Империя в паутине (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 4

— Синьор Бенедетто, — Лоренцо перешёл на флорентийский, — что я буду должен вам, если эта сделка состоится?

Флорентийский купец засмеялся и подойдя ближе, похлопал по плечу наследника дома Медичи.

— Абсолютно правильный вопрос, Лоренцо! Абсолютно! Ты так быстро учишься, я впечатлён.

— Не в последнюю очередь благодаря вам, синьор Бенедетто, — Лоренцо намекнул ему про генуэзца, который облапошил его со складом и тот это понял, — так что прекрасно понимаю, что ничего не даётся бесплатно в этом мире.

— Двадцать мест в твоём новом складе, со скидкой в пятнадцать процентов от той цены, на которую вы сойдетесь с Орландо Уколи, — улыбнулся флорентийский купец, — и по рукам.

— Могу предложить вам только десять процентов, синьор Бенедетто, — Лоренцо протянул руку и Бенедетто Деи изумлённо отдёрнул свою, было протянутую руку.

— Как я уже сказал, Лоренцо, ты прекрасный ученик, четырнадцать, — улыбнулся он от удовольствия общения на флорентийском.

— При всём уважении, синьор Бенедетто, но одиннадцать, это мой максимум, у меня грузчики и кошки давно не кормлены.

Незатейливая шутка подняла ещё больше настроение флорентийцу.

— Давайте двенадцать Лоренцо и вы угостите меня обедом в том же месте, в каком завтра пообедаете с Орландо Уколи, — предложил он, решив не жадничать, а лучше хорошо поесть.

Лоренцо Медичи пожал запястье мужчины и улыбнулся ему.

— Главное, чтобы после этих двух обедов, мне хватило на покупку потом склада, — ответил он и они довольные друг другом договорились встретиться, когда Лоренцо пообедает и обсудит детали с турком.

Проводив купца, Лоренцо вернулся за стол в прекрасном настроении, поскольку похоже у него скоро начнутся настоящие дела. И пусть он будет зависеть от одного-единственного человека, с которым познакомился всего лишь час назад, но главное же было попасть в Константинополь, а всё остальное зависело уже только от него самого. Если он не допустит новых ошибок, то ещё успеет доказать Иньиго, что достоин его доверия.

5 мая 1465 A. D., Сарагоса, королевство Арагон

То, с какой скоростью её приняли во дворце короля Хуана II, стоило ей только попросить об этом, назвав имя своего поручителя, маркиза де Мендосы, так удивило Орнелию, что она с мужем изумлённо переглянулись, когда прибывший буквально через час слуга из королевского дворца, принёс ответ о том, что завтра в обед её ждут, одну, для короткой встречи с королём.

Орнелия покосилась на стоящего рядом с ней барона Форментерского, который лишь улыбнулся.

— Его высочество всегда с тревогой встречает новости об Иньиго, — сказал он, — так что это лишь его любопытство о том, чтобы его непоседливый вассал не вляпался в какую-нибудь крайне неприятную историю, которая может повлиять и на него. Не обольщайтесь синьора Орнелия, когда король поймёт, зачем вы приехали, он возможно будет к вам не столь благосклонен, как вы сейчас об этом думаете.

— Конечно странно, мы без даров, — Никколо Маласпина покачал головой, — да ещё пригласили одну Орнелию, без меня.

— Я, пойду с вашей женой, сеньор Никколо, — улыбнулся швейцарец, — на меня запрет не распространяется, я привычно подожду её за дверью рабочего кабинета короля, поскольку краткие встречи обычно проводятся там, и сопровожу обратно до нашего постоялого двора. Так что не беспокойтесь о её безопасности.

— Спасибо, сеньор Бернард, — Никколо Маласпина склонил голову, поскольку барон и правда заботился об их безопасности, будто был их личной нянькой, а не титульным дворянином.

Весь вечер и утро прошли в переживаниях и волнениях, всё же для Орнелии это была первая встреча с целым королём большого незнакомого лично ей королевства, так что она волновалась, тискала платки, чтобы вытереть потеющие постоянно ладошки, и когда за ними пришли, она с ещё раз с большой благодарностью посмотрела на Бернарда, который знал всё: куда ехать, куда идти, что делать, в общем всё, что от неё требовалось, это просто следовать за ним.

