Охотники за потусторонним. Книга вторая (СИ) - Степанов Андрей - Страница 7

— Окропил его святой водой, тот и исчез. Ну, думаю, ладно, сработало все. А этот горемычный на следующий день ко мне опять, снова прибежал. Говорит — не работает, отец Павел, твоя святая вода. И снова меня к реке тащит: а там опять этот…

— А как вы поняли, что дух это?

— Да не опишешь словами, — священник взялся шкрябать деревянной ложкой по сковороде. — Ну вот нечеловеское оно. Вроде смотришь — человек. Одетый, хоть и оборванец. А нечеловеческое. Вот я его в следующий раз начал основательно, молитвами.

— И он исчез? А на следующий день — снова? — заговорил Костик.

Священник с шумом выдохнул:

— И на следующий, и на следующий… — заявил он. — Только вот настоятель недоволен оказался. Вызвал к себе, спросил, чем я занимаюсь, а услышав, заявил, что это позор, грех, кара божья на мою голову будет — и все это уже прилюдно.

— Получается, и правда дух, — резюмировал Ворон. — Вы его видели, а прочие — нет?

— Что там у прочих, — отец Павел взялся ходить по дому, — получается, я не знаю. Но я уверен, что это все тот странный человек, который исповедоваться приходил. На дурную тропу меня увел, искусил, а я поддался. Может, и духа никакого не было, а испытание то было божье.

— Если вы позволите, — Ворон был предельно вежлив, — мы бы тогда сперва с вашим странным человеком поговорили.

— С человеком… — отец Павел медленно сел за стол и, прижав к вискам пальцы, поморщился. — Вот со мной — не как с человеком поступили! Как будто не было тех сорока лет, что я людям помогал! Ладно бы чего, любую критику бы принял! Но сана лишить, так еще и объясниться не дали толком!

— Святой отец, мы поможем. Но и вы нам помогите, — Костик заговорил в тон напарнику. — Где нам этого горемычного Семена искать?

— Да не знаю я точно. Он наверняка в Старице живет, где-то по этому берегу Волги.

— А поточнее?

— Возле… — священник выглянул в окно, посмотрел на «буханку». — Возле лесничества, точнее не скажу, но там домов немного. А язык, как говорится…

Он не закончил фразу и только махнул рукой.

— Езжайте, ребятки. Если Господу угодно, то найдете.

Ворон поскреб затылок. Информация, конечно, так себе, хотя начинать с чего-то стоило. Теперь хорошо бы не заплутать в двух соснах возле лесничества в поисках Семена.

Ворон с Кощеем вышли из дома бывшего священника и неторопливо загрузились в «буханку».

— Мутная какая-то история, — с сомнением протянул Георгий, задумчиво водя пальцем по приборной панели.

— Если тебе интересно мое мнение, то в этом задании мутное всё, начиная с названия города, — легкомысленно отмахнулся Костик. — Но это ж не повод собственной тени бояться.

— Бог в помощь! — крикнул напоследок священник, вышедший проводить ранних гостей.

— Знать бы еще, какой, — процедил Ворон и «буханка» тронулась.

— Ну, и как тебе вводные? — полюбопытствовал Костик, неспешно выруливая в сторону города.

— Так себе, — задумчиво выдал Ворон. — Слишком мутная история получается с этим Семеном. Как бы не оказался он кем-то больше, чем просто человеком. Для простой исповеди заплутавшего человека слишком много лишней информации.

— Как сказать, — усмехнулся Кащей. — он же священнику фактически душу изливал. Вот и доизливался.

За окном мелькал частный сектор старого города. Никаких пятиэтажек поблизости — маленькие домики, зелень. Точно на лет на двести назад вернулись.

— Да-да, — процедил Ворон и глянул в боковое зеркало. — Тормози! Кажется, что с тобой пообщаться желают.

— Кто? — встрепенулся Костик, и тут же прижался правее, заметив позади проблесковые маячки полицейской машины.

Из служебного автомобиля неспешно, почти вальяжно, вышел сотрудник патрульной службы и медленно, внимательно осматривая «буханку», приблизился к водительской двери, постучал в нее полосатой палкой и, уткнув руки в бока, громко шмыгнул носом.

