Звоните Манькову! Том 3 (СИ) - Деев Денис - Страница 24

Зрелище было не для слабонервных. Люда, только-только успокоившаяся после своего фиаско на заводе, при виде Ильи ойкнула.

— Я не помешаю? — глухо, с трудом ворочая распухшим языком, поинтересовался Илья.

— Людмила, это уже ко мне, — мягко, но безапелляционно произнес я, вставая из-за стола. — Вы лучше идите пока. Подумайте над запасными вариантами по поставщикам. А мы, как только освободимся со Степаном, сразу к вам подойдем.

Люда торопливо кивнула и пулей выскочила в коридор, напоследок с нескрываемым ужасом оглянувшись на изуродованное лицо Ильи.

Как только дверь за ней закрылась, Илья прошел к столу и грузно опустился на стул.

— Вас что… опять избили? — опешил я, вглядываясь в его заплывшие глаза.

— Нет, вы что, — Илья с трудом пошевелил разбитыми губами, поморщившись от боли. — Это просто отек пошел. Мне позвонили.

— Кто? — подобрался я.

— Один из тех бандюков, — глухо ответил коммерсант. — Они по именам не представлялись, но чтобы я не сомневался, описали нашу встречу в промзоне. В деталях. Вплоть до того, какого цвета на главном был спортивный костюм и как именно я маму звал.

Степан мгновенно включился в разговор, придвигая свой стул ближе:

— Что они хотели?

— Сказали, что мне надо подписать одну бумажку, — Илья тяжело вздохнул. — Если подпишу и буду держать язык за зубами — вернут часть денег за сахар.

— Много? — спросил я.

— Нет, копейки. Типа, жест доброй воли от «уважаемых людей», чтобы мне с голоду не помереть, — Илья сжал кулаки. — А если не подпишу, пообещали, что найдут меня и живым под товарный поезд кинут.

Я торжествующе посмотрел на Степана. Бывший опер ответил мне коротким, понимающим кивком. Мои догадки оправдались на все сто процентов. Фильчев, эта канцелярская крыса, оказался невероятно жадным ублюдком. Он не только грабанул предпринимателя, но и рассчитывал получить компенсацию из кассы своей же родной конторы.

— Я, кажется, прекрасно догадываюсь, что именно вас просили подписать, Илья Алексеевич, — я откинулся в кресле, довольно потирая руки. — Что вы им ответили на это заманчивое предложение?

— Сказал, что мне надо подумать, — Илья шмыгнул распухшим носом. — Бросил трубку, взял такси и полетел к вам.

— Мудрое решение! — я не удержался и хлопнул ладонью по столу. — Просто отличное! Так-так-так…

В моей голове с бешеной скоростью, со щелчками, начали вставать на свои места элементы сложнейшей мозаики. Если раньше мы собирались просто следить за Фильчевым в надежде поймать его на какой-нибудь левой встрече, то теперь он сам, своими же руками, давал нам идеальный рычаг. Я нащупывал нить. Шел по тонкой, извилистой тропке логики, ускоряя шаг. Я почти видел финал… Вот-вот ухвачу…

Есть! Схема сошлась идеально. Красиво, элегантно и без единого изъяна.

— Илья, — сказал я, глядя на коммерсанта горящим взглядом, — у вас есть их телефон? Контакт, по которому с ними можно связаться?

Илья молча залез в карман порванной куртки, достал измятый клочок газеты с нацарапанными на полях шариковой ручкой цифрами и с силой бахнул его на стол передо мной.

— Отлично! — я расплылся в широкой, совершенно неуместной для текущей ситуации улыбке. — Вы им прямо сейчас позвоните…

Илья вздрогнул. На его изуродованном лице отразилась такая неподдельная мука, словно я предложил ему добровольно сунуть голову под циркулярную пилу.

— Я⁈ — сипло переспросил он.

— Именно вы! — я безапелляционно ткнул указательным пальцем прямо в его сторону. — И вот что вы им скажете…

Илья смотрел на бумажку с номером так, словно это была не вырванная из газеты полоска, а чека от боевой гранаты.

— А мне точно… точно с ними по телефону говорить надо? — с отчаянной надеждой на чудо протянул он.

Было видно, что рандеву на промзоне напугало его до такой степени, что одна лишь мысль о необходимости снова общаться с этими отморозками, пусть даже по телефону, доводила его до желудочных коликов.

