Системный Кузнец XI (СИ) - Шимуро Павел - Страница 14

Он встал. Скамья скрипнула, освобождённая от его веса.

— Ты должен пообещать, что не станешь распространяться никому, даже самым близким претендентам на этом турнире. — Он смотрел на меня сверху вниз. — Ты понимаешь, о ком идёт речь.

Сильвия чуть повернула голову.

— Эйра с Гряды. Если она узнает, слухи пойдут дальше. Девочка работает у Арно, а у старика язык длиннее его кувалды.

Я вздохнул.

— Вам бы пораньше об этом сказать. Эйра уже в курсе.

Повисло молчание. Октавио посмотрел на Сильвию. Сильвия на Гора. Гор стиснул челюсти.

— Значит, нужно позвать сюда и её, — сказал он и вышел из шатра.

Полог хлопнул за его спиной. Ветер ворвался внутрь, качнул пламя свечи.

Октавио поставил кружку на стол.

— Буду говорить прямо, — сказал он. — В случае распространения этой неподтверждённой информации мы будем вынуждены отстранить тебя от участия в соревнованиях. И Эйру тоже.

Я стоял и переваривал.

Логика была ясной. Совет защищал репутацию. Если слухи о мошенничестве расползутся до завершения проверки, весь Нижний Круг окажется под вопросом. Начнутся пересуды, обвинения, каждый неудачник будет кричать, что его обокрали. Проще заткнуть источник. И источник, то есть я, удобно расположен: без наблюдателя, с историей, которую можно трактовать как угодно. Один щелчок пальцами, и я вылетаю. А вместе со мной Эйра за компанию — за то, что оказалась рядом и услышала лишнее.

Красиво и чисто. Без единого нарушения правил.

Мне это не нравилось. Ничего из этого мне не нравилось — ни расслабленный тон Октавио, ни холодная деловитость Сильвии, ни то, как быстро они переключились с «расследования» на «контроль ущерба». Будто лаз на склоне волновал их меньше, чем возможность утечки.

Но выбора у меня сейчас не было. Один против Совета в споре без доказательств и без свидетелей. Если я упрусь — они отстранят. Если я буду кричать — они отстранят. Единственный ход, который оставлял мне хоть какие-то шансы, это согласиться. Тихо, без скандала. И ждать, пока те двое помощников вернутся с подтверждением.

Я кивнул.

— Хорошо. Я понял.

Сильвия вздохнула. Пальцы её прошлись по краю пергамента, разглаживая загнувшийся угол.

— А кварц? — спросила она. — Ты нашёл образец?

— Нашёл.

— Положи на стол. Мы должны увидеть. Если примем его к зачёту, будем сравнивать с остальными. — Она помолчала. — У тебя сильный соперник. Торн принёс образец, который… Скажем так, не каждый рудознатец Гильдии смог бы отыскать подобное. Будет трудно его перебить.

Я сунул руку за пояс, где всё это время грелся Огненный Кварц — багровый, тяжёлый, горячий. Вытащил и положил на стол.

Кристалл лёг на пергамент, и свеча в подсвечнике вздрогнула. Тусклое оранжевое свечение расползлось по бумагам, окрасив лица сидящих.

В этот момент полог откинулся. Гор вошёл первым, за ним Эйра. Она скользнула взглядом по мне, по столу и по членам Совета. Лицо замкнутое и напряжённое. Гор прошёл к своему месту и тоже уставился на кварц.

Все молчали. Октавио смотрел на кристалл, чуть наклонив голову. Сильвия стояла неподвижно. По их лицам ничего прочитать было нельзя.

— Хорошо, — произнесла наконец Сильвия. — Термический отпечаток глубинный. Газовые включения соответствуют нижним ярусам «Жёлтой Иглы». Примеси локальные. Кварц добыт в этом вулкане, сомнений нет. — Она провела пальцем над поверхностью кристалла, не касаясь его. — Примем к сведению.

Я кивнул.

Сильвия вдруг подняла голову и посмотрела мне за спину, точнее, на мою поясницу.

— Ещё кое-что, — сказала она. Тон изменился — стал острее. — То, что у тебя за спиной. Откуда это?

Я не сразу понял.

— О чём вы?

— Я чувствую, — Сильвия говорила ровно, но в голосе проступила твёрдость. — Дар моей силы — определение камней на расстоянии. Структура, плотность, стихийное наполнение. У тебя за поясом, ближе к пояснице, лежит предмет с очень высокой концентрацией Ци. Духовный камень. Мощный. Покажи его.

