Пышка на курорте. Роман для Бывшего! (СИ) - Черри Анна - Страница 9

достатке, и ты быстро переметнулась к нему. Вот и получается, что деньги ты любишь больше,

чем Рому да и Илью, — я говорила тихо, но чётко и с снисходительной ноткой в голосе.

И при этом не сводила внимательного взгляда с неё.

— Я не могу жить в нищете. И какая разница на любовь в таком случае? Да и что ты вообще в

этом понимаешь? Я… Я… — Карина задохнулась от злости, доведённая до предела.

Но нужно было ещё чутка её подтолкнуть, чтобы услышать главное.

— А-а-а-а-а, теперь я поняла! Теперь-то у Ромы деньги появились, и ты вот она? Ну да, а

что, Рома моложе и красивее Ильи, — я специально подчеркнула именно это, вновь нанося удар

по самому больному. — Денег тоже у него стало больше. Вот и пытаешься переметнуться, да? А

тут обломчик такой в виде меня появился. Вот и бесишься?

Я видела, как она буквально кипит от ярости, и это придавало мне сил.

— Да какой обломчик? Ты себя-то в зеркало видела, корова? Он всегда любил только меня и

сейчас просто назло делает! И мне ничего не стоит вернуть его обратно! — ядовито процедила

сквозь зубы она.

— Так что же тогда не возвращаешь? Только языком треплешь, — я усмехнулась, чувствуя, как

разгорается азарт.

— Вообще-то уже почти вернула, — зло усмехнулась злобная ведьма. — Осталось только тебя

спровадить.

И она вновь двинулась на меня, желая… Да не знаю я, что она желала сделать.

Кинуться драться? Выцарапать мне глаза? Или она сама не понимала?

В любом случае пора было завязывать, ведь главное я получила и ввязываться в крайности я не

желала.

— Не выйдет, — надменно-радостно улыбнулась я, и это заставило Карину замереть на месте.

Она явно не понимала, почему я себя так сейчас веду.

Что же… Пора вытаскивать туз из рукава.

Я достала телефон из сумки и быстро отправила данную запись Лене. Пальцы слегка дрожали от

волнения, но я заставила себя быть спокойной.

— Я тут кое-что интересное записала, — и включили данную запись для Карины.

Голос ведьмы, её ядовитые, злые слова разнеслись по уборной, и я увидела, как её лицо

побледнело.

Она попыталась выхватить телефон, но я быстро убрала его обратно в сумочку.

— Данная запись уже отправлена моей подруге. И если ты от нас с Ромой не отвалишь,

следующий, кто прослушает эту запись, будет Илья. И тогда останешься ты и без Ромы, и без

Ильи, одна у разбитого корыта!

— Ты… Ты… — задохнулась от злости она, переведя испепеляющий взгляд с меня на телефон в

моих руках.

Она моментально покрылась красными пятнами. Это явно было последней, крайней степенью

бешенства.

Она вновь дёрнулась ко мне, сжимая кулаки так, что костяшки побелели, но замерла, вся

трясясь.

И в её глазах было всё… Всё то, что можно испытывать к человеку, которого готов прибить на

месте за то, что портит тебе все планы и надежды на лучшее будущее.

Её взгляд вновь упал на телефон, после на меня, и она выдохнула с дрожащей яростью в

голосе:

— Ненавижу…

С этими словами она резко развернулась и бросилась к двери.

Она сделала свой выбор.

Глава 10

Возвращаясь к столику, за которым меня ожидал Рома, я с тяжёлым сердцем и жутко переживая.

Меня терзали сомнения, и это сводило с ума.

С одной стороны, я считала правильным ему всё рассказать. Он должен знать, что происходит и

что может ему угрожать.

Да, я Карину воспринимала как угрозу.

Кто знает, что она может ещё выкинуть в порыве злости или недалёкого ума?

С другой, мне совершенно не хотелось становиться тем человеком, который будет рассказывать

такие гадости про его бывшую любовь. Про ту девушку, из-за которой его до сих пор ломает.

Это ведь очень тяжело такое слышать. Тяжело и, может быть, ужасно больно.

