Вип персона (СИ) - Рыжая Соня - Страница 5

Степан ведет меня к барной стойке, которая занимает внушительную часть помещения, на одном из множества высоких стульев сидит мужчина лет тридцати, подносит к губам граненый квадратный бокал делая глоток не морщась, вот это прожжённый мужик. Русоволосый, овальное лицо с мощным подбородком и заостренными скулами делают его черты грубоватыми, но хитрые красивые глаза могут завести в заблуждение его не простой личности.

3 глава Евгения

!Евгения!

— Ну, здравствуй, дорогая. Чем можешь удивить меня? - Его голос приторно сладкий и подстебывающий. Скорее всего, оценил мой внешний вид: серая майка, с пуговками на груди, черные потертые не обтягивающие джинсы, кеды. Согласна - одета я не для соблазнительного танца.

Его взгляд нагло перемещается с моего лица на мою грудь, задержавшись в ложбинке на долгое время, опустившись на мои бедра и обратно вверх. Мой мозг не слушается сигналов, не могу заставить себя выговорить ни слова, делаю глубокий вдох и выдавливаю их из себя:

- Готова показать на что способна... и мне... мне очень нужна работа, - страх в моем голосе еще никогда не был так отчетлив.

Мужчина делает шаг вперед и гладит мою щеку.

- Меня зовут Филипп Назарович. Ну, что ж, тогда вперед на танцпол, - он ставит рядом со сценой высокий стул и усаживает на него свою жадную задницу. Скупых мужиков видно сразу.

- Итак, как тебя зовут? - Спрашивает, дождавшись пока поднимусь по высоким ступеням и окажусь напротив него..

- Евгения... Максимова... Алексеевна.

Мужик ухмыляется.

- Женя. Какое милое имя. Но в моем мире, - указывает рукой обводя территорию зала, - оно не будет звучать, придумай себе псевдоним.

- Хорошо. Пусть будет…, - немного задумавшись, выдаю, - «Макси», у меня все на максимуме.

- Отлично, Макси звучит здорово. А теперь отожги детка, так чтоб у меня слюни потекли на тебя. - Кивает рукой на пилон.

Соглашаюсь в ответ.

- Слюней хотите? - Удивленно. - Не знаю получиться ли, но я попробую.

Он потирает руки, внимательно оглядывая мою фигуру еще раз.

- Ты когда-нибудь танцевала?

- Танцевала? Вы наверно шутите? Я собиралась поступать к Эйфману - смотрю пристально в похотливые глаза, а он не шутит. - На сцене да, в стрип-клубах нет, - шепчу последние слова, с трудом выдавливая их.

Хозяин смеется.

- Большинство моих девочек тоже пришли ко мне с большими надеждами стать знаменитыми, итог - стали, но в другом. Итак, я жду от тебя шикарных движений попкой, удиви меня. Поверь это трудно сделать, я все видел в этой жизни, уверен, на том свете тоже не упущу момент.

Мне действительно нужна эта работа, поэтому мне лучше постараться, чтобы получить ее. Должна заставить его думать, что с ней справлюсь, даже если сама в этом не уверена.

- Я танцовщица. Обучалась балету, джазу и современному танцу. Поэтому... я танцовщица. Просто... никогда не танцевала... вот так, - показываю рукой на сцену, шест.

- Ясно. Так почему тогда ты решила этим заняться? Это работа не для всех. Здесь требуются определенные навыки. Ты не можешь просто подняться на сцену и снять одежду. Это так не работает. Ты должна заставить их захотеть тебя, кончить от тебя, - его глаза ни разу не оторвались от моей груди за весь наш разговор.

Нервничая, заставляю себя не обращать на это внимание.

- У меня большой опыт, много раз выступала на сцене. Участвовала в конкурсах и занимала первые места. Так что... знаю не по слухам, как выступать.

Он расхохотался басом.

- Но это совсем не такие выступления, солнышко. Теперь, не пойми меня неправильно, но ты сейчас, похоже, описаешься от страха, а надо чтоб от оргазма. Степ ты кого ко мне привел?

Степан твердо:

- Включай музыку и пусть она станцует, потом сам решишь, что делать с ней. Уверен, Женька тебя удивит.

- Мне очень нужна эта работа, - уставилась другу в глаза. - Может, такая работа не была моим пределом мечтаний, но... я научусь.

