Охотники за потусторонним. Книга вторая (СИ) - Степанов Андрей - Страница 10

— Не поможете ли? — с жуткой монотонностью повторил оборванец.

Костик прощупал почву и шагнул назад снова — упасть на ровном месте не хотелось. Шагнул и тут же развернулся.

— Не поможете ли? — в паре метров от него, но снова перед лицом, стоял тот же самый оборванец.

— Да как ты… — по спине пробежал холодок.

— Не поможете ли? — без настойчивости продолжил незнакомец.

Акцент был странным, то ли стершимся за долгое время ассимиляции на новом месте, то ли древним. Ни то, ни другое Костику не нравилось. Перед ним явно стоял тот самый призрак, о котором говорил отец Павел. А он, как дурак, был здесь без всего: ни серебра, ни соли — все в «буханке» оставил, злясь про себя на Ворона, который его сюда отправил.

Укоряя себя за забывчивость, Кощей вытащил руки из карманов и посмотрел на них: пальцы подрагивали. Соглашаться он не собирался, но дух явно напрашивался на диалог.

— Чем помочь?

Оборванец будто встрепенулся, оживился, причем черты его лица стали чуточку четче, разве что глаза не прояснились.

— Ищу. Сына. Не поможете ли? — отрывисто, будто подбирая слова давно забытого языка проговорил оборванец.

— Сына? — Костик поежился от сбегающих к копчику мурашек. Волосы на руках уже давно встали дыбом.

— Сына. Знаете такого? Поможете мне?

— Не знаю, — ляпнул Кощей и тут же чертыхнулся про себя.

В невыносимо жаркий летний день его тут же точно волной холода обдало.

— Сына. Был здесь. Ушел. Ищу, — уже быстрее, но все так же отрывисто продолжил оборванец. — Знаете его?

Костик непроизвольно сделал шаг назад, опасаясь новой волны призрачного холода. Резкая смена тона делала встречу с духом совсем непредсказуемой.

— Не знаю его. Но…

— Не знаете. Не поможете! — затараторил призрак. — А он был. Он ушел. А вы не поможете.

Еще одна волна холода ударила по Костику еще более ощутимо, заставив покачнуться.

— Не поможете. Не поможете!

По траве пронесся ветер столь ледяной, что кончики травинок покрылись инеем. Кощей поднял глаза на призрака как раз в тот момент, когда очередная волна ударила его в грудь.

«Посреди бела дня», только и успел подумать Костик, улетая в Волгу.

Ворон, отправив к реке Костика, некоторое время еще сидел в машине, размышляя о том, что всё может оказаться сложнее, чем кажется. Худший вариант, если окажется, что странный тип, который заходил к отцу Павлу, и болтал про духа, из его старой братии. Обман, провокация, лишение сана — конечно, кто-то мог и просто ради развлечения поиздеваться над стариком-священником, но раз уж куратор отправил их в Старицу, во всем надо было искать смысл.

Отец Павел кому-то мешал. Кому?

Ворон сидел и внимательно осматривал округу — не хватало столкнуться лоб в лоб с кем-нибудь из своих же. Убедившись, что все в порядке, он вышел и поспешил к берегу реки, предпочитая не спускаться к воде, а пройти грунтовкой, с нее берег и гладь воды лежали как на ладони.

Склон зеленел травой, легкий ветерок шевелил волосы. Наверное место можно было назвать романтичным, так что Ворон даже поддался не слишком знакомому для себя чувству и некой отрешенностью наблюдал с вершины склона за зрелищным полетом Костика прямо в реку и спокойно разглядывал виновника этого происшествия: фигуру, что растворилась за секунду, как только он сосредоточил на ней свой взгляд.

— Вот же урод! — плевался Кощей, вылезая из воды. Речка оказалась неглубокой, и он без труда нащупал дно, едва вода сомкнулась над ним. Но сапоги были полны воды, а одежда насквозь промокла.

Ворон встряхнулся и сбросил с себя романтичное оцепенение, поспешив на помощь к товарищу. Протянув руку, он помог Костику выбраться из воды, внимательно осмотрел его, а потом сразу же округу и склон.

Прошла минута, затем другая, но вопреки ожиданий Ворона, никто не появился. Значит, что? Вся затея с призраком действительно нужна лишь ради того, чтобы убрать священника?

— Кащей, ты как? Живой?

— Да нормально все со мной! — Костик дрожал от холода, и непохоже. Что виной тому была лишь холодная вода в речке. Кащей стянул сапоги, вылил из каждого воду и уставился на Ворона. — Живой. Здоровый. Вот только озяб немножко.

