Вейн и Майлз втянули меня на площадку, едва я коснулась ее носками ботинок, помогли мне удержать равновесие.

— Все, ты здесь, ты здесь, — повторял Вейн, похлопывая меня по плечу своей могучей пятерней.

— Эрик?

Но наш жизнелюбивый друг уже почти добрался до финишной черты, он держался крепко и уверенно и шел последним.

Я так эмоционально и физически вымоталась, что не ощутила и грамма радости, когда затрубили горны, извещая о завершении первого испытания. Я едва вслушивалась в слова Дирка, который поздравлял всех с окончанием первого дня. Я отказывалась смотреть на рыдающих родителей. Чьих? Ивина? Кэллума? Эвана? Имена тех, кто не выжил сегодня, вихрем пронеслись в моей голове.

Второй столб медленно опускался под землю. Мы стояли плечом к плечу на тесной площадке, не рассчитанной на двадцать человек. Нас не должно было уцелеть столько! И все же… В нашем отряде погиб пока только один игрок.

Мне не хотелось в этом признаваться, но многие остались живы лишь благодаря Райдеру.

«Что же у тебя на уме, Корвин?..»

Глава 3

Майлз сидел на кровати, подвернув под себя ногу, и внимательно разглядывал рукав комбинезона. Я расчесывала мокрые волосы деревянным гребнем: их выдали девушкам перед тем, как разрешили сходить в душ. После двух напряженных дней, включающих и дорогу, и тренировку, и чудовищное испытание, локоны запутались так сильно, что я почти отчаялась привести их в порядок. Но если не справлюсь, останется только отрезать их, а мне бы этого не хотелось. Поэтому, пока другие члены отряда Рианны после обеда разбрелись кто куда, я, вооружившись гребнем, приступила к новому сражению — на этот раз с собственными непослушными прядями.

Странно, что Майлз не отправился прогуляться и заодно изучить территорию лагеря внутри защитного поля.

Я старалась не смотреть на пустой короб кровати Ивина, с которой унесли тюфяк и постельное белье. Где сейчас его тело? Наверное, отдали родителям, и они на обратном пути к своему имению, чтобы похоронить сына в семейном склепе. Буду утешаться тем, что Ивину больше не больно и не страшно, для него игры закончились.

— Что ты там высматриваешь? — не выдержала я, когда Майлз подвернул рукав и стал разглядывать его с обратной стороны.

— Я порвал его, когда зацепился за доску, — сказал он. — А теперь рукав цел. Наши комбинезоны регенерируют.

— Это из-за артефактов. — Я потрогала камешек на воротнике. — Задуманы очень практично: не пачкаются, не мнутся, садятся по фигуре, а теперь еще, оказывается, самовосстанавливаются.

— Интересно, какой из артефактов отвечает за регенерацию? — задумчиво произнес Майлз. Он по привычке размышлял вслух, не ожидая ответа, ведь я, как и он сам, не представляла, как это работает.

— По крайней мере не придется ходить грязными и в лохмотьях, — пожала я плечами.

Половину волос я прочесала, заплела в косу и со вздохом взялась за вторую.

— Как думаешь, что нас ждет послезавтра? — прошептала я.

И этот вопрос тоже повис в воздухе: мы могли гадать сколько угодно, но ответ знали лишь распорядители. Захочет ли Райдер в этот раз нас предупредить? Я не понимала мотивов его неожиданной помощи. Если бы только можно было остаться с ним наедине на пару секунд и прямо спросить о будущем испытании! Любые крохи информации в нашей ситуации могут оказаться спасительными. Однако как подобраться к распорядителю незамеченной, я пока не представляла. Для начала надо хотя бы выйти из барака и осмотреться. Эрик уже наверняка облазил все окрестности в поисках лазеек. На сердце потеплело, когда я подумала о друзьях.

— Мы отлично справились сегодня, будем и дальше держаться вместе, — сказала я Майлзу, надеясь, что эта мысль подбодрит его так же, как и меня.

Однако он ответил мне хмурым взглядом.

— Рин… Согласен, сегодня взаимовыручка была на высоте, однако помощь друг другу входила в условия испытания. А если нас поставят перед выбором: я или кто-то другой? Я бы не питал лишних иллюзий. Мало кто готов пожертвовать собой ради другого. А твой отец…

Майлз оборвал себя на полуслове и, вероятно, проглотил ругательство.

— Что мой отец? Договаривай.

— Хорошо знал природу людей. Будь я на его месте, я бы усложнил испытания, наблюдая за тем, как перед лицом смертельной опасности люди из героев превращаются в животных. А если кто-то устоит, что же, тем любопытнее глазеть.

У меня упало сердце, потому что в глубине души я знала, что Майлз прав.

— Но пока этого не произошло! И я знаю, что не предам своих друзей: тебя, Эрика, девочек, Вейна. Пока мы вместе — нас не сломать. Если бы не Эрик, тебя бы сегодня…

— Я знаю! — перебил Майлз. — Я бы и сам отдал за него жизнь, хотя Эрик порой невыносимая заноза в заднице, однако насчет остальных…

И Майлз обвел широким жестом пустующие постели, имея в виду их владельцев.

— Я был бы осторожен.

— Я…

Договорить я не успела, потому что дверь распахнулась, впуская холодный воздух и шум голосов, и Лейн — именно она ворвалась в барак, будто за ней снова гнались песчаные змеи — воскликнула:

— Повесили списки погибших!

— О… — прошептала я.

Надо заставить себя подняться и добрести до этого скорбного перечня, ведь я обещала себе запомнить имя каждого погибшего на этом испытании. А потом кто-то сделает то же самое для меня, пока будет оставаться в живых. Например, Эрик. Пусть это будет Эрик… Скажет: «Прощай, невезучая принцесса Рианна, я знал тебя, я рад, что ты была моим другом».