Старый добрый Цыпкин. Намек на собрание сочинений. Том 2. Придумано и написано в Москве - Цыпкин Александр Геннадиевич - Страница 6

В полночь Павлик взял в руки скрипку и сыграл для Вари, сидящей под самой елкой. А Маша мысленно задала Деду Морозу вопрос.

– Дедушка, а что я в этом году сделала не так, чтобы сегодня получить от дочки рисунок, от мужа шапку, а от тебя ежедневную теперь собаку и скрипку?!

Ее Новый год не задался. Ну, надо было хорошо себя вести…

Многие самые фантастические истории начинались с предельно тривиальных, в некоторой степени даже пошлых, событий.

Таня Грушинкина громко плакала в кафе на углу Калашного и Никитской. Хотя вру, она не плакала, а рыдала. Нет, ничего экстраординарного не произошло, мама предупреждала, что этим кончится. Разве можно доверять москвичу!..

А ведь все так хорошо начиналось.

Таня приехала на свадьбу подруги в Юрмалу. Гуляла по берегу моря. Не заметить ее было нельзя.

Безупречная внешность. Не придраться. Роста невысокого, но телосложению позавидовал бы Архимед, с его любовью к идеальной геометрии. Скажу так: на пляже мужчины зависали независимо от того, видели ли они Таню со спины или фронтально. Добавим предельно сбалансированное лицо и все его составляющие. К примеру, губы. Не тонкие, не толстые, не плоские, не выпуклые, не ровные, не изогнутые. Эти образцовые губы хотелось и целовать, и слушать в равной степени. Редкое сочетание. Обычно с девушками в чем-то идешь на компромисс.

А глаза! Лучше на них не попадаться. Потом не вырваться. Совершенно невозможно представить, чтобы кто-то, кроме высшего разума, разместил их максимально удобно для любого смотрящего, с их миндалевидным разрезом и цветом свеженарезанного укропа. Вы спросите, почему укропа. Отвечу: а почему нет?! Почему глаза должны обязательно ассоциироваться с васильками и орхидеями? Чем укроп провинился?! Извините, отвлекся.

Девушка была хороша собой, добра душой, да еще и не дура. Набор – жди беды, – привлекавший очень многих, в том числе и оболтуса Кирилла Копелькова, который приехал в Юрмалу в поисках янтаря и приключений. Завязался балтийский роман, вышедший за рамки романтического уик-энда, и Таня уже в третий раз приезжала к Кириллу на выходные в Москву. Время они проводили замечательно. Гостья столицы заранее покупала билеты на самые интересные, по ее мнению, спектакли. Потомственный москвич с удивлением узнал о богатой культурной жизни Москвы. Как это часто бывает, детские походы в Большой и Консерваторию надолго отбили у Кирилла желание приближаться к театральным кассам.

Обычно Таня приезжала в пятницу вечером, но, узнав, что Кирилл приболел, взяла отгул и решила устроить ему сюрприз. Прилетела утром, чтобы помочь простуженному юноше как можно быстрее встать на ноги. Помимо аспирина, Танечка планировала использовать самую доступную технологию лечения мужчины, о которой римляне писали: «Optimum medicamentum coitus est».

А далее, уверен, вы догадались. Когда Танечка вошла в квартиру (у нее были свои ключи), Кирилла по той же технологии излечивала другая девушка, которая, как потом выяснилось в дискуссии, радовала Кирюшеньку с понедельника по пятницу.

То есть Таня – услада выходного дня. Влада – буднего. Удобно. Грамотно. Ожидаемо.

Вот по этой самой причине Таня и сидела в кафе на углу Калашного и Никитской и громко рыдала.

– Девушка, это единственный стол для плачущих в этом ресторанчике, а мне срочно нужно порыдать. Я не помешаю? Вы чем плачете? Можно у вас стрельнуть пару слез? Свои дома забыл.

Макс был больше Тани раза в два. Знаете, встречаются иногда такие крупные атлетичные мужчины, с широкими костями, лицами и душами. От них веет спокойствием, уверенностью и надежностью. Так вот: Макс был не таким. Он просто с детства любил сладкое, во всех видах, и оно не хотело покидать его тело. Оставалось в нем. В чем-то Макс все же был геометрически безупречен. Похож на нашу планету. Из-за этой округлости решительно невозможно было определить его возраст. Где-то между двадцатью и сорока.

Таня даже не посмотрела на источник шутки:

– Садитесь, конечно, я уже ухожу. И простите, что порчу тут всем настроение.