Степан, который к этому моменту уже окончательно раскусил мою задумку и мысленно аплодировал, по-отечески опустил ладонь на плечо коммерсанта:

— Надо, Илюха. Надо. Соберись.

— Итак, — я придвинул к нему телефонный аппарат. — Говорите, что готовы всё подписать, отказаться от претензий и забыть про свой сахар. Но встретиться готовы только на безопасной территории — у нотариуса. И чтобы передача ваших отступных денег произошла прямо там, в кабинете, в момент подписания бумаг. Что бы этот лысый хмырь вам ни говорил, как бы ни пугал — стойте на своем намертво. Встреча только в нотариальной конторе. Причем у вашего нотариуса. Вы напуганы до смерти и боитесь ехать куда попало. Это звучит абсолютно логично.

— А если они начнут давить? — неуверенно пробормотал Илья, не сводя заплывших глаз с дискового номеронабирателя. — Они же орать будут, угрожать…

— Вешаете трубку, — проинструктировал я. — Просто молча кладете трубку на рычаг. Ждете ровно две минуты. И перезваниваете. С ровно тем же самым предложением. Без эмоций, как заезженная пластинка.

Илья сглотнул, нервно вытер вспотевшие ладони о штаны и дрожащим пальцем начал крутить диск.

Зрелище оказалось крайне поучительным. Звонить пришлось трижды.

В первый раз, как только на том конце провода услышали его робкий голос, заикнувшийся о каких-то там условиях, из трубки даже мне был слышен отборный, многоэтажный мат. Илья побледнел и в панике посмотрел на меня. Я выразительно кивнул на аппарат. Щелк. Связь прервалась.

Мы молча подождали две минуты в тишине кабинета. Я утешал клиента говоря, что он нужен бандосам и они рано или поздно согласятся на его условия. Илья покорно набрал номер во второй раз. Ему с ходу пообещали оторвать голову и засунуть ее в такие места, о которых анатомия даже не подозревала. Илья, уже чуть увереннее и даже с какой-то злой обреченностью, снова бросил трубку.

А вот на третий раз бандитская система дала сбой.

Тем, кто сидел на том конце провода, видимо, до жути надоел этот телефонный пинг-понг, а главное — им позарез нужна была подпись терпилы на документах. Ведь без нее хитрый замначальника Фильчев не сможет обналичить компенсацию через кассу станции. Жадность начала стремительно перевешивать гонор.

Илья, крепко зажмурившись и вжав голову в плечи, в третий раз как робот озвучил свои условия. В трубке злобное сопение. А затем раздался короткий, отрывистый ответ.

Илья медленно, словно не веря самому себе, опустил трубку на рычаг. Шумно выдохнул, повернулся ко мне и слабо кивнул. Продавил.

Илья открыл было рот, чтобы подтвердить условия встречи, но сказать он ничего не успел. Дверь кабинета снова распахнулась, и на пороге возник жизнерадостный Серега.

— Привет всем! — с порога заявил он, совершенно игнорируя висящее в воздухе напряжение и изуродованное лицо нашего клиента. — Хотите, что-то покажу?

— Здаров! — я недовольно поморщился, прерывая его энтузиазм. — Серега, мы реально заняты по самое не могу. У нас тут такое намечается…

Но Серега меня совершенно не слушал. Загадочно улыбаясь, он широкими шагами подошел к моему столу и с торжественным видом положил на столешницу обычный чистый лист бумаги.

Я уставился на него.

— Ну… бумага, — неуверенно протянул я. — И что?

Серега жестом фокусника извлек из кармана куртки пластиковый цилиндр. Высоко поднял его над головой, выдержал театральную паузу и с размаху шлепнул им по листу.

Раздался сочный щелчок. Пружинный механизм автоматической оснастки сработал безупречно, и на белоснежной бумаге остался идеальный круглый отпечаток с названием нашего «Принт-Сервиса».

— Вуаля! — самодовольно провозгласил Сергей. — Австрийская тема! Это «Тродат», печать-автомат со встроенной подушкой. Никаких тебе больше маканий в штемпельную подушку. Теперь мы можем такие на заказ изготавливать!

Илья, у которого еще секунду назад решался вопрос жизни, смерти и больших денег, вдруг замер. Начисто забыв о своих нешуточных проблемах с отморозками и коррумпированными железнодорожниками, он завороженно уставился на пластиковый цилиндр, словно туземный вождь на стеклянные бусы. Магия новых технологий действовала на советских кооператоров безотказно.