Властитель. Том 5 (СИ) - Шурыгин Алексей - Страница 19

Ходящие по снам. Именно так называли таких как она. Естественные враги всех богов, чья сила исходит из Нави. Естественный враг Морфея.

Черпая силу из Нави, Морфей, как и другие подобные ему боги, вынужден был подчиняться некоторым ограничениям, но только не ходящие по снам. Их сила исходит из них самих, и когда они попадают в Навь, то легко и без всяких границ манипулируют реальностью. Слабость таких вот людей, только их далеко не бездонный магический источник.

Морфей был зол. Мало того, что один из столпов оказался ходящим по снам, так ещё и силы самого Морфея сейчас были нестабильны. Когда-то давно он не просто отказался от имени, дабы отречься от проигравшей стороны, всё было намного сложнее.

Несмотря на ощущение угрозы от следующей за ним по пятам ходящей по снам, он мысленно вернулся в те далёкие дни, когда его имя было при нём, вокруг жили и здравствовали старшие божества, а сам Морфей был совсем ещё юным богом и мог лишь мечтать о власти.

Когда старшие боги исчезли, а случилось это в один момент, всех обуяло отчаяние. Всех, кроме него, Морфея.

Хотя он и не понимал причин ухода старших богов, но знал, что один из них остался. Тот, кто не стал выбирать стороны и видел сквозь время.

Морфей верил, что ниша освободилась и можно встать на их место. Достаточно убить последнего старшего бога.

В принципе, так и вышло, пусть для этого и пришлось пройти через настоящий ад.

Так вот, Морфей тогда не просто отказался от имени в качестве символического жеста. Нет, всё было не так. Когда он настиг Хроноса, тот толком даже не сопротивлялся его атакам, лишь с лёгкой улыбкой отводил их от себя, будто Морфей для него являлся не более чем назойливым насекомым.

— Я не понимаю! Почему вы их не раздавите, как тараканов⁈ — возмущённый крик юного бога звенел под сводами белокаменного храма всех богов, что возвышался на самой высокой горе в мироздании — Олимп.

Седовласый Зевс с длинной кучерявой бородой тяжело вздохнул и посмотрел на раскрасневшееся от возмущения лицо Морфея.

— Без людей не будет богов. Лишь полубоги останутся. И те не сохранят своих сил. Божественность без людского рода, как рыба без воды, — голос прокатился словно гром по колоннам и полу, заставив те нервно вибрировать.

— Я не понимаю, — помотал головой Морфей. — Как это возможно? Тот же Хронос, у него нет никаких храмов.

Зевс поднял на Морфея тяжёлый, наполненный далёкими грозами и яростью стихии взгляд и покачал головой.

— Хронос, — он задумчиво почесал бороду, и между его пальцами проскочила молния. — Он не совсем бог. Хронос — это воплощение самого течения времени. Его существование не зависит от веры людей или их страхов. Пока есть время, он будет жить, хотя я не уверен, что бог времени вообще живой.

Несколько секунд Морфей надеялся, что Зевс скажет что-то ещё. Но когда понял, что тот не собирается больше ничего говорить, резко, возможно слишком, развернулся и покинул Олимп, как позже выяснилось, навсегда.

А потом были ожесточённые битвы, где его собратья гибли один за другим.

Много крови пролилось тогда. И людской, и божественной.

Вскоре старшие боги ушли. А Морфей так и остался без ответов. Потому как те ответы, которые он видел, он принять не мог.

Морфей не собирался мириться с ситуацией, и когда война была проиграна, решил открыть личную охоту на предателя Хроноса.

Он прошёл сквозь Навь, измерение, что подчинялось ему, но при этом так же хорошо, если не лучше, слушалось людских Ходящих по снам. Ещё одна причина для ненависти к поганому роду приматов, впрочем, таких причин у него было в избытке, и ещё одна особой роли не играла.

Звуки битв отгремели совсем недавно, поэтому Морфей не спешил, передвигаясь так, чтобы быть не замеченным.

