Та, кто грезила в терниях (ЛП) - Дарлинг Доун - Страница 10

— Что ты с ней сделал?

Китт ходил вокруг неё кругами, размытым движением, от которого поплыла голова, пока она пыталась не отрывать от него взгляда.

— Ты знаешь. Ты видела, как я вырвал её сердце.

— Да, но я также знаю, что ты можешь выбирать, кому жить, а кому умереть.

— Тогда ты должна знать, что я позволил ей умереть.

— Я тебе не верю, — покачала она головой.

Холли выпрямила спину, позволяя себе поверить в то, что говорила. У Китта было больше причин оставить Венди, чем избавиться от неё. Он должен был знать, что Холли вернётся за сестрой, а нужна ему была именно она.

— Так вот почему ты вернулась? — вся зловещая игривость, ещё оставшаяся на его лице, исчезла, а буря, назревавшая над головой, вспыхнула молнией. — Ради неё?

Её рот приоткрылся, она застыла, пытаясь сложить воедино смысл его вопроса. Она полагала, что Китт знал о предательстве Майлза. Что он выжидал, пока Холли выбросит на берег, чтобы добраться до неё.

— Ты не знаешь, почему я здесь? Как я здесь оказалась?

— Конечно, знаю, — выпалил он, его глаза метнулись к грохочущему небу, губы сжались в тонкую линию.

Лжец. Он не знал о Майлзе, а значит, сказанное было правдой, и её сестра дышала. Холли нужно лишь оставаться в живых достаточно долго, чтобы найти её.

Медленно она проглотила свой страх и спросила:

— Что ты теперь собираешься со мной делать? Ты не можешь наказывать меня вечно.

Его взгляд прицепился к ней стремительно, как гадюка. Впервые с тех пор, как она ступила на этот остров, она не могла его прочитать.

— Не вечно, — пообещал он. — Всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

Очередные пустые угрозы. Если бы Китт хотел её смерти, они бы не спорили, и, чёрт возьми, это раздражало ещё сильнее.

С фырканьем она добавила:

— Не могу поверить, что я когда-то…

— Когда-то что? — шагнул вперёд Китт, нависая над ней.

Дрожа, девушка сжала пальцы в кулак и сказала слова, которые никогда не думала произнести вслух:

— Любила тебя. Как я вообще могла? Ты воплощение зла.

Внезапный раскат грома пустил дрожь по земле, и Холли споткнулась, рухнув спиной в кучу колючих кустов. Воздух вырвался из лёгких, сотни крошечных шипов впились в кожу, и она вскрикнула от боли. Не впервые она заметила, что погода отражает его настроение, но в последний раз это случилось в ночь их первого поцелуя, и ещё никогда это не сотрясало землю вот так.

Она закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки, вдыхая его мускусный запах, смешанный с дымом костра и медовой дыней, и стараясь игнорировать воспоминание о ночи, когда он впервые её поцеловал.

Китт говорил, что никогда не сможет чувствовать подобное. Что не умеет быть нежным. И всё же той ночью у лагуны, когда она снова и снова ловила на себе его взгляд через камни, Холли почувствовала, что что-то изменилось. Когда остальные направились обратно в лагерь, она задержалась с ним, и живот переворачивался каждый раз, когда его пальцы задевали её руку или он склонял губы к её уху, чтобы прошептать шутку. Сколько раз той ночью он толкал её плечом в плечо, а она упивалась его жаром?

Шары фей дрейфовали вокруг них, ловя мимолётные отражения на неподвижной поверхности, пока они сидели на камнях, опустив ноги в тёплую воду. Она никогда не считала себя храброй, пока не повернулась, не запустила руки в его взъерошенные грубые волосы и не придвинулась на пару сантиметров.

Она знала, что не стоит подходить так близко, но на этот раз он её не оттолкнул. Напротив, его глаза стали вдвое шире, губы приоткрылись, когда он придвинулся ближе, и его мизинец скользнул по её мизинцу на камне.

Капли дождя легли девушке на плечи, и она взглянула на тёмное небо, гадая, не испортилось ли его настроение, пока не посмотрела на Китта снова и не поняла, что он не отвёл глаз. Более того, его взгляд опустился к её губам, и через секунду, пока она не успела сделать следующий вдох, он запустил пальцы в её длинные, тронутые солнцем волосы и прижался губами к её губам.

