Экстрасенс в СССР 6 (СИ) - Подус Игорь - Страница 2

Боцман согласился, затем встал у входа в гостиницу и закурил, дав мне возможность зайти в ресторан первым. Проникнув внутрь, я поздоровался с официанткой и в тот же миг получил от неё порцию перехваченных мыслей.

Принимая заказ у командировочных, симпатичная девушка с неприязнью посматривала на столик кавказцев. Как я понял, к официантке давно клеился цветочник, и когда он сбежал несколько месяцев назад, она вздохнула с облегчением. А вчера он снова появился, и возобновились навязчивые приставания с зазыванием в номер люкс.

Приняв эту информацию на заметку, я, не показав своего лица гостям из солнечной Грузии, прошёл прямиком к бару. Несмотря на расстояние в десяток метров, сработала экстрасенсорная память, и я автоматически настроился на прослушивание его мыслей.

— Тебе как обычно? — спросил бармен после того, как мы поздоровались.

— Ага, сделай свой фирменный кофе с коньячком и расскажи, чего тут нового случилось.

— С твоего последнего посещения прошло всего два дня, так что новостей не много накапало. Первая — пошёл слух про нашего начальника ГАИ, который вроде как ушёл в очередной запой. Ну а вторая — вон за тем столиком сидит.

Бармен кивнул на посетителей, громко разговаривающих по-грузински.

— Вроде в субботу я цветочника в ресторане не заметил.

— Реваз в воскресенье заселился, как только его любимый номер люкс освободился. Мне администраторша гостиничная Маргарита рассказала, что он этот номер две недели ждал и всё это время торговать цветочками на наш рынок из Смоленска приезжал.

— Ну и как гость нашего маленького города себя ведёт? — спросил я, вспомнив невесёлую официантку.

— Гость? — бармен фыркнул. — Да Реваз всегда вёл себя здесь как хозяин города. Оно и понятно: доходы у него не чета нашим. Вот он деньгами и швыряется. Я как-то раз слушал его пьяное бахвальство. Оказывается, он в абхазском колхозе всё оптом закупает за сущие копейки, а потом нормальный букет мимоз, тюльпанов или гвоздик, которым цена по себестоимости пятьдесят копеек, за три рубля здесь продаёт. Про розы я вообще молчу: с каждого рубля Реваз десятку навара имеет.

— Значит, как хозяин города себя ведёт. И что местные это терпят?

— А кто на него будет бочку катить? Директора нашего рынка он финансово заинтересовал. Те милиционеры, что за базаром присматривают по долгу службы, тоже явно не в накладе. А с нашим партийным начальством он уважительно себя ведёт. Жаль, что на нас это не распространяется.

Бармен посмотрел с сочувствием на ту самую молодую официантку, которую Реваз зазывал подняться в номер.

— Насколько я знаю, он чаевых для персонала не жалеет.

— Не жалеет, но с каждым разом ведёт себя всё наглее. Не знаю, как он на родине с женским полом обращается, но здесь регулярно всех красивых девушек хлопает по задницам и зазывает в номер.

Разговаривая с барменом, я немного покопался в голове цветовода и вот что выяснил. В прошлый раз он уехал из нашего гостеприимного городка из-за невозможности нормально функционировать и продавать цветы. Решив, что у него тяжёлая форма дизентерии, Реваз подался на родину лечиться, сдав весь товар оптом работающим в Смоленске соотечественникам.

Прибыв домой, он целый месяц промучился, но обращения к местным медикам пользы не принесли. Как оказалось, излечил его от моего подарочка некий живший в горах древний дед, слывший в республике целителем. Не знаю, может, и правда этот аксакал помог ему целебными винными клизмами, или организм Реваза сам начал справляться, но в конце концов он почувствовал себя лучше.

Первоначально возвращаться в наш городок с цветочным бизнесом он не хотел, но, узнав от соотечественников, что его место на рынке хотят прибрать некие армяне, не выдержал и вернулся. А теперь, по прошествии двух недель торговли, он решил расшириться и реально собирался прикупить себе здесь дом. Используя его как базу, Реваз вознамерился с помощью грузинского решалы поставить свои точки по торговле цветами в нескольких соседних городках.

