Экстрасенс в СССР 6 (СИ) - Подус Игорь - Страница 36

Я по-прежнему не мог пробиться через защиту сознания собственной девушки, однако это не помешало прочитать мысли окружающих и выяснить, в чём дело. Особенно в этом помогла молоденькая помощница Ольги из ветеринарной службы колхоза, которая нервно суетилась рядом, держа приготовленный шприц.

Оказалось, молодая тёлка-первородка готова принести приплод. Осложнялось всё беременностью сразу двумя телятами и их желанием появиться на свет одновременно, без обычного в таких случаях интервала между отёлами.

Кроме того, я узнал причину «разговора» на повышенных тонах между председателем колхоза и учёным зоотехником Рязанцевым. Тёлочка оказалась не простой, а чистокровной голландской породы, купленной за рубежом за валюту по государственной программе и переданной в колхоз для племенного разведения. Разумеется, колхозное начальство не хотело терять редкий актив, на который имелись долгоиграющие планы, и очень по этому поводу нервничало и спорило, ища виновных.

— Эх, Оля, Оля, недооцениваешь ты своего мужчину, — проговорил я и для большего эффекта недовольно поцокал языком. — Дай мне минутку пообщаться со скотиной — и всё нормально будет.

— Алёша, а запачкаться не боишься?

— Боялся бы — не пришёл, снаружи тебя подождал.

Перемахнув через загородку, я направился к голландке, призывно мычащей и пьющей подслащённую воду. Унять болевые ощущения у молодой коровы оказалось так же просто, как помочь собаке Пальме.

Успокоив скотину, я погладил её, пошептал на ушко нечто ласковое и заодно просветил нутро. Экстрасенсорный дар тут же подсветил проблемные места красным, и, хотя я мало разбирался в животноводстве, сделал так, чтобы телята больше не пытались выбраться из мамы первородки одновременно.

Со стороны казалось, что я просто пожалел мучающуюся скотину и через пару минут отошёл в сторону. На самом деле я нормализовал процесс отёла, который через несколько минут должен был благополучно начаться.

— Алексей, ты хочешь сказать, что после того как ты пошептал тёлочке на ушко комплименты, она всё сделает сама?

— Оля, давай договоримся: если сейчас всё пройдёт нормально, я через часик заберу тебя отсюда и увезу в городской ресторан «Чайка», где у нас уже давно заказан столик.

— Часик⁈ Да я из коровника раньше полуночи точно не выберусь, — не поверила Ольга.

В этот момент голландская рогатая дала понять, что всё началось, и Ольга рванула к ней на помощь. Первый телёнок появился как положено, и Ольга с зоотехниками просто помогла новорождённому ничего не повредить. А буквально через пятнадцать минут на свет появился идентичный первому экземпляр.

Конечно, Ольга пыталась остаться после осмотра новорождённых и проследить за ними, но я настоял на выполнении договорённости. В конце концов ей пришлось сдаться: оставить приплод на попечение зоотехников и уйти со мной.

— Нет, ну вот как ты это делаешь? — в третий раз повторила Ольга, пока мы возвращали инструмент и медикаменты в ветеринарный пункт.

— Я же тебе говорил: слово правильное знаю, которое надо шепнуть. Да и если уж честно, то это слово на весь женский пол нужное воздействие имеет, — признался я максимально таинственным голосом и, открыв машину, помахал Ольге букетом.

— Так вот как ты меня завоевал, — сказав это, Ольга упёрла кулаки в бока, невольно выпятив рвущиеся из-под лёгкой блузки груди и подчеркнув тонкую талию.

— Оля, в твоём случае мне и шептать ничего не понадобилось.

Конечно, после провокационной реплики меня едва не отходили собственноручно купленным букетом роз. А успокаивать девушку пришлось вручением коробки с пирожными, которые Ольга тут же отнесла в бытовку, внимательно следящим за нами через окошки работницам фермы.

Усадив девушку в машину, я отвёз её в отчий дом, передал завёрнутые в бумагу подарки и, получив приказ заехать за ней в семь, покатил к дому знахарки.

Перед поездкой в город мне надо было помыться, переодеться и подготовиться. Кроме того, пересечься с Матрёной и рассказать о странном персонаже, увиденном во время последнего ритуала погружения.