Филипп не сразу отвечает. Он подносит стакан к губам и делает глоток, его взгляд снова меня сканирует.

- Покрутись. - Он крутит указательным пальцем в воздухе. Подчиняюсь.

- Делай это медленнее.

Снижаю скорость вращения, медленно поворачиваюсь, изгибаясь в спине, выпячивая грудь. Чувствую на себе его взгляд, и по мне пробегают мурашки.

- Расстегни-ка несколько пуговиц.

Останавливаюсь, прищурившись, злобно смотрю ему в глаза.

- Что? - в ужасе шепчу.

- На майке. Расстегни несколько пуговиц. Мне нужно оценить твою изюминку.

Я колеблюсь, и он наклоняется вперед, щуря глаза:

- Послушай, золотце. Ты пришла устраиваться на работу стриптизершей. Это означает, что тебе придется раздеваться. Сюда приходят напиться, снять напряжение, посмотреть на красивые тела, поэтому у нас танцуют в полуобнаженном виде, а это значит, что ты не будешь полностью голой, но ты должна чувствовать себя комфортно без одежды. Понятно? А теперь, расстегивай чертовы пуговицы или проваливай. Мне некогда возиться с девственницами.

Последние слова в сердце впиваются раскаленными иглами. Хочется кинуться на него и превратить его красивое лицо в Франкенштейна. Но вспомнив, что он не виноват в прошлом, и кто во мне нуждается, взяла себя в руки, так как в тюрьму мне никак нельзя.

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

Он прав, так что проглатываю гордость, закрываю глаза, подношу правую руку к ткани на груди, сжимаю пластиковую пуговку, снова колеблюсь, и наконец проталкиваю ее в петлю демонстрируя пышность бюста третьего размера, раньше и мечтать о таком богатстве не могла, а теперь скрываю под толстовками, чтоб не привлекать внимание к себе похотливых самцов. Делаю это снова, и затем в последний раз, когда оголяется часть моего живота.

Это не то, как я себе представляла первое в своей жизни обнажение перед мужчиной. Меня тошнит, я напугана и чувствую отвращение. Вспоминаю, как на мне раздиралась ткань блузки в далеком прошлом, слеза катиться по щеке, но сдерживаю порыв истерики, научилась контролировать.

Мое декольте теперь видно над краями трикотажной майки, и черный бюстгальтер готов ослепить всех. Тяжело дышу, и от каждого вдоха моя грудь поднимается. Глаза мужчины прикованы к ним. Он приподнимает бровь и машет пальцем, что означает, мне нужно продолжать раздеваться, снять джинсы.

Расстегиваю молнию, щелкаю кнопкой, спуская плотную ткань к коленям, выставляя черные хлопковые шортики на показ, и слезы наполняют мои глаза, смаргиваю их и опускаю взгляд, присаживаюсь, снимая кеды. С кончика моего носа скатывается слезинка и падает к ногам, а за ней следом другие. Быстро моргаю и тяжело дышу, концентрируясь на том, чтобы сдержать рыдания, подступающие к горлу.

Его лицо выражает чистое вожделение. Я бросаю на него взгляд сквозь ресницы, и вижу, что он засовывает руку в карман поправляя топорщащуюся ширинку.

Сглатываю, у меня во рту, словно, горькая горячая кислота, противно видеть это.

- Хорошо. Очень хорошо. У тебя великолепное тело, и твой невинный вид будет сводить мужиков с ума, — наконец говорит.

Он говорит обо мне? Это приводит меня в замешательство. Отчаянно хочу одеться и бежать, не оборачиваясь, но сдерживаюсь. Филипп прав в том, что мне придется смериться с тем, что меня будут разглядывать, не привыкать, уже танцевала в одном купальнике. И это наименьшее, что мне придется терпеть на этой работе. Понятия не имею, сколько за это платят, но знаю, что стриптизерши много зарабатывают.

- К тому же, - продолжает Фил, - ты умеешь танцевать на пуантах. Сделаем тебя сексибалериной, а это привлечет еще больше зрителей.

- Так вы берете меня? - в моем голосе нет ни восторга, ни азарта. Только отвращение, смешанное с ужасом и облегчением.

- Конечно, я рад, что Степан разглядел тебя.

- Сколько... сколько за это вы будете платить?

Филипп, пожимая плечами, ухмыляется: