Ёлки новые в Париже. Мой бывший - полковник (СИ) - Алая Аглая - Страница 19

— Ну всё, все модели заказаны, — подбегает ко мне возбуждённый Гийом. — Ты не представляешь, даже Иванка Трамп заказала себе целых десять комплектов!

— Поздравляю, мэтр, вы ведь это заслужили, — с тёплой улыбкой смотрю я на Анри. — Вы сделали столько женщин счастливыми сегодня. И всё благодаря вашей работе и таланту.

— О да, именно, — потирает руки Гийом. — Но я не остановлюсь на этом! — в запале выкрикивает он.

— Что вы хотите сказать? — переспрашиваю я своего босса.

— О, ма шери, я хочу сделать всех женщин в мире счастливыми. Всех, без исключения, — растягивает он губы в улыбке. — Поэтому на последнем предновогоднем гала-показе прямо на Елисейских полях я презентую свою коллекцию, которая поступит в продажу уже с первого января во всех странах мира! Правда, здорово? — возбуждённо рассказывает он мне, и я только киваю в ответ.

Ну что же, показ прошёл с успехом, я вижу, как Пронин оживлённо беседует с какой-то очередной тощей юной девицей, пока Лисицина буквально висит на Младене Вутиче, и я незаметно выскальзываю за дверь.

На сегодня мой праздник окончен…

25 декабря 2024 года

Католическое Рождество

Я смотрю из окна на притихшие улицы, которые в этом году укрыло лёгким одеялом снега. Вдалеке весь город по-прежнему освещают немеркнущие огни Эйфелевой башни, но мне безумно хочется к себе домой, в Москву.

Мне уже начинает казаться, что это задание никогда не закончится. Все возможные версии смешались, как нитки, в один неряшливый клубок, и теперь я и сама не знаю, как их распутать.

Пронин постоянно шлёт мне сообщения и приглашения отметить праздник с ним, но я просто игнорирую всё, что не касается работы.

Я всё не могу забыть его отведённый в сторону взгляд. Он ведь так и не ответил. Хотя бы в тот раз не сумел мне соврать. Сказок не бывает. И он мне изменил тогда, в той самой конспиративной квартире накануне нашей свадьбы.

И даже не смог мне в этом признаться. Хотя это всё равно ничего не изменит.

И я снова погружаюсь в работу.

Ещё раз просматриваю материалы, до бесконечности, пока не заболят глаза от монитора, пока меня не начинает тошнить…

Тошнить…

И я вдруг чувствую внезапный рвотный позыв, вскакиваю с дивана и со всех ног несусь к унитазу, и меня выворачивает всем съеденным завтраком.

Да уж, докатилась, надо было поменьше пить шампанского на всех этих презентациях и показах, возраст-то уже не тот…

Зацепка, зацепка, как затяжка на колготках… Не даёт мне покоя, и тут я решаю проверить кое-какую информацию. Пишу запрос коллегам, чтобы они пробили мне один адрес…

Такси останавливается в одном из спальных районов Парижа, в котором живут арабы, китайцы и обычный рабочий люд. Можно подумать, что я где-то у нас в Бибирево, а не в столице любви и моды. Я иду по грязной улице к простому многоэтажному дому и ловлю на себе наглые заинтересованные взгляды местной шпаны.

Пусть только попробуют подкатить: и тогда они позавидуют маньяку Рубену. Что-то настроение у меня тоже в последнее время как-то сломалось… Хочется поскорее завершить все дела и свернуться в мягкий кокон…

— С Рождеством! — поздравляю я открывшую мне дверь тихую грустную женщину. — Могу я увидеть Анджелу? Я Иванка, её коллега, — приветливо улыбаюсь я.

— Анджелу? — и я вижу, как лицо женщины искривляется в готовых хлынуть рыданиях, и я вдруг отчётливо вижу, как они похожи с моделью. Словно состаренная и уставшая копия одного человека… — Разве вы не знаете? — смотрит она на меня непонимающими взглядом. — Она умерла.

— Умерла? — я просто в шоке. — Но… Как…

— Это была внезапная остановка сердца. От волнения. Такое бывает. Даже у молодых… — выдавливает из себя по слову женщина, и я всё ещё стою, как громом поражённая её словами.

