Осел в графской шкуре или Ремонт пополам (СИ) - Рим Анери - Страница 8

Я вышла во двор и увидела животное, на котором планировала поехать (я в кино видела, так можно). И замерла.

Он стоял посреди загона и форменно бился головой о забор. И истошно вопил. Как будто его кто-то мучил.

— Красавчик! — я подскочила к нему, схватила за загривок и оттащила от забора. — Ты что творишь?! У тебя голова не железная, если что!

Он стоял, тяжело дыша, и смотрел на меня безумными глазами. Я погладила его по голове, успокаивая.

— Тише-тише, — сказала я, — что с тобой? Тебя кто-то обидел? Вчера ты был таким милым, а сегодня — как бешеный. Может, луна в ретроградном Меркурии? Или мухи покусали?

Осел тяжело вздохнул, но успокоился. Я гладила его по голове и говорила ласковые слова.

— Мы сейчас поедем в город, — сказала я. — Ты мне поможешь. Я куплю тебе самую вкусную морковку, самое свежее сено. Только не сходи с ума. Помоги мне, а?

Я пристроила седло на спину осла. Он сопротивлялся, но я была настойчивее. Может, у животных тоже бывают плохие дни? Я знаю, что у людей бывают. Почему у ослов не может быть?

Я не с первого раза, но все же забралась на осла. Он застыл, вывернул голову и уставился на меня подозрительно.

— Ну чего смотришь? — сказала я. — Ремонт сам себя не сделает!

Он не шевелился. Тогда я слегка шлепнула его прутом по боку. Он взвизгнул и направился вперед.

По дороге в город — куда, как я надеялась, он меня ведет, потому что я понятия не имела, где тут рынок, — я продолжила односторонний разговор с ним.

— Я не представляю, как справлюсь со всем этим, Красавчик, — сказала я, глядя по сторонам. — Я никогда не занималась такой глобальной стройкой. Умею, конечно, кое-что — шпаклевать, красить, дырки заделывать. Но здесь масштаб другой. И инструментов нет. И материалов нет. И денег нет. Только ты, крысы и этот неуравновешенный недомуж.

Осел фыркнул, но продолжал идти.

— Ох уж этот мне Родриго! — продолжила я. — Капризный, как барышня. То ему не так, жена не эдак. Сам, как будто, эталон! Только ест и командует! А я ему что сделала вообще? Я вообще только вчера в этом мире появилась! И ни сном ни духом про их с женой отношениях! Только вот, если признаться, он решит, что у меня крыша поехала, и сдаст еще куда-нибудь...

Я замолчала, обдумывая свои слова.

— Кстати, о крыше! — сказала я, обратив внимание, что при моем появлении люди прячутся внутри своих домов, точно я прокаженная. — Ты вообще видел, какие там дыры? Это же кошмар! И как к ним подобраться? У вас тут, кстати, нет каких-нибудь летающих животных? Драконов там. Или огромных орлов. Ну или, хотя бы пегасов? Нет?

Осел не ответил. Только шел.

— Ну ладно, — сказала я. — Придумаю что-нибудь. В конце концов, в доме есть чудесное полчище крыс! Раньше я бы от такой перспективы пришла в ужас и схватилась бы за отраву, а здесь — они мне нравятся. И ты мне нравишься. — я погладила осла по шее. — Один ваш хозяин раздражает. И вообще, я думаю, он притворяется! Никакой он не слепой! Он же не думает, что я — полная дура! Да даже если бы была, то все равно узнала бы! Вот только как заставить его признаться... Подскажешь?

Осел издал странный звук, похожий на смех (клянусь, мне не показалось!) и продолжал идти.

— Ой, все! — сказала я, махнув рукой. — Не очень-то и хотелось! Тоже мне, помощник! Сама справлюсь!

Оставшийся путь до города мы провели в молчании. Но перед рыночной площадью осел остановился и ни под каким предлогом не шел дальше. Я попыталась его уговорить, похлопала по бокам, погладила по голове — все бесполезно.

— Мне что теперь, девушку Нину звать, чтобы ты, скотина такая, зашевелился? — сказала я раздраженно.

Осел издал высокий звук, отошел в сторону и демонстративно уткнулся мордой в землю. Уперся и все.

— Ну и пожалуйста! — сказала я. — Ну и пошло оно все в...

