Лишняя жена императора драконов - Лахман Надя - Страница 11

– Я вернулся, чтобы забрать долг, который мне причитается.

Сердце сжалось, когда его пальцы медленно, будто насмешливо, скользнули по линии моего подбородка, разворачивая его, заставляя смотреть ему в глаза.

– И тебя, – он улыбнулся ласковой улыбкой хищника, знающего, что добыча от него не уйдет.

Несколько бесконечно долгих секунд Франко еще смотрел на меня, прежде чем перемахнуть через балюстраду и исчезнуть, растворяясь в ночи.

– Доброй ночи, герцогиня де Сильва, – донеслось из ночного парка.

А я так и осталась стоять, слыша, как гулко колотится сердце.

О каком долге он говорит?

*****

Утро выдалось на редкость жарким, несмотря на ветерок, дувший с моря. Я велела подать завтрак в павильон у фонтана, чтобы хоть немного укрыться от удушающего зноя – и заодно от собственных мыслей, кружащихся вокруг Франко и дедушки.

Рассвет я встретила, так и не сомкнув глаз. Что же именно произошло десять лет назад? Неужели дедушка был способен на что-то ужасное и мне придется расплачиваться за его грехи?

– Мы здесь все очень рады вашему приезду, герцогиня, – экономка Доротея, дородная женщина с добродушным лицом, сидела напротив. – Могу я спросить, надолго вы к нам?

– Пока не знаю, Доротея, – я вернула женщине книгу расходов, которую она вела, сочтя, что все в полном порядке. – Возможно, да.

– О… Думаю, я должна рассказать вам о событиях в Лирии, – оживилась женщина. – На следующей неделе у нас будет знаменитый Праздник Роз! И в этом году он впервые предшествует дню бога Холдера.

Я рассеянно слушала новости, которые продолжали сыпаться на меня как из рога изобилия. Праздник Роз я любила с детства. В этот день торговцы со всей округи привозили в Лирию свои лучшие цветы, а вечером среди них выбирали Королеву Роз.

Иногда я сидела в жюри как почетный гость, но чаще переодевалась простой горожанкой и веселилась на площади вместе со всеми. Дедушка, думаю, догадывался об этом, но молчал, лишь выразительно поднимал бровь, видя мое заспанное лицо за завтраком.

Что же касается второго праздника – в нашей семье его по понятным причинам не отмечали. В тот день Холдер убил моего предка прямо в этом дворце, когда-то бывшем летней резиденцией императоров.

Магия нашего рода была очень сильна и могла противостоять даже драконам, но оказалась бессильна перед главным из них – чудовищем с ртутными глазами. Я задумчиво смотрела на лицо экономки, пока та с воодушевлением рассказывала, какие грандиозные гулянья готовит градоначальник.

Подошедший слуга с поклоном прервал ее:

– Герцогиня, к вам прибыл господин градоначальник. Он настаивает на встрече.

Я едва заметно поморщилась: это был один из тех визитов, которые нельзя отменить, даже если очень хочется.

– Пусть войдет. Доротея, мы договорим позднее.

В павильон с видом хозяина жизни вошел тучный мужчина около пятидесяти лет: в дорогом камзоле, с толстыми пальцами, унизанными массивными перстнями.

– Позвольте представиться: Френсис Мильдо, градоначальник Лирии. Всегда к вашим услугам, герцогиня, – мужчина поклонился и сел напротив, повинуясь моему приглашающему жесту.

Про себя я отметила, каким титулом он меня назвал, что означало только одно: слухи из столицы уже просочились и только что мне тонко дали это понять.

– Отрадно видеть, что дворец де Сильва вновь не пустует.

«Интересно, к чему он ведет?» – подумала я, зная эту породу людей. Хитрый, изворотливый как змей, явно не чист на руку, и выгоды своей никогда не упустит.

– Времена сейчас настают непростые, – многозначительно протянул мужчина, – думаю, вы согласитесь, что всем нам не помешает крепкий якорь от бурь, – маслянистый взгляд маленьких глаз скользнул по мне.

– Благодарю за заботу, господин Френсис. Думаю, у нас с вами уже есть такие якоря.

Градоначальник усмехнулся и откинулся на спинку плетеного кресла, сцепив мясистые пальцы на животе.

