Заточи свой клинок и Вперед! 9 (СИ) - "Ленивая Панда" - Страница 22

— Два года в листе. В пространственном хранилище пролежат дольше.

Леонард всплыл в памяти сам. Кронпринц сейчас крутил точило под присмотром Дундука и наверняка считал каждую кашу Сиси своим законным правом. Кормить пленника её пирогами было расточительством. Для наследника престола вполне подходил сверчок в тесте. Белок, долгая жизнь и знакомство с простым народом в одной упаковке.

Я взвесил на ладони плотный, шершавый, словно кусок сухого глинозёма, брусок и небрежно подбросил его в воздух. Сухая галета глухо шлёпнулась обратно в ладонь, подняв крошечное облачко пыли из перетёртых злаков.

— Сколько у тебя таких? — я лениво перевёл взгляд на продавца.

Эльф бережно прижал ладонь к широкому вощёному листу на прилавке, гордо расправив плечи:

— Три полных ящика, господин. Неприкосновенный запас гильдии караванщиков на случай осады.

Я сунул руку под плащ, нащупал тугой кошель и с тяжёлым металлическим стуком опустил на полированную доску увесистую стопку золотых.

— Забираю все.

Деревянный совок в пальцах торговца замер на полпути к мешку со специями. Длинные брови эльфа медленно поползли вверх, а острый кадык судорожно дёрнулся.

— В-все?.. — переспросил он шепотом, растерянно моргнув и переводя ошарашенный взгляд с золота на моё абсолютно невозмутимое лицо. — Три ящика прессованного пещерного сверчка? Вы ведёте сквозь разломы ударную сотню наёмников?

— Бери выше, — я криво усмехнулся краешком губ и с лёгким щелчком отломил краешек сухаря, обнажая очередную запечённую хитиновую лапку. — У меня на ручной мельнице один работник слишком много ноет. Хочу экспериментальным путём выяснить, на каком десятке этих прекрасных хрустящих созданий у него окончательно пропадёт тяга к жалобам.

Эльф решил, что шутку лучше не понимать. Он позвал двух помощников, и вскоре возле прилавка выросли ящики. Я расплатился, отправил покупки в инвентарь и вернулся к повозке.

Возница наблюдал, как лось облизывает баобаб.

— Нашли нужное?

— Даже больше. Теперь у меня есть еда, которая переживёт повара, путника и, возможно, конец света.

Я сел, и мы продолжили путь. Торговый шум остался позади. Дорога сужалась, дома встречались всё реже, а цветущие деревья уступили место старым стволам без витражей. Через четверть часа лось сам сбавил ход.

Среди зелени стояло дерево с почти чёрной корой. Его ветви не тянулись к соседним кронам, а листья росли редкими пучками. У корней темнела дверь с костяным молотком.

Возница остановил повозку подальше от крыльца.

— Дом двенадцать.

— Вижу. Дерево изо всех сил старается не привлекать внимания и потому выглядит подозрительнее всех на улице.

— Я подожду здесь.

— Разумное решение. Если из окон полезут мертвецы, держи лося подальше. Он сожрёт ещё и их.

Я спрыгнул на мостовую, забрал записывающий кристалл и постучал костяным молотком.

Внутри что-то пискнуло, посыпалось и заскреблось по двери.

Дверь приоткрылась на ладонь. В щели показался худой эльф в тёмной рубахе. Волосы закрывали половину лица, на рукаве белела костяная пыль, а за воротник цеплялся скелет мыши. Эльф пытался смотреть угрожающе, но мышь добралась до его уха и испортила весь образ.

— Чего вам?

Я поднял пергамент и кристалл.

— Выполнил заказ. Где моя награда?

Он посмотрел на чёрный лист, затем высунулся наружу и проверил улицу. Скелет мыши перебрался ему на макушку.

— Входите быстрее.

Дверь распахнулась. Я шагнул внутрь, и хозяин сразу закрыл засовы. Четыре штуки. Видимо, один защищал от воров, а остальные от друзей.

В доме пахло воском и землёй. Под потолком кружили костяные летучие мыши, постоянно сталкиваясь друг с другом. По полу бегали скелеты мышей и таскали орехи в трещину у стены. На полке сидела белка без хвоста, а рядом лежала миска с желудями.

Хм.

В эльфийской зоне я искал тех, кто собирался бороться с моей армией нежити, заключил договор с военной гильдией и случайно нашёл местного некроманта. Система явно решила, что одного противоречия на день мало.