К сожалению, перед дубовой дверью кабинета, куда их довели слуги, он остановился и показал Орнелии, что дальше ей придётся действовать самой.

— Открывайте дверь с ноги, синьора Орнелия, — пошутил швейцарец без малейшей улыбки на лице, — синьор Иньиго, обычно так туда и входит.

Ужаснувшись подобной шутке, венецианка дождалась, когда слуга откроет перед ней дверь и она осторожно вошла внутрь.

— Не похожа она на прошлую, да Педро? — первым кого Орнелия увидела и услышала, был мужчина преклонных лет, сидящий в домашнем халате и с тонким ободком золотой короны на голове, однозначно определявшей то, кем он является, а рядом с ним стоял дворянина лет тридцати пяти, который тоже с немым вопросом в глазах, рассматривал их гостью.

— Но, несомненно, в его вкусе, Ваше высочество, — ответил он, — так что вы были правы, говоря о том, что дело, с которым она прибыла, будет точно не простым.

Орнелия, которая не привыкла, что её так открыто обсуждали в её присутствии, сначала замерла от испуга, но видя, как холодно на неё смотрят мужчины, поняла, что это возможно проверка.

— Ваше высочество, — она тут же, и сама натянула на лицо холодную маску, — похоже, чтобы меня воспринимали здесь серьёзно, мне нужно выйти, и затем снова войти к вам, только в этот раз, как и советовал барон Форментерский, пинком открыв дверь?

Глаза короля расширились от её слов, как, впрочем, и у его советника, а затем оба мужчины закатились в громком смехе.

Вытирая слёзы с глаз, король показал ей на кресло напротив своего стола.

— Выбирайте сеньора сами, — заговорил он на латыни, — как нам к вам обращаться.

«Снова проверка, — тут же поняла Орнелия».

— Я была бы не против, Ваше высочество, как к маркизу де Мендосе, — вздохнула она, — но оставляю этот выбор на вашу волю.

— Красива, умна, языката, — король отсмеявшись, покачал головой, обращаясь на кастильском к Педро де Перальта-и-Эспелета, — где он их находит, Педро?

— Я бы сам это хотел узнать, Ваше высочество, — вздохнул тот, — у меня бастард подрастает.

— Простите Ваше высочество, но я получается не первая посланница женщина, от сеньора Иньиго? — удивилась Орнелия, тоже перейдя на кастильский, которому усиленно обучалась, находясь здесь в Арагоне.

Услышав пусть и не очень правильную речь, оба мужчины переглянулись.

— Сеньора, этот ленивый вассал, даже вассальную клятву мне прислал произнести женщину, — вздохнул король, уже другим взглядом посмотрев на сидящую перед ним иноземку.

Глаза Орнелии округлились, что снова развеселило мужчин.

— Ладно, пошутили и хватит, — король мгновенно стал серьёзным, — у меня крайне мало времени сеньора, так что у вас не больше пары минут.

Орнелия Лоредан поняла, что нужно заходить сразу с козырей, чтобы к её словам прислушались.

Достав буллу из сумки, она раскатала её и передала графу, который передал её королю, следом последовали два письма, одно от примаса Кастилии, второе от его собственного сына, архиепископа Сарагосы. Король пробежался по всему быстрым взглядом и поднял на венецианку задумчивый взгляд.

— Иньиго хочет вложить деньги в улучшение «Пути святого Иакова», — понял он всё прекрасно, — ему нужно согласие от меня, поскольку новый путь до Аликанте пройдет по землям королевского домена.

— Всё верно, Ваше высочество, — кратко ответила Орнелия, склонив голову перед королём.

— А поскольку Эстелья его, то следующие земли перед моими будут твои, Педро, — Хуан повернул голову к Педро де Перальта-и-Эспелета, недавно пожалованным титулом графа Сантистебан де Лерин, — как сеньор, ты тоже должен дать на это своё согласие.

— Новый путь, — Педро де Перальта-и-Эспелета вернул все письма, обратно Орнелии, — те, по чьим землям он проходил раньше, определённо будут против этого и даже булла папы составлена так расплывчато, что не защитит вас сеньора от вопросов.

Орнелия задумалась, поскольку всего несколькими словами советник короля указал место, о котором она и похоже сам сеньор Иньиго даже не думали.