И хотелось его от этого защитить.

Но… Всё же, как только я подошла к нашему столику и встретилась взглядом с Ромой, то

осознала, что обязана ему всё рассказать.

Это его жизнь.

Его право знать.

— Что-то случилось? — с его лица тут же слетела весёлая улыбка.

Он явно понял по моему грустному выражению и потухшему взгляду, что со мной что-то не так.

Я села напротив него и, достав телефон, положила его перед ним с записью разговора. Пальцы

всё ещё дрожали.

— Что это? — напряжённо спросил он, глядя на мой телефон. Его голос стал ниже, в нём

появились стальные нотки, которые я не слышала у него раньше.

— В уборной я встретила Карину. Не знаю, как она меня там нашла. Может, случайно увидела на

улице или… здесь была. Не важно. Важно другое, — я тяжело вздохнула, а он перевёл тяжёлый и

такой понимающий взгляд на меня. — Важно то, что она сказала мне.

— Я так понимаю, это запись вашей беседы? — как-то грустно улыбнулся он, откинувшись на

спинку стула и сложив руки на груди.

— Да, — подтвердила его предположение. — И этот разговор будет тебе очень неприятен. Она

была зла, а я подливала масло в огонь, чтобы вытащить всю правду наружу.

Рома посмотрел на меня… Как-то по-особенному.

В его взгляде не было злости или осуждения — только что-то похожее на благодарность,

смешанную с сожалением.

А после вернул телефон мне обратно.

И под мой удивлённый взгляд усмехнулся и сказал:

— Я знаю, что там. Знаю, что Карине надо, и нет смысла это даже слушать.

Я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Я ожидала любой реакции — злости, боли,

отчаяния, — но только не этого.

Не этого спокойного принятия.

— Так ты всё знал с самого начала? — удивилась я и почувствовала укол в сердце.

Почему-то стало больно.

Больно от понимания, что этот невероятный мужчина до сих пор любит эту мерзкую гадину.

Любит и готов простить ей всё. Даже то, что она его предала, ушла к его врагу, а теперь,

когда у него появились деньги, пытается вернуться обратно.

А раз так, то значит ли это, что он её обратно примет?

Ну, судя по его словам, думаю, что скорее да…

Стало обидно за него. Он ведь очень достойный человек. И прощать… Принимать такое…

Рома достоин большего! Намного большего!

— Мне жаль, — прошептала я бесцветным голосом и, забрав телефон, бросила его обратно в

сумочку.

— Мне вот другое интересно, Крис. А зачем ты это сделала? — и под мой удивлённый взгляд

пояснил: — Зачем ты записала ваш разговор?

Я подняла на него глаза, пытаясь понять, что он имеет в виду.

Его лицо не выражало гнева, только искреннее любопытство.

— Ну, во-первых, чтобы ты сам всё услышал и узнал правду, а во-вторых, это твоя защита от

неё, ведь если Карина не отступится от тебя, то я угрожала, что эта запись окажется у её

Ильи, — пожала я плечами.

— Ты ради меня всё это делала, — с непонятной интонацией сказал он.

Наверное, это всё же не было вопросительно произнесено, скорее всё же утвердительно.

— Крис, ты просто невероятна! И я безумно рад, что ты именно такая. Что я не ошибся в тебе,

— и с такой теплотой он мне улыбнулся при этих словах, что я растерялась, не понимая, как

реагировать на такие резкие изменения.

Чему он радуется-то?

— И не смотри на меня так, словно я умом тронулся, — засмеялся он, уперев локти на стол и с

интересом рассматривая меня. — Когда мы с тобой встретились, я уже знал про Карину. Понимал

всё. Замечал её взгляды на себе, понимал, какая она и что ей нужно. Это раньше я не видел её

истинного лица, но жизнь всё расставила на свои места и открыла мне глаза.

— Эм… Но при этом ты продолжал любить её? — с сочувствием спросила я, понимая, как ему было

больно от этого и в тоже время всё не понимая его реакции и этой задорной улыбки.

— Да, — легко согласился он. — Да, ты права. Любил. Это нужно признать. Но в том-то и дело,