Основано на реальных событиях (СИ) - Салах Алайна - Страница 9

Вечеринка сворачивается ближе к полуночи. К этому времени потенциал веселья напрочь покинул именинницу, и она заснула на кушетке рядом с туалетом.

Женя погружает ее в такси вместе со всеми подарками, прощается с гостями и отдельно, очень долго извиняется передо мной за то, что его жена вероломно оставила меня без подтанцовки. Как преданный друг семьи, он очевидно чувствовал ответственность за то, чтобы мое караоке-шоу удалось.

После отъезда главной пары гости один за другим начинают стекаться на парковку: перекурить, подождать такси, вдохнуть свежего воздуха и наконец нормально друг друга услышать.

— Рит, дай мне тоже, а? – Я выразительно смотрю на пачку, которую Маринина сестра достает из сумки. Я не курю, но сейчас почему-то хочется. Эйфория от недавнего опьянения прилично смазалась и хочется постараться ее вернуть.

Она с готовностью протягивает мне пачку с тонюсенькими сигаретами. Я вытаскиваю одну, макаю кончик в пляшущий огонек зажигалки и осторожно затягиваюсь.

Сладковатый дым раздражает горло и размывает лица вокруг. То, что нужно, чтобы не слишком обращать внимания на Влада, который на меня уставился.

Он не любит курящих, еще больше, чем пьяных, и наверняка решил, что я назло ему решила броситься во все тяжкие. Я конечно не назло. Просто исследую все законные способы справляться с непростым состоянием.

А в целом, пусть привыкает. В моей жизни со временем появятся вещи, которые наверняка будут ему не по нраву: например, другие привычки, новые друзья и даже новый мужчина. А при удачном раскладе у меня даже появятся дети от последнего.

Я затягиваюсь глубже и ожидаемо начинаю кашлять.

Влад всегда любил детей. Если на каком-то из дружеских сборищ обнаруживался ребенок, он непременно с ним играл. Это не имело ничего общего с показухой или желанием помочь родителям. Ему действительно нравилось проводить время с детьми больше, чем сидеть за столом.

— Марина конечно отметила юбилей с размахом, — со смехом замечает Рита, стряхивая пепел с посеревшего конца сигареты. – Я на свой прошлый день рождения тоже, кстати, уснула, только у себя дома. Лучший праздник на моей памяти. Я так выспалась.

Я выдуваю никотиновое облачко в сторону, прослеживая, как у обочины останавливается такси, чтобы принять первую партию уезжающих. Своевременное напоминание о том, что и мне пора вызывать свое.

— Тебе в какую сторону? – спрашивает Рита, заметив, что я разворачиваю приложение. – Мы, если что, можем тебя подбросить.

— Нам точно не по пути, — я отрицательно качаю головой. – Я теперь живу в другом районе.

Ценник на двадцатипятиминутную поездку назначен аховый, поэтому я решаю выждать еще минуту. Так бывает, что спустя какое-то время стоимость резко падает. И я точно не рассчитываю на то, что Влад, который не пил и который по непонятной причине дождался конца празднования, предложит меня подвезти.

Я делаю последние неспешные затяжки, так же неспеша тушу окурок о край урны, обмениваюсь еще парой фраз с Ритой и затем снова открываю приложение. Не взглянув на цену поездки, я решительно нажимаю «вызвать». Минута прошла, а значит нет смысла ждать лучшего.

Рита прощается и отходит к мужу, оставив меня наблюдать за проезжей частью. Такси обещает быть через три минуты, так недолго мне стоять здесь одной.

Чужое приближение я улавливаю по ощутимой вибрации в плечах и пояснице. Мою тень, расплывшуюся по проезжей части, накрывает громадным пятном второй, и почти сразу раздается сипловатый голос Влада:

— Тей, давай довезу.

Я делаю глубокий вдох, прежде чем повернуться. Вдох, позволяющий мне собраться и отказать. Такси уже вызвано. Ничто не мешало ему предложить чуть раньше.

— Ты чуть-чуть не успел, Влад, — говорю я, глядя на его кадык, виднеющийся в расстегнутом вороте рубашки. – Машина уже ко мне едет.

— Так отмени.

Внутри взволнованно екает.

«Отмени». Вот так просто.