– Что-то мне подсказывает, что кто-то его испортил вам, а тот факт, что вы сидите с чемоданом, не оставляет мне – как математику по образованию и логику по призванию – никаких других версий, кроме мужчины-подлеца. Я прав?

Заплаканная Таня наконец взглянула на Максима. «Вот ведь счастливый человек, смотришь на него – и хочется заказать десерт».

– Подлеца? Не совсем. Правильная версия – девушка-дура. Мужчина обычный.

А Макс между тем залез в разговор основательно.

– Это инь и ян. Если мужчина подлец, то он обязательно притянет доверчивую девушку, которая потом будет называть дурой себя. Рассказывайте. Мужчины-подлецы – предмет моего исследования и будущей книги.

– Вы что, психолог?

– Сочувствующий.

– Психологам?

– Жертвам психологов. Ну так что нового на ниве мужской подлости?

И Таня рассказала.

– Ну, любвеобильность не порок.

– Я же говорю – я дура. Но от этого не менее обидно. А еще у меня два билета на завтра на «Контрабас». Не хочешь сходить?

– Ого, как это ты их достала?

– Я упорная дура. Нашла. Ну что, пойдешь? Я просто так отдам.

– Я что, выгляжу некредитоспособным? А говорили, упитанность – признак состоятельности. У меня другое предложение. Только ты не удивляйся. И сразу не отказывайся. Ты просто не представляешь, насколько ты вовремя мне встретилась. Я предлагаю тебе пожить у меня на этих выходных.

– Ну ты бы хоть в театр со мной сходил сначала!

– Спокойно. Я сказал – у меня, я не сказал со мной.

– Максим, я, конечно, дура, но даже меня невозможно развести на «мы просто будем спать рядом». Извини. Всегда считала, что крупные мужчины – тонко чувствующие натуры. А ты начинаешь с того, что брошенную женщину пытаешься в постель затащить. Ничего святого!

– Ты можешь дослушать? Итак. Я сегодня вечером уезжаю в Варшаву на концерт. Вернусь в воскресенье. Квартира в твоем распоряжении. На «Контрабас» сходишь с моей сестрой или можешь даже с каким-нибудь парнем, если успеешь найти приличного. Более того, если он позовет тебя замуж, можешь привести его ко мне на ночь. Но только если позовет замуж! И я не спросил самого главного: у тебя нет аллергии на собак?

– Нет. А что?

– Да тут такое дело… Прости, я и правда решил воспользоваться твоим бедственным положением.

– Ну, рассказывай.

– Я только что отвез в гостиницу для собак своего пса. Впервые. Ну не с кем его было оставить. Он рыдал, когда я уезжал. Старый, я очень волнуюсь. Если ты останешься, я его верну домой, а ты будешь его кормить и выгуливать. Я был бы тебе очень благодарен. У сестры аллергия, родители уехали, друзья все в отказ.

– А девушка?

– Значит, ты согласна?! Ура!

– Почему это я согласна?!

– Потому что ты решила, наконец, узнать, есть ли у меня девушка, а значит, это единственное, что тебя останавливает. Какая у меня может быть девушка?

– А что с тобой не так?

– Это ЗОЖ-город. Значит, договорились?! Я живу тут недалеко. Мы сейчас тебя туда отвезем, и я съезжу за собакой.

– Как ее зовут?

Макс смутился.

– Ты будешь смеяться.

– Не буду, обещаю.

Макс взял паузу и прошептал:

– Фауст.

– Неожиданно.

– Ну да, есть у меня увлечение. Люблю игры.

– Ты слишком метафоричный для нашего поколения! Хорошо. Я согласна. И в театр я пойду с твоей сестрой, хотя идею насчет оргии я оценила. А что за концерт?

– Muse.

– Один летишь?

– Нет, с двумя девушками. У нас там своя оргия толстяков после концерта. – Макс рассмеялся. – С другом я лечу.

Они расплатились и поехали домой к Максиму.

– Ты что, живешь в высотке?! Сказал бы сразу, я бы и без собаки согласилась.

– Нет, но с видом на высотку, это круче.

Вид и правда был завораживающий, а квартира обычная, холостяцкая, но полная каких-то бессмысленных вещей, говорящих многое о смыслах, живущих в их хозяине: от тайских старинных платков, повешенных в рамку, до солдатиков. Старый виниловый проигрыватель и даже плюшевый дракон из «Игры престолов». А еще какие-то статуэтки, вазочки, бейджи с концертов, афиши. Куча хлама, иначе не скажешь.