Кроме того, Реваз реально собирался не просто вести беспорядочную половую жизнь, но завести несколько постоянных наложниц по всей области. Он мечтал по-настоящему оторваться вдали от родины. С целью расширить бизнес солидный глава семейства привёз из Грузии своего двоюродного брата, недавно вернувшегося после отбывания срока по воровской статье.

Похоже, моё первое предупреждение в виде проблем со здоровьем на цветочника не подействовало. Едва оклемавшись, Реваз захотел намного больше, чем имел раньше. Выходит, на этот раз придётся действовать жёстче.

Я понимал, что если торговлей цветами планомерно не занимается государство, то эту сверхдоходную нишу обязательно кто-то займёт. Но и отдавать эту тему такому ублюдку, как Реваз, точно не вариант.

На нашем городском рынке каждый сезон торговали фруктами приезжие из южных республик СССР. И они почему-то не ставили себя выше местных. Конечно, эксцессы случаются, но это не становилось систематической проблемой. А Реваз с поддержкой формировавшейся в Смоленске диаспоры явно собирался ею стать.

Может, вообще стоит поговорить с Жуковым насчёт постройки на территории колхоза зимних теплиц, выращивающих цветы круглогодично? Думаю, со временем это может открыть для колхоза дополнительную статью дохода.

Пока я размышлял, в зал ресторана вошёл Боцман. Направившись прямиком к грузинам, он поздоровался, и когда его пригласили за стол, уселся на свободный стул.

Я пил кофе с коньяком и слушал разговор дистанционно с помощью своего дара. Одновременно с этим — поверхностные мысли собеседников раскрывали их истинные намерения.

Боцман не стал тянуть и начал договариваться о возможной сделке по покупке дома. В ответ ему не грубили и разговаривали как с давним другом, но вот только реально дом Реваз покупать явно не собирался. Вместо этого он предложил сегодня ударить по рукам, а завтра у нотариуса составить правильную бумажку, делающую его новым собственником. Взамен хитрый генацвали обещал явиться вместе с Боцманом в смоленский ресторан и помочь решить все проблемы.

Налицо было полное разводилово: ведь, несмотря на обещание всё уладить, грузинский решала найдёт за что зацепиться, и оставшийся без дома мореман останется не просто без аппаратуры, но ещё и в долгах. Боцман не был дураком и отлично всё понимал. Попытался отказаться от помощи и предложил дать разумную цену за дом, но в ответ получил предложение в семь тысяч рублей.

Всё это обсуждалось неспешно, с перерывами на длинные тосты за здоровье и обильную трапезу. При этом в беседе несколько раз промелькнули намёки про Снежану, заставляющие Боцмана скрипеть зубами. Таким образом с начала беседы прошло полтора часа. И только по прошествии этого времени мореман окончательно пришёл к выводу, что его буквально загоняют в угол.

Чувствовалось, как он едва сдерживается, чтобы не начать грубить грузинским гостям с целью затеять драку. Я попытался дистанционно гасить разыгравшиеся эмоции, но мне начал мешать фон, идущий от набившей ресторан публики. Несмотря на понедельник, после семи пришли музыканты группы «Восход» со своей солисткой, и в Чайке загремела современная музыка.

Всё это не позволяло контролировать Боцмана, а после того как танцпол заполнился танцующими посетителями заведения, контакт полностью прервался. При этом с каждым новым тостом, моряк всё жёстче смотрел на Реваза, пытавшегося грубо приобнять официантку.

На мой взгляды, Боцман не реагировал. Подойти лично я не мог, ибо в голове уже возник план действий, не позволявший попадаться грузинам на глаза. Пришлось действовать по-другому. Скользнув вдоль танцпола, я увернулся от пышногрудой работницы советской торговли, попытавшейся вовлечь меня в разудалый танец. А добравшись до сцены, сунул бас-гитаристу червонец в карман пиджака, шепнул на ухо пару слов и направился назад.

Следя за начавшим сжимать кулаки Боцманом, я просидел возле бара несколько минут, готовый в любой момент прийти к нему на помощь, и вздохнул с облегчением, когда после композиции «Мой адрес — Советский Союз» бас-гитарист начал объявлять лезгинку, заказанную специально для дорогих гостей из солнечной Грузии.