— Запись, — потребовал хозяин.

Я поставил кристалл на стол и активировал. Над нами появилось изображение «Старого Корня». Моя уменьшенная копия укладывала эльфов на мебель, а хозяин дома следил за дракой, приоткрыв рот. На моменте с барменом он подался вперёд. Когда последний завсегдатай пробил спиной доску, эльф стиснул кулаки.

— Двадцать восемь, — невозмутимо подытожил я, небрежно опершись бедром о край заваленного костями стола. — Плюс сам хозяин заведения. Условие выполнено с запасом.

Лианор даже не моргнул, его расширенные зрачки лихорадочно бегали по мерцающим проекциям разгромленного зала:

— Вы… вы публично оскорбили «Слёзы Первого Древа»!

— Я их честно выпил.

— Вы выплюнули их прямо в чашу священного фонтана! — с благоговейным ужасом прошипел эльф, и его костлявые пальцы судорожно впились в ткань рубахи.

— Организм категорически отказался принимать столь древние культурные ценности, — я насмешливо развёл руками.

Лианор торопливо вдавил ноготь в грань кристалла, обрывая проекцию, и с жадной поспешностью прижал тёплый шестигранник обеими руками к впалой груди:

— Отдайте его мне.

— Сначала награда, — я выразительно протянул раскрытую ладонь, шевельнув пальцами. — Сделка есть сделка.

Эльф нервно сглотнул, осторожно подцепил костяную мышь за крошечный хребет, снял её с макушки и опустил на столешницу. Мелкий скелетик мгновенно встал на задние лапки, воинственно застрекотал челюстями и оскалил микроскопические резцы.

Лианор медленно выпрямил узкие плечи, вздёрнул острый подбородок и попытался напустить на своё осунувшееся лицо максимальную загробную жуть:

— Вы даже близко не понимаете, с кем осмелились вести торг.

Я лениво запрокинул голову. Под потолком с глухим сухим шорохом нарезали беспорядочные круги две костяные летучие мыши. В этот момент одна из них на полном ходу впечаталась в толстую дубовую балку, с мелодичным треском рассыпалась на десяток позвонков и белым дождём осыпалась на пыльный шкаф.

— Очень стараюсь понять, — я вернул взгляд на собеседника и скептически приподнял бровь. — Но пока картинка упорно не складывается.

Эльф драматично взмахнул испачканным в костяной пыли рукавом, едва не задев нос:

— Перед вами Лианор фон Чернолист! Последний прямой наследник древнего рода и… истинный повелитель мёртвых!

Словно в подтверждение его грозного титула, из-под стопки пожелтевших свитков деловито выскочил скелет мыши. Балансируя костяным хвостиком, он бодро процокал по полированной доске с крупным лесным орехом в намертво заклиненных челюстях и юркнул в щель плинтуса.

Я не выдержал. Напряжённую тишину комнаты разорвал мой откровенный, раскатистый смех.

— Повелитель кого? — я утёр выступившую от хохота слезинку и выразительно постучал пальцем по столу, где только что гремел зубами грызун. — Вот этого грозного пушистого фуфла?

Лианор мгновенно побелел, а его тонкие губы обиженно задрожали от задетой гордости:

— Они абсолютно преданы мне после смерти!

— Да они и при жизни-то весили меньше моего походного сапога, — хмыкнул я.

— Уничтожить его! — сорвавшись на визгливый фальцет, в ярости выкрикнул эльф и яростно ткнул в меня дрожащим пальцем.

Под потолком захлопали костяные крылья. Скелеты мышей бросили орехи и рванули ко мне. Белка прыгнула с полки, промахнулась мимо плеча и повисла на занавеске.

Я щёлкнул пальцами.

— Явись.

По сторонам вспыхнул белый свет. Из мастерской шагнули два зомби в кожаных фартуках. Каждый держал тяжёлый клинок для разделки заготовок. Первый опустил оружие плашмя, и волна воздуха смела мышей со стола. Второй махнул над головой. Летучие мыши разлетелись по комнате дождём из костей.

Белка отпустила занавеску и спряталась под шкафом.

Тишина.

Лианор попятился, зацепил табурет и плюхнулся мимо него прямо на пол. Потом бросился к рассыпанным костям и поднял крошечный череп мыши. Ощупав его пальцами, он убедился, что кость цела, и только тогда посмотрел на моих работников.