Как стать продюсером 4 (СИ) - Фарг Вадим - Страница 20

— Но подписи детского дома там нет, — добавил Нооро, уверенно постучав пальцем по столу. — И это наша главная защита, потому что без неё все эти бумажки — обычный мусор.

Я усмехнулся, глядя на братьев, и почувствовал, что ситуация становится интересной.

— Значит, играем по правилам. Готовим новый пакет документов, где чётко пропишем, кто владеет постановкой и на каких условиях мы готовы передать права. Отправим это всем, кто ещё согласен с нами общаться.

— Я уже начал всё оформлять, — Нооро снова уткнулся в бумаги, — но надо торопиться. Если в «Кимуре» поймут, что мы готовим ответный удар, они могут начать действовать ещё агрессивнее.

— Пусть пробуют, — я поднялся со стула и одёрнул пиджак, чувствуя прилив азарта. — Главное, чтобы мы успели нанести удар первыми.

На съёмочной площадке стоял привычный шум и суета. Лизи Райн, которая больше напоминала гору мышц, чем режиссёра, замерла у камеры и внимательно следила за процессом. Она двигалась на удивление плавно, когда показывала актёрам, как правильно встать в кадре, чтобы картинка смотрелась лучше.

— Ещё раз всё переделаем, — скомандовала она, и все вокруг тут же засуетились. — Костюмеры, быстро поправьте воротник, а оператор пусть сдвинет камеру левее, а то мы Йоко половину лица отрежем.

Йоко стояла в центре декораций и терпеливо ждала. Её тёмные волосы закрутили в сложную причёску, а зелёные глаза смотрели в пустоту, пока она мысленно повторяла текст. Рядом Чоу что-то быстро стучала в планшете, то и дело поглядывая на часы с таким видом, будто от этого зависела судьба мира.

— Кацу, ты где там застрял? — Йоко заметила меня у входа и недовольно скрестила руки на груди. — У нас съёмка через десять минут, а ты плетешься с таким лицом, будто только что из глубокого обморока вышел.

— Я не спал, а размышлял, — я подошёл ближе и спокойно поправил манжеты рубашки, глядя на неё с лёгкой иронией. — И, между прочим, мои мысли были крайне продуктивными, так что результат тебя удивит.

— Ой, даже не сомневаюсь в твоей продуктивности, — она закатила глаза, но в уголках губ всё же мелькнула усмешка. — Только умоляю, оставь свои гениальные идеи за кадром. Просто отыграй свою роль и не пытайся переписать сценарий на ходу.

Лизи повернулась к нам и упёрла мощные руки в бока, обрывая наш разговор.

— Так, хватит болтать, переходим к делу. Сцена сложная, и я хочу, чтобы вы оба поняли одну вещь: здесь важно не просто выдать текст, а дать другим актёрам место для игры. Кацу, не смей перетягивать всё внимание на себя, а ты, Йоко, не смей прятаться в тени. Мы поняли друг друга?

— Всё понятно, — ответили мы почти хором, обменявшись короткими взглядами.

— Вот и отлично, — Лизи довольно кивнула и махнула рукой оператору, давая знак начинать.

Мы репетировали проход по обломкам декораций, чтобы камера видела всех сразу. Йоко шла впереди, а я следовал за ней, и каждый раз, когда она оборачивалась, мы сталкивались взглядами. В какой-то момент я слишком засмотрелся на её профиль и едва не свалился с края бутафорской стены, не заметив дыру в полу.

— Смотри под ноги, Кацу, — тихо произнесла Йоко, даже не сбившись с шага, и бросила на меня короткий, предостерегающий взгляд. — Если ты сейчас рухнешь и разнесёшь всё вокруг, Лизи заставит нас переснимать этот дубль до самого вечера.

— Не переживай, я в порядке, — так же тихо ответил я, стараясь вернуть равновесие и аккуратно обходя кучу проводов. — Просто тут столько кабелей разбросано, что можно легко запутаться и улететь в другой конец студии.

— Это не провода виноваты, а твоя природная неуклюжесть, — она едва заметно улыбнулась, и я почувствовал, как рабочее напряжение понемногу уходит.

Лизи резко остановила дубль и подошла к нам, хмуро разглядывая картинку на мониторе. Она скрестила руки на своей мощной груди и тяжело вздохнула, глядя на нас как на нерадивых школьников.