– Позволю себе с вами не согласиться. Боюсь, вы не видите всей картины, так сказать, со стороны. Я мог бы многое предложить. Вам достаточно лишь проявить благоразумие.

Я медленно отставила чашку в сторону.

Вот даже как.

Намек прозвучал предельно ясно, он даже не особо пытался как-то его завуалировать. Мне прямо дали понять, что готовы стать моим покровителем в обмен на постель.

Надо же, как резко я упала в статусе после опалы императора.

Внутри все дрожало от возмущения и брезгливости при взгляде на этого расплывшегося на кресле борова с сальной улыбкой на губах.

– Спасибо за откровенность, господин Френсис, но не думаю, что хочу продолжать этот разговор, – холодно произнесла я, глядя ему прямо в глаза. – Некоторые предложения могут обойтись слишком дорого, если их принять.

– Что ж… – мужчина поднялся с кресла и усмехнулся. – Жаль. Я терпелив и подожду, когда вы сами придете за помощью. Вот только, – он смерил меня прищуренным взглядом, – условия будут совсем другие.

– Не думаю, что это когда-нибудь случится, – я тоже встала, стараясь сохранять спокойствие.

– Жизнь слишком непредсказуема, чтобы такое утверждать, – он склонился в коротком поклоне. – В Лирии говорят: судьба не любит ставить на слабые карты. Вы просто забыли об этом… герцогиня.

Градоначальник ушел, оставив после себя липкое ощущение, будто в павильоне теперь пахло не чаем, а чем-то затхлым.

Я смотрела прямо перед собой и думала: сколько еще мужчин считают опальную императрицу ценным трофеем? И чем мне это, в конце концов, грозит?

Праздник Роз в этом году действительно отмечался с небывалым размахом.

Узкие улочки, ведущие к главной площади Лирии, были усыпаны лепестками роз. С балконов домов свешивались гирлянды свежих цветов, венки и флаги. В фонари вставили цветные стекла, так что город переливался красным и золотым, словно пылал закатом.

Пахло пряной сдобой, фруктами и жареным миндалем.

Главную площадь города заполонили розы всевозможных цветов и сортов, расставленные в кадках и чанах. Смех, музыка, объятия, вино – все слилось в один опьяняющий нескончаемый водоворот.

Горожане нарядились в свои самые яркие цвета, как было принято, женщины украсили волосы венками из цветов. Дети бегали с сахарными леденцами, торговцы предлагали товары, а в центре я заметила танцующие пары.

На мне тоже было ярко-зеленая юбка с широким воланом и белая хлопковая блуза с вышивкой. Волосы я заплела в косу, обернув ту вокруг головы и украсив алыми розами.

На Лирию медленно опускалась бархатная ночь, и я надеялась остаться неузнанной – все же мало кто из горожан знал меня в лицо, а о моем возвращении и вовсе, только единицы.

Я была чужой на этом празднике жизни, особенно когда увидела страстно целующуюся парочку у старой сосны. Парень и девушка были настолько увлечены друг другом, что не замечали происходящее вокруг.

Честно говоря, я до последнего сомневалась, стоит ли мне идти, но, в конце концов, Мария уговорила меня сходить и развеяться. Я дико устала: заботы о дворце полностью занимали меня все последние дни.

Но тяжелые мысли все равно не уходили из головы, как бы я не хотела забыться работой. Напротив, с каждым днем отчаяние и боль все сильнее рвали когтями душу.

Арманд сейчас с другой. Говорит ей те же слова, которые когда-то говорил мне. Улыбается, дарит жаркие ночи. Может статься так, что иномирянка уже беременна, но пока не знает об этом.

Джила наверняка тяжело переживает смерть жениха, и у нее нет абсолютно никакой поддержки. Она может натворить глупостей с ее резким, взрывным характером, или, наоборот, замкнуться в себе.

Мариус… не знаю. В последнее время он немного отдалился, стал более самостоятельным, скрытным, как и подобает мужчине.

Стиснув зубы, я тряхнула головой и шагнула в самую гущу людей, желая хоть немного отвлечься. Как кто-то вдруг перехватил меня за руку.

– А я думал, ты не рискнешь сбежать на праздник, герцогиня, – раздался тихий шепот у моего уха.