Эта фраза могла бы принадлежать старому Владу, который всегда понимал, чего хочет, и не любил усложнять. Даже когда я поддавалась эмоциям и накручивала себя, он с ходу развенчивал серьезность проблемы и предлагал самый короткий путь решения.

«Отмени». По большому счету я могу, да.

Я поднимаюсь глазами выше, встречаю его взгляд и, отчего-то смутившись, переключаюсь на телефон.

За отказ от поездки грядет небольшой штраф, но что уж теперь.

Очутившись в салоне его машины, я окончательно трезвею. Слишком много здесь знакомых запахов и слишком свежи воспоминания о том, что, стоя в пробках, мы подолгу держались за руки. Даже трахались тут однажды, когда Влад только-только приобрел этот танк и захотел его «освятить».

Кстати, в бардачке наверняка еще лежат солнцезащитные очки, купленные им на заправке. Свои я как-то забыла дома, и Влад предложил не мучиться и временно обойтись пластиковыми. Он и правда всегда находил самое быстрое и простое решение проблемы.

— Так и будем молчать? – спрашиваю я, отрываясь от огней, размазанных по стеклу.

— Ты клево пела, — отзывается Влад после заминки. – Завела всех гостей.

— Просто Мороз-мороз – это моя песня. А так ты прекрасно знаешь, что у меня нет голоса.

— Я бы поспорил. Ты ведь отлично поешь Happy birthday, — с улыбкой замечает он, намекая на четверостишие, которое я горланила в каждый его день рождения. Восемь лет подряд, в шесть пятнадцать утра – время, когда Влад родился.

Я хмурюсь и смотрю на свои запястья. Нет, это все какой-то бред. Я ведь съехала из нашей квартиры, и он даже не попытался меня остановить! Для чего он вообще предложил меня подвезти? Чтобы предаться ностальгии по хорошим временам? Или это такая попытка приятельствовать после разрыва? Сейчас мы мило поболтаем и сделаем вид, что безболезненно вошли в новую фазу, где каждый из нас существует по отдельности? Даже если Владу так действительно проще, я не обязана притворяться.

— Мы поэтому едем вместе? – глухо переспрашиваю я. — Чтобы обсуждать мои вокальные данные?

Поворотник монотонно щелкает в повисшей тишине.

— Я просто пытаюсь говорить.

Во мне снова вскипает бешенство. Он издевается?! Думает, я села к нему, чтобы разговаривать ни о чем? Даже если бы он совсем меня не знал, то мог бы догадаться, что сейчас не та ситуация, чтобы просто коротать время вместе. Если он не хочет ничего важного мне сказать, какого черта пришел за мной? Мое душевное равновесие стоит куда дороже, чем тысяча, которую я не потратила.

— Поговорить я могла и с таксистом. Ты же всерьез не думаешь, что мне было так важно сэкономить на поездке.

И снова молчание. Влад хмуро всматривается в лобовое стекло. Несмотря на негодование, я помню об этой его особенности: в конфликтах или спорах ему требуется время на обдумывание ответа. Поэтому жду.

— Хорошо, — произносит он наконец. – Доедем до места, там остановимся и поговорим..

— За последние несколько месяцев я много говорила, — уже более спокойно возражаю я. — Хотелось бы наконец послушать тебя.

Двенадцать минут уходит на то, чтобы доехать до места, где я живу. Я знаю это, потому что каждую минуту смотрела на часы. Несколько месяцев я ждала, что Влад наконец выскажется. Возможно, он сделает это сейчас.

Машина останавливается возле подъезда. Влад глушит двигатель, затем открывает окно и теребит аромасаше, лежащее на консоли. Его мы купили в Таиланде. Мне понравился с запахом жасмина, но Влад настоял на сандале.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — хрипло произносит он, наконец взглянув на меня. — И не хочу разводиться.

— Почему?

— Думаю, ты и сама знаешь. Ты моя жена и ты мне дорога.

— Дорога… — эхом повторяю я, ощущая, как отчаяние снова берет меня за горло.

Мне дорога помощница Лиза, потому что она забирает на себя кучу бумажной волокиты, на которую у меня нет времени. Дорога моя машина, которая каждое утро отвозит меня на работу. Но если их вдруг не станет, я лишь ненадолго взгрустну и пойду искать им замену. Потому что дорожить неравносильно любить.