— Уже лучше, но всё равно какая-то фальшь, — отрезала Лизи, указывая пальцем на экран. — Кацу, ты слишком зажат, будто тебя сейчас расстреляют. Расслабь плечи и перестань изучать пол, ты же не ищешь там монетку. Йоко, тебе нужно добавить больше изнеможения в походку. Ты только что пережила катастрофу, а не вернулась с легкой прогулки по парку.

— Я поняла, сейчас всё исправлю, — Йоко послушно кивнула и привычным движением поправила выбившийся локон волос.

— А ты что скажешь? — Лизи перевела свой тяжёлый взгляд на меня, приподняв одну бровь.

— Постараюсь больше не выглядеть как деревянное бревно, — усмехнулся я, стараясь скрыть легкое раздражение.

— Вот и постарайся, герой, — она с размаху хлопнула меня по плечу так сильно, что я едва не пошатнулся и снова не свалился с декорации.

Чоу нашла нас в перерыве. Она выглядела вымотанной, но спину держала ровно, как и всегда.

— Баро скинули новые документы по площадкам, — сказала она, протягивая мне телефон. — Один театр передумал и готов общаться. Говорят, им зашла наша честность, что мы не пытаемся замазать косяки.

Я быстро глянул в экран и кивнул, чувствуя, как ситуация потихоньку выправляется.

— Хорошо, значит, мы всё делаем правильно, — ответил я, возвращая ей гаджет.

— Есть ещё одна проблема, — Чоу замялась и посмотрела на меня с тревогой, прикусив губу. — Тебя зовут на встречу с корпоративным юристом. В «Кимуре» решили, что детский дом не имеет права сам распоряжаться спектаклем, и хотят всё переписать на компанию.

Я нахмурился, и внутри снова закипела злость.

— Они серьёзно? Хотят отобрать у детей их же постановку? — я скрестил руки на груди, глядя на неё в упор.

— Похоже на то, — Чоу вздохнула и отвела взгляд. — Судя по всему, у них уже готов план, как нас прижать юридически.

— Пусть только попробуют, — я усмехнулся, хотя в груди всё клокотало. — Я обожаю общаться с юристами, особенно когда они пытаются выехать на пустых аргументах. Это будет забавно.

Чоу только покачала головой, но спорить не стала. Она понимала, что я уже завёлся, и, кажется, в глубине души была рада, что кто-то готов пойти на конфликт с руководством.

Вечером мы снова завалились в кабинет к Асано-сан. Братья Баро притащили с собой стопку новых бумаг, и Нооро с видом победителя разложил их на столе, поправляя очки.

— Глядите, тут всё по полочкам, — уверенно заявил он, тыча пальцем в пункты договора. — Владельцем постановки будет детский дом, права на запись мы ограничили, а график репетиций можно двигать, если дети приболеют или просто устанут.

Асано-сан пробежалась глазами по строчкам и наконец одобрительно кивнула, откидываясь на спинку стула.

— Теперь это похоже на настоящий договор, а не на записку из магазина, — она подняла на нас взгляд и слегка улыбнулась. — Спасибо, парни, вы реально постарались.

— Это только разминка, — Сараке хитро прищурился и развернул к нам экран телефона. — Один театр уже прислал предварительный ответ. Они в восторге от идеи и готовы подписать всё на наших условиях, даже не торгуясь.

Я улыбнулся, но тут же вспомнил, кто наш главный работодатель, и лицо моё стало серьёзным.

— Новость классная, но не расслабляйтесь. «Кимура» точно не оставит это просто так, и когда они решат вставить нам палки в колёса, будет очень неприятно.

Асано-сан посмотрела на меня долго и внимательно, словно пыталась понять, насколько всё плохо.

— Я в курсе, что нас ждёт, — тихо ответила она, сжимая пальцы в замок. — Но пока дети так верят в эту историю, я не собираюсь сдаваться. Мы обязаны дать им шанс выйти на сцену.

— Вот поэтому я и помогаю вам, — я посмотрел на неё с искренним уважением. — Мы всё равно их обставим, просто потому что мы хитрее.

В кабинете стало тихо, но эта тишина не давила. Мы просто молчали, понимая, что теперь пути назад нет и придётся идти до самого конца.