Я слезла с осла, привязала его к дереву и оставила его стоять на месте и направилась в сторону рынка. Надеюсь, он никуда не уйдет, пока меня нет. Или хотя бы не убежит в лес. Ну или его не станут красть…А то как мне сумки обратно везти?

Я возвращалась с рынка с огромными баулами, которые тащили два высоких мужичка. Они шли за мной, как дрессированные собачки, и я чувствовала себя генералом на поле боя. Правда, генералом без денег и ранений, но зато с полными сумками.

— Левее! — командовала я. — Нет, правее! Осторожнее, там яма! Вы что, хотите мне все продукты рассыпать?

Мужички послушно переставляли свои ноши и боялись даже пикнуть. Я была довольна.

Мы подошли к тому месту, где я оставила осла. Он стоял и созерцал траву под копытами с таким видом, будто держал на своих плечах небо, как тот атлант. Но когда он увидел нас, его взгляд изменился. Он жалобно протянул:

— Иаааааааааааааа!

Я усмехнулась.

— Видишь, Красавчик? Там есть и тебе подарки. Не благодари.

Осел попятился. Он явно уже догадался, кому все это предстоит везти обратно. И, судя по его выражению морды, он был категорически против.

— Ну-ну, — сказала я, подходя к нему. — Не дергайся. Мы быстро. А если не будешь дергаться, еще и безболезненно.

Осел сопротивлялся. Он отбивался, топал копытами, косил на меня безумным глазом и издавал звуки, похожие на возмущенные вопли. Я никогда не видела осла, который бы так яростно протестовал против перевозок. Мне даже стало обидно. Хотя, единственный ишак в мой практике – это тот что из фильма про Шурика.

— Да что с тобой сегодня? — сказала я, пытаясь его успокоить. — Вчера ты был таким милым, а сегодня — как будто тебя подменили!

Но осел не унимался. Тогда я подозвала мужичков:

— Ребята, помогите!

Втроем мы его усмирили. Один держал за уздечку, другой — за бок, а я накинула на него сумки и закрепила их. Осел тяжело вздохнул и затих, только уши его выразительно прижались к голове.

— Вот и ладушки, — сказала я. — Теперь идем спокойно. Я даже не сяду сверху, чтобы тебя не мучить. — повернулась на своих помощников, — Спасибо, мальчики. В следующий раз тоже обращусь к вам за помощью. — махнула им на прощание, а те словно бы и смутили даже.

Я взяла осла под уздцы, и мы неторопливо двинулись в сторону поместья.

— Ну что, Красавчик, — начала я беседу, — слушай, что со мной было! Ты даже не представляешь!

Я улыбнулась, вспоминая утро.

— Я зашла в ломбард. И там сидел такой важный дядька с золотыми очками. Я выложила перед ним броши. Он посмотрел на них, потом на меня и сказал: «Графиня, это же очень ценные украшения!». А я ему: «Ну да. И что?». Он чуть не упал со стула. Пришлось, конечно, поторговаться. Начала с цен, которые он назвал, а потом потребовала надбавку. Он сказал, что больше не даст и даже кулаком по стойке ударил! Представляешь?

Я хохотнула, вспомнив, как этот пухлый низкорослый персонаж хотел меня убедить в своей правоте.

— Я сказала, что уйду и даже сделала пару шагов к двери. Он остановил меня и согласился с моими условиями. А еще я взяла самый большой кусок мяса по цене среднего. Пришлось настоять. — я задумалась, сказать или нет. Но это же просто животное. Кому он расскажет? Поэтому наклонилась к уху и прошептала, — Я угрожала ему, что подсыплю личинок в его кладовку и он ничего не сможет больше продать.

Осел фыркнул, но шел ровно.

— А потом я пошла к зеленщику, — продолжила я. — Лично перебирала фрукты и овощи. Сортировала подгнившее и свежее. И знаешь, что? Продавец чуть не заплакал. Он так кричал, что я ему все испорчу! Но я сказала: «За отходы я не плачу! Если хочешь, чтобы я купила это, дай мне нормальное!». Он вздохнул и тоже согласился. Но он меня запомнил. В плохом смысле. Но мне все равно. Как будто мне нужна его симпатия! Она меня никогда не накормит.

Мы проходили мимо тех же домов, что и по пути сюда, но теперь никто в панике не сбегал со дворов за закрытые двери. Наоборот, некоторые подходили ближе к забору, рассматривая меня, точно я диковинное животное в зоопарке. Панда – не меньше!