— Но почему нам ничего не сказали… — говорю я больше себе, чем ей.

— Она была простой хорошей девочкой. Всегда мечтала добиться чего-то большего, — продолжает лепетать её мать, пока я уже начинаю прокручивать в голове все возможные версии.

— Мне очень жаль. Примите мои соболезнования, — беру я её сухую ладонь в свою. — Простите. Мне очень, очень жаль, — и я уже разворачиваюсь к выходу, как слышу слова, ударяющие меня в спину:

— И передайте им, что мне не нужны их деньги! Она не должна была умереть вот так! В таком возрасте! На подиуме!

Смерть на подиуме… Как трагично…

На ходу шлю ещё один запрос коллегам, и через два часа мне уже приходит ответ: «Всё чисто. Инфаркт. Вскрытие не показало ничего подозрительного. К сожалению, такое бывает. Даже в таком молодом возрасте. Особенно, если человек иногда принимал наркотики».

Так значит, она иногда баловалась запрещёнными веществами… И я тут же вспоминаю Младена, ещё одного любителя тонких и изысканных удовольствий.

Может быть, они как-то связаны? Надо написать Лисициной, пусть пробьёт его ещё раз. Раз уж она не против всех этих странностей миллиардера… И я пишу ей новое сообщение. По привычке хочу поставить в копию переписки Пронина, но я так злюсь на него, что просто игнорирую его снова.

Такой пустяк, как-нибудь и без него справимся, пусть дальше продолжает развлекаться со своей Амели…

Я столько пишу сообщений и запросов со своего мобильного, что меня начинает укачивать, и я уже кричу таксисту, чтобы он остановился.

Выскакиваю из авто на обочину, и меня снова выворачивает остатками моего кофе…

Нельзя так много работать. Я очень хочу наконец-то распутать это дело и отдохнуть.

Я так устала…

28 декабря 2024 года

Огромный, уходящий в бесконечную даль, подиум расстилается передо мной. Я уже стою в своём фирменном змеином одеянии, вся переливаясь золотом и чешуёй. Я буду закрывать показ. Девочки постепенно возвращаются за кулисы, уже сделав несколько проходов перед изумлённой и трепещущей публикой, заполнившей всю широкую улицу перед Эйфелевой башней.

Огромные экраны, установленные прямо на Елисейских полях, транслирует этот гала-показ, самый масштабный в истории моды, и каждая модель, каждая петелька и пуговка на наряде масштабируется на гигантской плазме.

— Ты в порядке? — стоит рядом со мной Пронин.

С тревогой смотрит на меня.

— Да, а что?! — вскидываю я на него подбородок. — Что тебе ещё от меня надо? — язвительно переспрашиваю я его.

— Ты просто какая-то бледная, — наклоняется он ко мне. — Поверь, что бы не было тогда, много лет назад… Я никогда не переставал любить тебя… Это сильнее меня. Тася, — шепчет он мне на ухо.

— Ты что, хочешь нас спалить? — делаю я шаг назад, отстраняясь.

Не могу себе позволить снова поддаться его ядовитым чарам. Пусть обольщает других дурочек. Но только не меня…

— Я не могу тебя заставить, любимая, — снова он делает шаг ко мне. Почти прижимается ко мне всем телом, отчего у меня по коже уже начинают бежать мурашки.

Ни с одним мужчиной в моей жизни такого не было…

Проклятый Пронин!

— Пожалуйста, возьми это, — протягивает он мне крошечную золотую серёжку.

— Что это? — с недоумением смотрю я на него.

— Это микрофон. Никто даже его не заметит. Я хочу, чтобы ты всё время была на связи. Пожалуйста, ради меня. Ради нашего задания, — строго добавляет он. — Это приказ.

И мне не остаётся ничего другого, как подчиниться ему.

Ну что же, начинает играть моя песня. Мой выход. Бросаю напоследок взгляд на экран своего мобильного. Пришёл ответ ещё на один мой запрос. По диагонали пробегаю его.

— Ты такая красивая, девочка. Может быть, повторим ещё раз? Я думаю, между нами определённо есть химия, — вдруг слышу я голос за своей спиной.