В ресторане мне предстояло не просто провести время со своей девушкой, но заодно пообщаться с акулой пера, которая, узнав от Ермакова суть проблемы, наверняка уже смоталась в нужный архив и нашла интересующую меня информацию о подозрительных несчастных случаях, произошедших в районе за последние десять-пятнадцать лет.

Подъезжая к дому Матрёны, я обнаружил у холма старенький автобус, встречавшийся мне раньше в лесхозе. В курившем рядом водителе опознал одного из мужиков, которого мы месяц назад кодировали с Матрёной от алкогольной зависимости.

— Фёдор, а ты чего здесь? Неужели решил раскодироваться и снова вернуться в объятья к зелёному змею? — поинтересовался я у водилы.

— Да ни в коем случае. Я только с женой и тёщей помирился. Бревно для стройки выписал на работе. Сруб для бани начал рубить. Если пьяный на рогах домой припрусь, меня даже во двор мои бабы не пустят.

— А чего тогда приехал? — спросил я, уже покопавшись в его мыслях и зная ответ.

— Да вот, пол автобуса наших лесхозовских мегер к вашей знахарке привёз, — ответил Фёдор, при этом с опаской зыркнув на дом, стоящий на холме. — Они сегодня с утра контору лесхоза штурмом попытались взять. Потребовали им дать транспорт, чтобы к знахарке поехать. Ну наша директриса пошла им навстречу и меня после обеда выделила.

— Ясно, — проговорил я, начав подниматься по отсыпанной гравием дороге на холм.

Во дворе я увидел следующую картину. Те представительницы разновозрастного женского рода, которых Матрёна уже приняла, расселись на лавочках под яблоней. А остальные ожидали рядом со входом в каменную комнату с печкой, находящуюся под домом.

Потрепав виляющего хвостиком Симбу по холке, я оценил настрой стоявших в очереди женщин и понял, пробиться сквозь них к Матрёне мне удастся только с боем, при этом применив дар и топор одновременно. Разумеется, этого делать не хотелось. Да и заходить в момент приёма знахарки как-то не привольно.

Выручила меня Машка. Выйдя из приёмного отделения знахарской медицинской службы с корзиной, нагруженной привезённой клиентками снедью, она заметила меня и сразу подошла.

— Машка, что здесь происходит? — спросил я.

— К Матрёне с утра народ повалил как никогда раньше. Сначала местные, а после обеда целый автобус лесхозовских приехал. Яиц, домашней колбасы, сала, сыра, масла и прочей снеди, которой они в уплату привезли, нам на ползимы хватит.

Машка по моему заданию вернулась в комнатку под домом и через пять минут оттуда появилась Матрёна. Приказав бабам ждать и не галдеть, знахарка подошла ко мне.

— Лёшка, теперь ты сам видишь, что мы натворили? — сходу выпалила она.

— Матрёна Ивановна, надеюсь, твоя популярность быстро сойдёт на нет.

— Да конечно. Слухи по району про меня пошли. Дескать, это я, бабка старая, детей малолетних из лап смерти вырвала. Думаю, такое столпотворение здесь месяц продержится. Я, конечно, знаю, как отвадить бабьё ко мне толпами валить, но быстро подорвать свой авторитет не получится. Но это не главное. Среди тех, кто хочет избавиться от сглазов всяких, приворотов и проклятий надуманных, приходят люди, которым и правда нужна помощь. Душевную боль я сама снимать умею. Да и женские болячки подскажу, как подлечить и к кому из врачей в городской поликлинике обратиться. А исцелять что-то сложное не смогу, да и тебя вовлекать не стану.

— Почему не хочешь меня вовлекать? Я, когда в селе, смогу помочь. Только пальцем укажи кому и всё подготовь, — искренне предложил я, но Матрёна отрицательно замотала головой.

— Нет, Алёшка. Так с твоим даром поступать нельзя. Мне ещё наставница покойная говорила: несмотря на целительский дар, потоком пациентов принимать нельзя, иначе дар прятаться начнёт. А серьёзно исцелять можно только тех, кого тебе самому захочется.

— Матрёна Ивановна, так я и не собираюсь всем без разбора геморрой лечить. Но если дело коснётся ребёнка или хорошего и нужного для дела человечка, то обращайся. Я тебе доверяю выбор кандидатур, ну а дальше как получится.