Холод прошёл по загривку. Древний Духовный Камень. Я засунул его за спину, когда прятал обратно после возвращения к валуну, и с тех пор не доставал. Надеялся, что никто не почует. Дурак.

— Зачем? Он мой.

Гор хмыкнул коротко, через нос.

Октавио подался вперёд, положив предплечья на стол.

— Если камень найден в пределах вулкана Иль-Ферро во время проведения испытания Гильдии, он подпадает под Уложение о недрах. Всё, что извлечено из вулкана, является собственностью Гильдии Огня и Стали. Без санкции Совета ни один минерал, ни один кристалл, ни один обломок породы не покидает остров в частных руках.

— Покажи, — повторила Сильвия.

Мысли метнулись. Вот же черти, вот же сволочи канцелярские. Только что давили молчанием, угрожали отстранением, а теперь ещё и камень отобрать хотят. Камень, который я нашёл в каверне за пятью метрами породы, которую сам же и пробил. Камень, благодаря которому выжил в драке с двумя вооружёнными практиками, которых эта самая Гильдия пропустила на своё испытание. Бюрократия. Проклятая, вездесущая бюрократия. Что на Севере, что на Юге, что на этом чёртовом острове посреди моря — везде одно и то же. Сначала тебя бросают в яму, а потом требуют вернуть лопату, которой ты из неё выкопался.

— Этот камень мой, — сказал я. — Я его нашёл. Рисковал жизнью. Нашёл каверну, которая была скрыта под слоем породы. Всё это во время вашего испытания, где меня чуть не убили двое неизвестных, которых вы каким-то образом пропустили в закрытую зону. А теперь вы хотите, чтобы я отдал то, что нашёл?

Гор поднялся. Скамья отъехала, скрипнув по утоптанной земле. Он упёрся кулаками в стол, навис над пергаментами и кружками.

— Это не просьба. На стол. Всё, что ты нашёл.

Я смотрел на Гора с его бычьей шеей и кулаками на столе, на Октавио, который вертел пустую кружку в длинных пальцах, на Сильвию, застывшую у края стола с выражением лица, какое бывает у людей, привыкших решать чужие судьбы за завтраком.

Древний Духовный Камень холодил поясницу. Ледяная Ци текла вверх по позвоночнику, тонкой струйкой просачиваясь в грудной отдел, и мысли стояли ровно, одна к одной, как слитки на полке — ни ярости, ни страха. Только ясность.

Гор протянул руку. Ладонь широкая, мозолистая, с короткими толстыми пальцами — ладонь человека, привыкшего брать.

— Дай камень, — повторил он. — Не заставляй повторять трижды.

Я молчал.

Считал удары собственного сердца — один, два, три. Спокойные и ровные.

— Значит, вот какие у вас порядки, — сказал я.

Гор чуть подался вперёд. Рука осталась висеть в воздухе.

— Меня просят не распространяться. Ставят условия одно за другим. Это при том, что ваш Магистр Коррен уже устраивал мухлёж прямо на Предварительном Круге. Сырой горн, бракованная заготовка, помните? Грандмастер лично отстранял его. А теперь — снова, только масштаб другой. Двое практиков в масках, незнакомый лаз, встреча с претендентом. И вы хотите, чтобы я отдал камень. Молчал о вашем претенденте, который таскает в вулкан наёмных рудознатцев.

Я обвёл взглядом троих.

— Не многовато ли за один раз?

Тишина. Ветер хлопнул пологом, свеча дёрнулась, по стенкам шатра побежали рваные тени. Октавио опустил кружку на стол точно по центру тёмного пятна, оставшегося от предыдущего раза.

Гор опустил руку.

— Следи за языком, — сказал он. Голос упал на полтона, стал глуше. — Помни, где стоишь, и с кем говоришь.

— Помню.

Я сделал шаг вперёд. Достаточно, чтобы свет свечи упал на лицо.

— Я прекрасно помню, кто передо мной — три члена Совета Искр, о которых не знал ровным счётом ничего до того, как ступил на этот остров. Не знал, какая бесовщина здесь творится. Не знал, что ваши испытания дырявые, как решето. Не знал, что Магистры торгуют местами, а наёмники в масках свободно гуляют по вашим «священным» кишкам.

Гор побагровел. Жилы на шее вздулись.