— Здравь желаю! — жизнеутверждающе выдал Костик, с характерным скрипом опустив стекло. — Документики сейчас будут.

— Кто такие? — хрипло произнес сотрудник с погонами старшего лейтенанта на плечах. Представляться он явно не собирался.

Ворон, пытаясь понять, что именно происходит и нет ли опасности, уловил только одно — крепкий и чересчур настойчивый аромат перегара, что добрался даже до его пассажирского сиденья. Но пока что это не был повод расслабляться.

— Туристы, — лицо Костика исказила елейная улыбка, которая, впрочем, не произвела на блюстителя порядка никакого впечатления.

— Московские? — икнул патрульный.

Язык у человека явно ворочался с большим трудом, но представителя полиции просто так не пошлешь, да и внимания лишнего к своим персонам привлекать не хотелось.

— Вы правы, — терпеливо ответил Кащей. — Московские туристы. Смотрим древние города.

— Д-древние? — вроде как удивился полицейский.

— Ну да, Старице больше семисот лет, — пожал плечами Костик, чувствуя, как его понемногу покидает терпение.

— Умничать будешь? — вроде как разозлился старлей.

— Никак нет. Вот, пожалуйста, документики, — протянул портмоне Кащей.

Никакой магии Ворон не улавливал, но и понять, чем они так зацепили патрульного, не мог. Задерживаться дольше он желания не имел. Однако сейчас все зависело исключительно от Костика и его таланта договариваться.

— Московские на таком говне, — патрульный попинал колесо «буханки», — не ездят.

Кащей напрягся так, что даже Ворон это заметил и несильно пихнул его ногой.

— Спокойнее, — процедил он сквозь зубы.

Но успокоиться Синев уже не мог, затронули те струны, которые моментально входили в резонанс — кто-то посмел проявить неуважение к «буханке».

— Ездят. Знаете, какие в Москве дороги? Особенно, когда новую плитку еще не успели положить? — Кащей пытался пошутить и одновременно использовать свой дар убеждения, но тот почему-то категорически отказывался подчиниться. Несмотря на все ожидания Костика, полицейский почему-то никак не хотел идти на контакт. Против всех ожиданий в ответ на шутку старлей даже не попытался улыбнуться, а наоборот постарался изобразить максимальную серьезность.

— Весело тебе? Ну-ка, шутник, вылезай из машины, сейчас тебя проверять будем! — и патрульный принял официальный и важный вид, хотя и сильно подпорченный его постоянными мотаниями из стороны в сторону. — Вылезай, говорю! И документики быстро сюда! Да, да, давай сюда!

Он протянул руку за портмоне и его тут же повело к машине, причем так, что чтобы не упасть, патрульному пришлось упереться в дверь ладонью. Металл двери жалобно загудел.

— Послушайте, уважаемый! — подобного Синев терпеть уже не собирался: — У вас все хорошо? Мы торопимся!

— А? — патрульный поднял на Костика остекленевшие глаза, и Кащей максимально терпеливо повторил свой вопрос.

— А, да, хорошо, — и глуповато улыбнулся. — С самого утра хорошо.

— Ну вот тогда и отпусти нас по-хорошему, — воодушевился Кащей, почему-то подумав, что стрелка весов удачи качнулась в его сторону, однако на самом деле патрульный отпускать его не собирался.

Старлей покачнулся, точно его по голове дубиной огрели, а затем еще раз попытался сфокусировать взгляд и проморгаться.

— Не-не-не, — помотал он указательным пальцем то ли сам себе, то ли Костику. — такого приказа не было.

— В смысле приказа? — опешил Костик. — Вам именно нас остановить приказали?

— Ты чего орешь? — нахмурился полицейский. — Это же… ик… служебная информация… Понимать надо!

— Эй, старлей, — Кащей почувствовал, что его потихоньку начинает потряхивать. — Мы ничего не нарушили, спокойно ехали. Зачем беспредел устраивать? Давай отпусти нас по-хорошему, и мы поедем.

— Отпустить? По-хорошему? — в очередной раз икнул старлей. — Да вы московские совсем оборзели! Ездите тут, людям хорошим жить мешаете! Автомобиль к досмотру готовьте.

— Да что не так? — Кащей в очередной раз пытался использовать дар, но он почему-то никак не хотел подчиниться.