— Ну-ну, — усмехнулся Георгий. — То-то ты искупнуться решил. Ладно-ладно, видел я все.

— Ну, раз видел, то тогда зачем спрашиваешь? Поехали! — Кощей, подрагивая, натянул обратно мокрые сапоги. — Доберемся до отца Павла, поговорим по душам, что его призраки тут вытворяют.

Вопросов и впрямь было много, другой вопрос, точно ли отцу Павлу надо их задавать.

Поднять сильного духа — такая еще задачка. Нет, ритуал, само собой, еще сложнее, но обычно вызванные любителями пошутить духи могли только чашки со стола скидывать. А тут явно постарались и приложили множество усилий.

— Может, переоденешься? — спросил Ворон, глядя на друга.

— Так поеду, пусть его… совесть загложет, — сердито бурчал Костик, запрыгивая в «буханку».

Даже несмотря на то, что Кащей пытался сдерживаться и не гнать, до отца Павла они добрались буквально через десять минут.

— Отец Павел! — Синев забарабанил в калитку, перекрывая грохотом шум соседского триммера. — Отец Павел!

— Ась? — та распахнулась в ответ резко, едва не задев нос Костика. — Вы уже вернулись?

— А может, мы пройдем? — почти прошипел Кощей. — Уж будьте так любезны!

— Да, конечно, — с самым невинным видом посторонился отец Павел.

Они вошли, священник уже привычно отправился к чайнику на окошке, налил воды в стакан, когда Костик заявил:

— Почему сразу нельзя было сказать, что он такой сильный?

Хозяин дома вздрогнул, стакан выпал из его руки и разбился вдребезги. Сам он при этом замер, как статуя.

— Отец Павел, — позвал его Ворон, и тот вздрогнул, глянув испуганно на пару гостей:

— Чего? — взгляд при этом метался между обоими, пока наконец, он не решил окатить из чайника сперва Кощея, а потом уже и Ворона.

— Ну мне мало вот в Волге поплавать было! — полурасстроенно-полувозмущенно заявил Костик.

— Так вы… вы… живые?

— В смысле — живые? — Кощей чуть не сел прямо на пол.

— Ой, да вы… ну, к столу, в общем, — отец Павел бочком приблизился к Синеву, слегка кивнул Ворону и обоих пригласил к столу.

— Да все мы живые люди, святой отец, — сказал Ворон, пытаясь успокоить священника и одновременно с этим вытереть лицо. — Но мы действительно работаем со всякой нечистью. То есть, против, конечно же.

— Отец Павел, — Кощей явно с трудом сдерживал раздражение. — Вы его действительно видели?

— Духа? Да.

— Разговаривали?

— Раз… А с ними что, разговаривать можно? — лицо священника вытянулось от изумления.

— Можно и даже нужно, — добавил Ворон.

— Только вы-то с ним тогда что делали? — поинтересовался Кощей. — Солью кидались, да водой обливали? И все? — с нажимом уточнил он.

— Ну да, — продолжил отец Павел, смутившись так, что старческое загорелое лицо вдруг стало пунцовым.

— И все?

— Да.

— Мама дорогая. Я то думал, что на такой случаях в духовной семинарии какие-то инструкции выдают, — возмущенно вздохнул Кащей. — В общем, призрак ваш сына ищет. Весьма упорно. Болтает много. С акцентом. Внешне — вроде бы как умерший нашего времени, не раньше двадцатого века.

— И как ты это понял? — перебил товарища Ворон.

— Фрака на нем не было, рубах всяких тоже, — пожал плечами Костик. — Вроде брюки на ногах. Ты бы тоже рассмотрел, если бы со мной пошел.

— Господи, помилуй, — отец Павел нервозно разгладил бороду. — А что делать то теперь? Как искать этого сына? И вы уверены, что нужно это делать? Он точно уйдет?

— Уйдет-уйдет, — успокоил его Костик. — Ни соли не понадобится, ни праха. Это не злой призрак, хотя довольно раздраженный. Попробуете догадаться, по чьей вине?

— Из-за меня? — ахнул старый священнослужитель.

— Да, только сейчас это уже неважно, — потряс мокрыми волосами Костик. — Человек… э-э-э, дух ищет сына. Подумайте, кто из местных это может быть. Городок-то у вас небольшой, людей такого возраста тем более мало. Разве что акцент странноват. Как немецкий, что ли. Никаких мыслей не всплывает?