От воспоминания у неё в животе закружились бабочки. Холли хотела, чтобы они сдохли.

— Посмотри на меня, — крикнул он.

Она подняла подбородок, сжав челюсть так крепко, что под кожей дёрнулась мышца, и встретила его взгляд глазами, полными яда. Пальцы сжались в кулаки по бокам, ногти впились в ладони полумесяцами, пока она отталкивала воспоминание в самые дальние уголки души.

— Если я такой злой, Дарлинг, тогда почему я устраиваю тебе вечеринку по случаю возвращения домой?

Все слова, которые она уже была готова выплюнуть ему в лицо, умерли в горле. Она была готова сражаться с Киттом, но не была готова встретиться со своей семьёй.

— Нет. Я не могу их видеть.

Китт склонил голову набок и с тревожащей ухмылкой сказал:

— Пора как следует поприветствовать тебя на острове.

Прежде чем она успела возразить, пальцы Китта впились в мягкую плоть под её коленями, и вдруг мир перевернулся. Кровь прилила к голове, когда её живот столкнулся с его плечом. Её кулаки нашли его спину, раз, другой, но толку не было. Единственным ответом Китта стал низкий смешок, завибрировавший через его тело, когда он перехватил девушку выше за бёдра.

— Не смей! — взвизгнула она.

— Ещё как смею, Холли Дарлинг, — усмехнулся он, прежде чем скользнуть рукой выше и обхватить её задницу.

— Китт!

Сквозь крупные пальмовые листья проступили всполохи оранжевого и боевые кличи, пока Китт нёс её через заросли шипов, а буря медленно отступала в ночь.

— Угадайте, какую мерзкую тварь я нашёл бегущей по лесу, — крикнул Китт, входя на большую поляну и поворачиваясь так, чтобы она могла их видеть.

Уоррен и Брэм вышли из-за плющевых занавесей своих домиков на деревьях, а Ава, Феликс, Кай и Майлз стояли вокруг костра, их лица были раскрашены ягодами или кровью.

Майлз.

Его глаза встретились с глазами Холли, затем он отвёл взгляд. Холли не знала, что происходит между ним и Венди, и не совсем понимала глубину его предательства по отношению к Китту, но собиралась это выяснить.

Воздух вылетел из лёгких, когда её с глухим стуком бросили на землю. Кашляя, она приподнялась, следя глазами за Киттом, который отошёл на несколько шагов перед ней и широко развёл руки.

— Подойдите и тепло поприветствуйте Холли дома.

Ава приблизилась первой, с копьём в руке, слёзы стояли в её сосредоточенных серо-голубых глазах, полные губы исказились в рычании, когда она ударила Холли ботинком в живот и отбросила назад, плюнув ей в лицо.

— Как ты, сука, посмела вернуться сюда?!

Боль разошлась от живота. Ботинок Авы едва не заставил желчь подняться к губам. Но сокрушительная тяжесть слов Авы осела глубоко в груди, крадя дыхание сильнее, чем когда-либо мог бы этот удар. Конечно, она оказалась первой в очереди после Китта, чтобы разделаться с Холли. Ава была самой жестокой из них всех, не считая её близнеца Феликса.

Было больно видеть, как все они стоят там, с отвращением, вырезанным на лицах. Объяснение её ухода застряло в горле, слова так и не сложились на языке. Что бы она ни сказала, это ничего не изменит. Важны для них были только Китт и его настроение, которое, вероятно, влияло и на них.

Сквозь занавес длинных тёмных прядей налитый кровью взгляд Авы прицепился к её, а потом медленно переместился к Китту.

— Почему она вернулась?

— Вот это мы и выясним, — вмешался Майлз до того, как Холли успела ответить, и в его тоне звучало предупреждение. Нет, не предупреждение. Едва заметная мольба молчать. Холли задумалась, как далеко он зайдёт, чтобы сохранить свой секрет.

— Ава, — сказала Холли, выплёвывая имя, когда Уоррен шагнул в её поле зрения. Милый Уоррен, который когда-то оставлял ей подарки, найденные на острове, теперь смотрел на неё с ядом, поглотившим его карие радужки. Чёрные волосы отливали синим в лунном свете, мышцы напряглись под коричневой туникой, а домашняя змея обвилась вокруг шеи. Он протянул руку, чтобы девушка схватилась.