И вот, наконец, он достиг убежища, где обитал Хронос. Никто не знал об этом месте кроме первого императора, но Морфей умел подглядывать даже сквозь личную защиту от кошмаров и не таких существ как первый император. Правда, пришлось потратить уйму времени, пока Владимиру, так звали этого выскочку, что возомнил себя выше богов и объединил дикое людское племя против высших сущностей — богов, не приснился нужный сон.

Морфей приготовил своё оружие, единственное, которое у него было, что ему выковал Гефест, и возник прямо перед Хроносом. Тот в этот момент спокойно пил чай, от которого исходил приятный травяной аромат, что разлетался по уютной небольшой комнате вместе с горячим паром.

— Вот и ты, — одними губами улыбнулся Хронос. — Это был вкусный чай. — После чего не спеша поставил чашку на стол.

В этот момент нервы Морфея сдали, и он активировал своё оружие, что внешне больше походило на сачок, каким ловят бабочек человеческие отродья.

Только его добыча была куда крупнее.

Реальность задрожала словно в испуге, и вокруг Морфея с Хроносом начали формироваться воронки.

— Это будет стоить тебе дорого, — равнодушно глядя по сторонам, произнёс Хронос. — Однажды, когда ты столкнёшься с новым врагом, ты пожалеешь о своём решении.

— Я заберу силу самого мироздания! — закричал Морфей, не в силах сдерживать борющиеся в нём противоречивые эмоции — от страха и гнева, до предвкушения и восхищения.

И было чем восхищаться. Несмотря на применённое, к сожалению одноразовое оружие, как его назвал сам Гефест: «последний довод», Хронос оставался невозмутимым. А ведь он должен был ощущать ту бездну энергии, которая на него сейчас обрушилась и что могла раздавить даже самого Зевса, бога богов.

— Как думаешь, — внезапно заговорил Хронос, — как ты получил это страшное, но одноразовое оружие? Почему Гефест вручил тебе столь ценный дар, что может убить практически любого старшего бога?

— Он сказал, что только я смогу им воспользоваться, — вспомнил он слова самого Гефеста.

— И не лгал, — кивнул Хронос. — Но ты никогда не задавался вопросом, как так вышло?

В этот миг реальность моргнула, и они оказались в месте, где небо и земля поменялись местами, как такое не редко бывало в Нави. Сейчас они стояли на пушистых облаках, Хронос всё так же невозмутимо, а вот Морфей… Он вспомнил тот день, когда Гефест позвал его в свою пещеру, что находилась внутри активного и вечно фонтанирующего лавой вулкана. Тогда между Морфеем и божественным кузнецом состоялся разговор.

— Скоро будет война с людьми, — произнёс тогда крепкий и приземистый Гефест, по привычке почёсывая свою короткую рыжую бородку. — И каждому богу потребуется оружие. Тебе я тоже подготовил.

После чего кивнул на стол, где лежал на первый взгляд незначительный и непримечательный сачок. Вот только стоило Морфею его коснуться, как он сразу понял: это не просто оружие, это смерть любому в этом мире.

— Это невероятно, — признательно поклонился Морфей, чувствуя, как его ноги подкашиваются от радости. С этим оружием он сможет убить даже…

— Это одноразовая вещь, так что распорядись им мудро, — произнёс тогда Гефест, а в его глазах что-то промелькнуло, но Морфей не обратил на эту мелочь никакого внимания. — Только ты его сможешь использовать и больше никто во всех мирах.

— Я благодарен, — ещё раз поклонился Морфей и радостный унёсся из пещеры старшего бога-кузнеца.

Воспоминание промелькнуло перед глазами, и он скрипнул зубами. Было что-то, чего Гефест не договорил тогда, но Морфей был слишком молод, чтобы обращать внимания на детали.

— Ты подговорил Гефеста? Узрев будущее, где я использую оружие против тебя? — спросил он и с недоверием посмотрел на свой главный в этой жизни козырь. Тот был точно таким же, как и в тот день, когда он его забрал из той пещеры.

— И да, и нет, — вновь улыбка, что не затронула безразличных глаз, — я помог сотворить этот артефакт Гефесту. Он и не знал раньше, что такие вещи вообще возможны.

— Значит, мне тебя не уничтожить им, — выдохнул Морфей, пытаясь понять, как ему действовать дальше.